Временами Ева ловила себя на мысли: ради того, чтобы Марк оставался с ней постоянно, она готова пожертвовать абсолютно всем.
"Разве нет способа что‑то исправить?" — с тревогой обратилась она к своему возлюбленному.
Он удивлённо переспросил: "Что ты имеешь в виду?"
После того как Марк оказывался в объятиях Евы, его охватывала глубокая усталость — словно все силы разом покидали тело. Разговаривать давалось с трудом, а воспринимать слова собеседницы казалось почти непосильной задачей.
"Я говорю о том, что ты вот‑вот снова отправишься туда, — с ноткой обиды в голосе произнесла Ева. — В место, где тебя не ценят, не ждут и не испытывают к тебе тёплых чувств! А я… Я всегда жду тебя, люблю всем сердцем! Но ты всегда неизменно собираешься и покидаешь меня ровно в девять часов!"
Под "туда" подразумевался дом, где Марка ждали жена и дочь. Сам он нередко признавался, что чувствует себя там лишним, будто его присутствие никого не волнует.
"Порой мне кажется, будто я там — просто вещь, неодушевлённый предмет", — делился Марк с Евой. В ответ она лишь тяжело вздыхала и смотрела на него с обожанием, словно перед ней стояло неземное создание.
Как вообще можно было не восхищаться им — таким удивительным, притягательным, необыкновенным?
"Тогда зачем ты продолжаешь там оставаться?" — настойчиво спрашивала Ева. — "Оставь этот дом, переберись ко мне! Разве нам не чудесно вместе?"
"О, я бы с радостью это сделал, — отвечал Марк, — но меня сдерживает чувство долга. Отец всегда учил меня: нужно быть опорой для тех, кто рядом. У меня есть семья, и я обязан быть с ней, что бы ни случилось".
Слова Марка ранили Еву. Их связь длилась почти год — и всё это время она испытывала душевные муки.
В начале их отношений всё сверкало яркими красками, было наполнено радостью и восторгом. Но постепенно Ева осознала, что её привязанность к Марку приобрела болезненный характер. Каждый его уход оставлял в душе пустоту, наполненную тоской и одиночеством.
Выходные тянулись бесконечно скучно, а Ева всё сильнее мечтала о настоящем семейном уюте, о тепле домашнего очага.
Их знакомство произошло в виртуальном мире. Незадолго до этого Ева рассталась с молодым человеком. Подруга, желая помочь ей отвлечься, настойчиво предлагала завести онлайн‑знакомство.
"Да я ещё не оправилась после прошлых отношений!" — сопротивлялась Ева, но подруга не унималась.
"Никто не требует от тебя сразу замуж выходить! Просто встреться с кем‑нибудь, выпей кофе, сходи пару раз в кафе. Так ты быстрее забудешь своего Андрея", — убеждала приятельница.
В конце концов Ева решилась. Несколько недель она пыталась понять, подходят ли ей сайты знакомств, и уже собиралась удалить свою анкету, когда ей написал Марк.
Он сразу честно рассказал о своём семейном статусе. Тогда Еву это мало волновало — она просто искала лёгкого общения, не задумываясь о деталях. Какая разница, женат человек или свободен, если речь идёт лишь о приятном времяпрепровождении?
Они встретились и начали общаться — сперва исключительно как друзья. Но с каждой новой встречей обнаруживалось всё больше точек соприкосновения, а взаимная симпатия становилась всё очевиднее. Ни один из них не пытался это скрывать.
Раньше Ева принципиально избегала романов с женатыми мужчинами, но теперь, к собственному удивлению, переступила через свои убеждения — настолько сильной оказалась её влюблённость.
Со временем потребность в Марке стала для неё жизненно необходимой. Он был ей нужен, как воздух для дыхания. Постепенно Ева начала мягко, но настойчиво намекать, что было бы прекрасно, если бы Марк оставил прежнюю жизнь и остался с ней.
Тот факт, что у Марка подрастала десятилетняя дочь, ничуть не останавливал Еву. Она продолжала уговаривать его, приводила убедительные аргументы, уверяла, что истинное счастье ждёт его только рядом с ней.
"Пока не время", — неизменно отвечал он.
Ева с горечью смотрела на него и понимала: с каждым днём ей будет всё труднее отказаться от этих отношений.
Марк редко говорил о своей семье, но по обрывкам фраз Ева догадывалась: его брак давно дал трещину. Жена не испытывала к нему тёплых чувств, да и он сам давно охладел к ней. Единственной нитью, связывавшей супругов, оставалась их дочь.
Всё изменилось, когда Ева узнала о беременности. Увидев две полоски на тесте, она испытала бурю эмоций: с одной стороны — ликование, с другой — тревогу. А вдруг Марк не обрадуется? Вдруг он будет против?
Реакция Марка оказалась сдержанной: радости он не проявил, но и не выразил протеста.
"Как некстати всё получилось", — тихо произнёс он.
Сначала Ева почувствовала обиду, но быстро взяла себя в руки. Даже если Марк откажется от ребёнка, она всё равно его родит.
Этот малыш, ещё не появившийся на свет, был плодом их любви. Еве уже исполнилось тридцать, и эта беременность казалась ей настоящим подарком судьбы.
Спустя неделю Марк явился к ней с сумкой вещей, вид у него был подавленный.
"Ты получила то, чего добивалась. Я ушёл от жены — не хочу, чтобы мой ребёнок рос без отца", — произнёс он.
Радость Евы не знала границ: она обнимала и целовала Марка, восторженно выкрикивала слова благодарности, а он лишь морщился от её бурных эмоций и старался сделать вид, будто так и должно было случиться.
Через два месяца состоялся развод. Тогда Ева впервые увидела его бывшую жену: невысокая, полноватая женщина с тёмными волосами — совсем не такая, какой Ева её себе представляла.
Разве можно было испытывать к ней какие‑то чувства? Эта скромная, неприметная женщина, чья главная заслуга, по мнению Евы, заключалась лишь в том, что она родила Марку дочь и тем самым привязала его к себе.
На её фоне Ева ощущала себя ослепительной, уникальной.
"Зачем ты приехала в суд?" — недовольно бросил Марк, заметив Еву возле машины.
"Я приехала за тобой, — спокойно ответила она. — Что в этом такого? Мы ведь не чужие люди".
Тон Марка смягчился, он сел в автомобиль и убрал свидетельство о разводе в папку.
Ева не решалась спросить, что ждёт их дальше: сделает ли Марк предложение, станут ли они официально мужем и женой. Да и стоит ли вообще на это рассчитывать?
Ей хватало того, что любимый находился рядом, был готов принять ребёнка и участвовать в его воспитании. Этого пока было достаточно для счастья.
Но реальность оказалась куда более суровой, чем рисовали Евины мечты.
Каждые выходные Марк уезжал к дочери, уделял ей время, совершенно не считаясь с чувствами женщины, которая носила под сердцем его ребёнка.
О свадьбе он не заговаривал, а финансовая поддержка ограничивалась самым необходимым — продуктами и базовыми нуждами.
"Слушай, а нужен ли тебе такой мужчина?" — прямо спросила подруга. — "С прошлым, с грузом проблем и полным нежеланием оформлять отношения официально".
"Мы живём вместе! — возразила Ева. — Разве это не серьёзный шаг?"
"Он висит на твоей шее, как тяжёлый груз", — настаивала подруга.
"Он только что развёлся", — попыталась оправдаться Ева.
В глубине души она каждый день надеялась, что Марк сделает предложение. Но он не торопился.
Весной на свет появился их сын, которого назвали Даниилом. Уставшая, но счастливая Ева, подарившая возлюбленному наследника, ожидала от Марка каких‑то решительных действий.
Однако он их не предпринимал. Более того, начал всё чаще отсутствовать дома: то мама заболела, то нужно встретиться с дочерью, то на работе возникли сложности.
Ева начала открыто выражать недовольство, высказывать претензии. В ответ Марк холодно отвечал:
"Если тебя что‑то не устраивает — не терпи. Я ведь могу и уйти".
Ева умолкала, а по ночам, измученная криками младенца, плакала и корила себя за то, что когда‑то впустила этого человека в свою жизнь и дом.
Когда Даниилу исполнилось почти четыре месяца, Ева случайно обнаружила в телефоне Марка переписку с другими женщинами.
Сколько их было — Света, Диана, Анжелика, Кира… Всех имён не перечесть. Марк продолжал общаться с множеством женщин на том самом сайте знакомств, где когда‑то нашёл и её.
"Почему ты взяла мой телефон?" — резкий вопрос Марка заставил Еву вздрогнуть.
Она подняла на него глаза и твёрдо произнесла: "Уходи!"
"Куда я пойду?" — он вдруг рассмеялся. — "Ты из‑за каких‑то сообщений в телефоне меня ревнуешь? Там ничего серьёзного, просто лёгкое развлечение".
"Тебе мало развлечений дома? — голос Евы дрожал. — У тебя есть сын! Можешь заняться им: погулять, искупать, сводить в поликлинику".
Марк тут же сменил тон, стал ласковым, заворковал, заглядывая ей в глаза: "Не обижайся. Ты же не оставишь ребёнка без отца из‑за какой‑то ерунды?"
Ева плакала, ругала себя за слабость, а через несколько дней решилась на отчаянный поступок.
Она отправилась к дому Марка — адрес она подсмотрела в его паспорте, тот, где он раньше жил с женой и дочерью.
Долго стояла у подъезда, укачивая коляску и успокаивая малыша, пока наконец не заметила женщину — ту самую, бывшую супругу Марка. Теперь она выглядела иначе: сбросила лишний вес и превратилась в довольно привлекательную даму, которая уверенно шагала от автомобиля к подъезду.
Ева набралась смелости и обратилась к ней, чувствуя, как пылают щёки от стыда:
— Простите, вы — Арина?
Женщина окинула её внимательным взглядом — похоже, сразу поняла, кто перед ней, и догадалась, что это та самая соперница, к которой когда‑то ушёл её муж.
— Допустим. Что вам нужно? И зачем вы привели сюда ребёнка? С Марком что‑то случилось? — сдержанно поинтересовалась Арина.
Ева нервно покусывала губы, стараясь сдержать подступающие слёзы, а затем выпалила:
— Он вам долго изменял? Получается, он ушёл от вас ко мне? Или до этого уже уходил к кому‑то ещё?
Арина на мгновение замерла, удивлённо взглянула на Еву, а потом неожиданно рассмеялась — коротко и горько.
— Ушёл? Да никуда он не уходил. Это я его выгнала. Видимо, он просто приполз к вам после этого. Но, судя по всему, уже начал подыскивать следующую… жертву, да?
— Жертву? — растерянно переспросила Ева, не понимая смысла сказанного. — Почему вы так говорите?
— О, я так называю всех его пассий — этих девочек из переписок, — пояснила Арина с горькой усмешкой. — Мы ведь тоже познакомились через интернет много лет назад. А пару лет назад я наткнулась на фотографии других женщин в его телефоне. Поверьте, вы далеко не единственная. У него всегда было множество вариантов.
— Просто Марк обожает женское внимание — это его главная слабость. И всех его подружек я мысленно называла "жертвами". Я терпела это несколько лет, но в какой‑то момент просто выставила его за дверь. А тут вы с новостью о беременности — как раз вовремя, чтобы он смог найти себе новое пристанище.
— Я… я его люблю, — тихо произнесла Ева, сама не зная, зачем это сказала.
— Конечно, любите! — энергично закивала Арина. — Его все любят! И он любит всех — по чуть‑чуть. Только вслушайтесь в эти слова: "люблю всех". Разве это похоже на настоящую любовь? В этом нет глубины, нет верности, нет будущего.
С этими словами Арина развернулась и направилась к подъезду, оставив Еву стоять с коляской посреди двора. Несколько минут та неподвижно стояла, переваривая услышанное, а потом медленно пошла к своей машине.
Как же она была наивна! Строила воздушные замки, убеждала себя, что для Марка она — единственная, особенная, неповторимая. А теперь пелена с глаз спала, и реальность предстала во всей своей неприглядной правде.
Тем вечером Марк вернулся в квартиру Евы и с изумлением обнаружил свои вещи, аккуратно сложенные в сумки и выставленные на лестничную площадку. Дверь оказалась заперта на новый замок. Сама Ева, решив не тратить силы на бессмысленные выяснения отношений, уехала к подруге на несколько дней и отключила телефон.
Ей требовалось время, чтобы прийти в себя, осознать произошедшее и привыкнуть к мысли: впереди её ждёт совершенно новая жизнь — без Марка, без самообмана, без призрачных надежд и разбитых иллюзий.
Как думаете, Ева сделала правильный выбор?
Дорогие читатели! Если понравился рассказ, нажмите палец вверх и подписывайтесь на канал!
Делитесь своими историями на почту, имена поменяем.
Спасибо за прочтение, Всем добра!