На кладбище царила тишина, а воздух был пропитан запахом хвои и влажной земли. Аврора медленно шла по гравийной дорожке, и хруст камней под её ногами был единственным звуком, нарушающим этот покой.
Памятник из черного полированного гранита стоял в окружении молодых туй. Аврора увидела его издалека, а остановилась в нескольких шагах от него, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой узел.
С холодного камня на неё смотрел Женя. Его жизнерадостная улыбка - широкая, искренняя, с той самой едва заметной ямочкой на щеке, казалась живой. В его глазах, запечатленных в граните, всё еще прыгали те самые озорные искорки, которые когда-то заставили Аврору влюбиться в него без памяти.
Её пронзила острая, почти физическая боль от этого контраста. Женя на памятнике выглядел так, будто он просто на секунду отвернулся, чтобы рассмеяться очередной шутке, и сейчас снова заговорит с ней. Он был воплощением самой жизни, самой радости, а вокруг него - неподвижность, холодный камень и безмолвные ряды крестов.
- Привет, мой любимый. - Прошептала Аврора и подошла ближе. Её голос прозвучал тихо, но в этой тишине он показался ей оглушительным. Она протянула руку и коснулась кончиками пальцев его выгравированной щеки. Гранит был ледяным холодным, и это окончательно разрушило иллюзию. Его здесь не было. Осталась только эта светящаяся улыбка, пойманная в ловушку камня.
Аврора положила на могилу цветы и опустилась на скамью рядом. Удивительно, но спустя несколько минут острая боль начала сменяться тихой печалью. На кладбище не нужно было притворяться сильной. Здесь не нужно было отвечать на сочувственные взгляды друзей или пытаться строить планы. Перед этим улыбающимся лицом она могла быть собой - слабой, потерянной, любящей.
- Знаешь, я переехала в новую квартиру. - Тихо сказала она, обращаясь к портрету. - Тебе бы она понравилась. Там тоже так тихо, как здесь.
Авроре показалось, что его улыбка одобряет её слова. Глядя на его жизнерадостное лицо, Аврора вдруг поняла: Женя никогда не хотел бы видеть её раздавленной горем. Его смех, застывший в граните, был словно его последним напоминанием о том, что жизнь, какой бы короткой она ни была, стоит того, чтобы улыбаться.
Она просидела там долго, пока тени деревьев не удлинились, а воздух не стал по-вечернему колючим.Она много говорила, вспоминая их недавнее прошлое, а он не отвечал, но Авроре казалось, что он все слышал...Уходя, она еще раз обернулась. Женя всё так же улыбался ей вслед, провожая её обратно в мир живых. И Аврора уходила с кладбища не с тяжестью, а с тем самым хрупким умиротворением, которое дарило ей силы прожить еще один день. Она не была одна - она несла в себе свет этой улыбки и память о нем.
Сев в электричку, Аврора стала смотреть в окно. За ним мелькали деревья и маленькие домики. Все дышало жизнью и её жизнь тоже продолжалась. Она должна была жить дальше. Сначала - санаторий и здоровье, потом учёба и работа.
Дома Аврора поужинала, а затем набрала себе ванну. Ей хотелось побыть наедине с собой и тишины. Завтра она поедет к бабушке, послезавтра в Кингисепп, чтобы навестить могилы родителей и бабы Нади, а послезавтра обещают дождь на весь день и этот день она проведёт дома, в своей новой квартире... Аврора начала строить планы на ближайшее будущее. Теперь одна... без Жени.
На следующий день.
- Я вчера съездила на могилу Жени. Там памятник такой большой стоит, а он улыбается на фотографии. - Сказала Аврора бабушке.
- Ох, Аврорушка. Столько горя ты уже хлебнула. Скоро уедешь и смена обстановки тебе на пользу пойдёт. А боль, она со временем пройдёт. Ты только, главное, на себе крест не ставь. Прежнее счастье не вернуть, а от нового отказываться не нужно. - Ответила ей баба Вера.
- Я никогда его не забуду. - Прошептала Аврора.
- Забыть невозможно. Все те, кого мы любили, остаются в нашем сердце навсегда. Мы храним светлую память о них, но наша жизнь продолжается, в ней что-то происходит, что-то меняется. Должно пройти время, чтобы твоя боль прошла. Как говорят? Время - лучший лекарь.
- Завтра еду в Кингисепп. Хочу навестить маму с папой и бабу Надю.
- Съезди. И от меня им привет передай.
Аврора чуть улыбнулась.
- Обязательно передам. - Пообещала она бабушке и они стали собираться на прогулку.
На следующий день. Кингисепп.
Кингисепп встретил Аврору неторопливым ритмом провинциального города, где каждый перекресток и каждый сквер были пропитаны воспоминаниями.
Она шла по знакомым улицам, и ноги сами привели её к дому, где она прожила большую часть своей жизни. Аврора остановилась на противоположной стороне улицы и подняла взгляд. Вот они - окна их бывшей квартиры. На миг ей показалось, что сейчас форточка откроется и мама крикнет ей что-то веселое, как в школьные годы. Но реальность была иной: на окнах висели чужие шторы - тяжелые, незнакомого узора, они словно вычеркивали Аврору из истории этого дома. Квартира продолжала жить своей жизнью, в ней варили кофе, спорили и смеялись люди, для которых Аврора была лишь случайным прохожим. Это было болезненное осознание.
Стараясь подавить комок в горле, она пошла дальше. В цветочном ларьке у ворот кладбища Аврора купила шесть алых роз — по две для мамы, папы и бабы Нади.
На кладбище тихо шелестели березы и пахло влажной хвоей. Путь к семейному участку Аврора знала до каждого поворота. Подойдя к ограде, она увидела три небольших памятника, стоявших в ряд: мама, папа и прабабушка.
Первым делом она принялась за работу. Это был её личный ритуал - единственный способ проявить заботу о тех, кого уже нельзя обнять. Она методично, пучок за пучком, выдергивала сорняки, пробившиеся сквозь песок, смахивала ладонью сухую хвою с меленьких гранитных плит, протирала портреты. Физический труд приносил странное облегчение, словно вместе с сорной травой она вырывала из души часть своей боли.
Закончив, она аккуратно разложила розы и присела на короткую узкую скамейку, стоявшую внутри ограды. Она была такой тесной, что на ней едва хватало места для одного человека.
С трех портретов на неё смотрели родные лица. Мама с её добрым, понимающим взглядом; отец, с легкой улыбкой на губах; и прабабушка, чьё лицо было покрыто сеточкой мудрых морщин. Они молчали, но Авроре казалось, что она слышит их голоса в шуме легкого ветра, в шелесте листвы.
Она просидела на этой узкой скамейке долго, положив голову на руки. Она рассказала всё, что случилось с ней - авария, смерть Жени, переезд. Поделилась ближайшими планами, а уходя, коснулась рукой каждого памятника, оставляя в этой тихой земле свою любовь и забирая с собой частичку их спокойствия.
Как и прогнозировали синоптики, с самого утра лил дождь. Аврора приготовила себе кофе и вышла на балкон. Она просто смотрела на пустую детскую площадку и на то, как стекают по стеклу капли дождя. Этот день напомнил ей тот, тот роковой день, который отнял у нее Женю... Вдруг зазвонил её телефон. Анна. Ей звонила та самая женщина, с которой она познакомилась в больнице. Аврора совсем позабыла позвонить ей сама, когда выписалась из больницы.
- Привет. Ну как твои дела? - Спросила та.
- Привет. Я уже дома. У меня теперь новая квартира и скоро я лечу в Израиль на лечение. - Ответила Аврора.
- Может встретимся? - Предложила Анна.
- А приезжай ко мне в гости.
- Договорились. Пришли адрес. - Анна с радостью приняла её приглашение.
Анна приехала через два часа. В руках она держала маленький тортик.
- Это нам с тобой к чаю. - Она улыбнулась и передала торт Авроре.
- Ты без зонтика? - Спросила у неё та.
- Так я на такси. - Анна сняла обувь и верхнюю одежду и Аврора пригласила её на кухню. - Симпатично тут у тебя. - Сказала Анна и присела за стол
- Родители Жени купили. В нашей с ним квартире я бы жить не смогла. - Ответила Аврора.
- Понимаю. Ездила к нему на кладбище?
- Ездила. Позавчера. А вчера к родителям и прабабушке. Прибралась там. Как только начну работать и накоплю денег, поставлю им большой памятник. Там сейчас стоят совсем маленькие, простенькие.
- А как у твоей бабушки дела? - Спросила Анна.
- Хорошо. Была у неё вчера. Динамика исключительно положительная. - Ответила Аврора.
- Это прекрасно. И когда ты улетаешь в Израиль?
Аврора рассказала ей о последних событиях в своей жизни и как наткнулась на рекламу санатория. Потом Анна рассказала о себе... Ей было 32 года, жила она с мамой, работала в РОНО своего района начальником одного из отделов, а в больницу угодила, потому что сбил её молодой парень на электро-самокате. В жизни Анны не было трагедий, разве что одиночество. У неё никак не получалось встретить хорошего мужчину, создать семью, родить детей.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ