"Гунда" реж. В.Косаковский
Кот Мару и медведь Султан уже давно стали звёздами ютуба . Персональные видеоканалы есть у выдр и вомбатов , енотов и хорьков , не говоря уж о десятках тысяч котиков и собачек. Прямые репортажи из мира животных - великолепный шанс уйти из мира людей , ошалевших от возможности постоянно переписывать нормы общежития , вводя все новые и новые правила, в мир животных , где Законы Природы незыблемы. «Гунда» , с одной стороны , идеально вписывается в этот тренд , представляя полуторачасовое наблюдение за жизнью хвостатых и пернатых обитателей фермы . С другой стороны , откровенно оппонирует , как общепринятому методу формирования контента о братьях наших меньших , так и расчётному художественному результату. Представить режиссёра Виктора Косаковского с героиней фильма - свиньей Гундой - в качестве гостей программы «Видели видео?» совершенно невозможно . Опыт , которым делятся авторы анимал- видео, позитивен , забавен , смешон . У Косаковского в центре внимания - трагедия. «Как пережила ваша героиня потерю своих детей?»- вопрос не для телевидения . И даже редко для ютуба . Эту территорию кино защищает почти в одиночестве .
Ещё одна мина замедленного действия , которую заложил режиссёр - это следование «Гунды” в модном фарватере зоозащитной тематики . Формально да : фильм повторяет вслед за Карелом Чапеком формулу , что поросёнка съесть можно , но , если ты знаешь , что поросёнка звали Франтишеком , то отбивная в горло не полезет. А неформально : Косаковский последовательно и жестко снимает жизнь свиней , коров и кур не как жизнь в раю . Жизнь - это рой надоедливых оводов , от которых спасу нет , это бесконечная борьба за материн сосок , борьба без правил и жалости , это клетки , заборы , стены , грязь. Никаких безгрешных страдальцев - никаких Хрюш и Степашек . Черно - Белый мир бесконечно далекий от Эдема.
Людей в фильме нет . Этого следовало ожидать. Пристальное вглядывание в лица и судьбы тех , кто родился в один день с режиссером , тех , кто живет в противоположных точках земного шара, тех , кто только осознаёт себя человеком , тех , кто прожил жизнь и в городском ландшафте Санкт - Петербурга видит силуэты своей судьбы, в Стива Джобса и Льва Лосева , в Павла Когана и Людмилу Станукинас, завершилось испанскими манифестантами. После чего человек занял в «Акварели» место песчинки в мироздании. И лишился даже его в «Гунде». Пока мир людей с ожесточённой принципиальностью увлечён идеями femen, metoo, BLM и прочими сверхсовременными темами , Косаковский отворачивается от тех , в ком он пытался увидеть и показать душу . Ее он теперь видит только вне человеческого сообщества .
Социальными масками животных наделили уже безымянные создатели народных сказок. Звериное сообщество символически замещало человеческое в баснях и утопиях. Толстовский Холстомер , чеховская Каштанка , айтматовский Волчица - мать были прямым укором людям уже тем , что человеческого в лошади , собаке и волчице было больше , чем в окружающем их человеческом сообществе . Косаковский и эту линию нарушает. Его Гунда и ее соседи никому не пример и не укор. Их трагедии - не уникальны , а типичны . Так принято в этом мире . Жизнь - это слеза , которую корова проливает , чтобы смыть хотя бы пару надоевших оводов. Выкармливание потомства - мучительно и надоедливо , продвижение по заросшему высокой травой участку сродни тяжёлой экспедиции в джунгли . Спасение от оводов в вынужденной кооперации - чужой хвост эффективнее отгоняет гнус, чем собственный . Косаковский не умиляется , не мимимишничает , он до конца соскабливает с изображения пошлый груз мультипликационной умильности . Дружба , любовь , материнство - это все из другой оперы . Или , может быть , из этой же , вот только впервые показаны без грима : просто , буднично , нудно , мучительно .
В финале Гунда будет безнадёжно метаться по двору , разыскивая своих поросят . Они были обузой . Одному она случайно отдавила ногу , они тянули из неё все соки . Но вот их нет . И в глазах свиньи : растерянность и боль . И тут пронзает страшная мысль : это все не постановочно , Гунда - не актриса , она не знает , что ее снимают . Она не визжит , не бросается в погоню . Мир опустел . И без разницы куда бежать : налево или направо. Все кончилось , кроме жизни . Она продолжается . И , вообще , фильм не о Гунде , а о тех , кого в этом мире уже нет