После ночи разговоров Настя думала, что утром Костя включит заднюю. Скажет, что погорячился, что им нужно подумать, что отношения — это слишком спонтанно для его графика. Но он просто налил ей кофе и сказал: «Давай попробуем. Но без расписания». И она поняла: это серьёзно.
Мы просидели на кухне до восьми утра.
Говорили, молчали, снова говорили. Я узнала о Косте больше, чем за все предыдущие месяцы. Про то, как в детстве коллекционировал марки и раскладывал их по альбомам в хронологическом порядке. Про то, как мечтал стать астрономом, но побоялся, что не потянет математику. Про то, что до сих пор иногда плачет над фильмами, но никому не признаётся.
А он узнал про меня. Про то, как я в школе подралась с мальчишкой, который дразнил мою подругу. Про то, как хотела стать художницей, но родители сказали, что это не профессия. Про то, что до сих пор боюсь темноты и сплю с ночником.
— Ты спишь с ночником? — удивился Костя. — А я думал, это я такой педантичный, что оставляю свет на кухне.
— Это ты для безопасности? — спросила я.
— Для тебя, — ответил он просто. — Заметил, что ты боишься темноты. После той грозы.
У меня внутри всё перевернулось. Он оставлял свет на кухне не для себя. Для меня. Чтобы я не боялась выходить ночью.
— Кость, — выдохнула я. — Ты невероятный.
— Почему? — удивился он. — Это просто свет.
— Не просто.
Я смотрела на него и думала о том, как мне повезло. Этот человек, которого я считала роботом, оказался самым чутким, самым внимательным, самым заботливым из всех, кого я встречала.
В восемь утра за окном окончательно рассвело. Костя встал, потянулся и посмотрел на меня.
— Есть хочешь? — спросил он.
— Умираю, — призналась я. — Мы всю ночь болтали, а я даже не заметила, как проголодалась.
— Сейчас сделаю.
Он подошёл к холодильнику, открыл его и замер. Я заглянула через плечо и прыснула.
В холодильнике царил хаос. Мои йогурты валялись где попало, банка с огурцами стояла на его полке, пакет молока — вообще неизвестно на чьей территории. Видимо, вчера, когда я рыдала, я открывала холодильник и всё переложила, сама не заметив.
— Ой, — сказала я. — Прости. Сейчас уберу.
— Не надо, — остановил меня Костя. — Оставь.
— В смысле?
Он обернулся и посмотрел на меня серьёзно.
— Настя, я всю ночь думал. О нас. О том, что будет дальше. И понял одну вещь.
— Какую?
— Моя система не работает, когда рядом ты. Она просто... ломается. И я перестаю её контролировать. И знаешь что? Мне это нравится.
Я смотрела на него, не веря своим ушам.
— То есть ты хочешь сказать, что готов терпеть мои йогурты на своей полке?
— Я готов терпеть всё, — ответил он. — Если ты будешь рядом.
Он подошёл ближе. Взял мои руки в свои.
— Настя, я понимаю, что мы разные. Очень разные. Ты — хаос, я — порядок. Ты — спонтанность, я — планирование. Но когда ты рядом, мне не хочется ничего планировать. Мне хочется просто быть.
Я молчала, боясь спугнуть этот момент.
— Я не знаю, как это работает, — продолжал он. — Я никогда не был в таких отношениях. Где всё не по плану. Но я хочу попробовать. С тобой.
— Что именно попробовать? — спросила я шепотом.
— Быть вместе. Встречаться. Отношения. Как это там называется.
Я не выдержала и рассмеялась.
— Кость, ты сейчас делаешь предложение? Потому что звучит именно так.
Он покраснел. Уши запылали огнём.
— Нет! То есть не предложение... хотя... ну, в смысле, я хочу, чтобы мы были парой. Если ты не против.
— Я не против, — улыбнулась я.
— Правда?
— Правда.
Он выдохнул с таким облегчением, будто защитил самый сложный проект в жизни.
— Но есть одно условие, — добавила я.
— Какое?
— Без расписания. Никаких свиданий по графику, никаких планов на месяц вперёд, никаких «в пятницу в 19:00 у нас романтический ужин». Хочу спонтанности.
Костя замер. В глазах мелькнул ужас.
— Без расписания? — переспросил он.
— Ага. Справишься?
Он сглотнул. Потом посмотрел на меня, на холодильник с моими йогуртами на его полке, на раковину, где стояла моя кружка (его кружка, между прочим), и кивнул.
— Справлюсь.
— Уверен?
— Нет, — честно ответил он. — Но ради тебя — попробую.
Я рассмеялась и обняла его.
— Ты чудо, Костик. Настоящее чудо.
— Я зануда, — возразил он мне в макушку.
— Мой зануда, — поправила я. — Самый лучший.
Мы стояли посреди кухни, обнявшись, и я чувствовала, как бьётся его сердце. Быстро-быстро. Он волновался. Мой робот волновался.
— Кость, — сказала я, отстраняясь. — А можно тебя поцеловать? Или это слишком спонтанно для первого утра наших отношений?
Он улыбнулся. Ямочки появились снова.
— Можно, — ответил он. — И даже нужно.
Я поцеловала его. Медленно, нежно, смакуя момент. Он целовал меня в ответ, и я чувствовала, как тает всё напряжение последних недель.
Когда мы оторвались друг от друга, Костя посмотрел на часы.
— Без пятнадцати девять, — сказал он. — Завтрак мы пропустили. Но, может, вместе приготовим обед? Спонтанно?
— Ты серьёзно? — удивилась я. — Спонтанно?
— Я учусь, — улыбнулся он. — Получается пока так себе, но прогресс есть.
— Прогресс отличный, — подтвердила я. — Давай готовить.
Мы провозились на кухне до обеда. Я резала овощи (криво, конечно), Костя их поправлял (незаметно, но я видела). Я рассыпала муку, он убирал. Я ставила тарелки куда попало, он переставлял ровно.
Но он не злился. Ни разу. Только смотрел на меня и улыбался.
— Знаешь, — сказал он, когда мы сели за стол с пастой собственного приготовления (у него получилось идеально, у меня — так себе, но вместе было вкусно). — Я думал, что спонтанность — это хаос. А это просто... по-другому.
— И как тебе?
— Нравится, — признался он. — С тобой нравится.
Я потянулась через стол и поцеловала его в кончик носа.
— Смотри, — предупредила я. — Я тебя быстро испорчу. Перестанешь быть занудой.
— Не перестану, — заверил он. — Но, может, стану чуть более гибким.
— Это всё, о чём я мечтала.
После обеда мы мыли посуду вместе. Я мыла, он вытирал. И это было так... обычно. Так по-домашнему. Так правильно.
— Кость, — вдруг сказала я. — А что теперь? Ну, в смысле, мы встречаемся. А что дальше?
— Дальше? — он задумался. — Не знаю. Раньше у меня был план на год вперёд. А сейчас...
— А сейчас?
— А сейчас я просто хочу быть с тобой. День за днём. Без плана. Посмотрим, куда нас приведёт.
Я обняла его, прижимаясь к мокрому фартуку.
— Ты правда готов к этому? К моему хаосу?
— А ты готова к моему порядку?
— Постараюсь, — улыбнулась я. — Хотя бы не ставить кружки на твою половину стола.
— Не надо, — сказал он. — Ставь куда хочешь. Я переживу.
— Кость, — я посмотрела на него серьёзно. — Ты только что разрешил мне нарушать правила. Это исторический момент.
— Знаю, — вздохнул он. — Я сам в шоке.
Мы рассмеялись. А потом он снова меня поцеловал.
Вечером пришло сообщение от Вики:
«Ну что, вы там ещё живы? Или робот тебя уже систематизировал?»
Я набрала ответ:
«Мы встречаемся. Официально. И он разрешил мне ставить кружки где попало».
Через минуту пришёл ответ:
«Я сейчас упаду. Ты сломала робота. Горжусь!»
Я улыбнулась и посмотрела на Костю. Он сидел за ноутбуком, но не работал. Смотрел на меня.
— Кто там? — спросил он.
— Вика. Радуется, что я тебя сломала.
— Я не сломан, — возразил он. — Я перепрограммирован.
— Под мою операционную систему?
— Именно.
Я подошла к нему, села на колени и поцеловала.
— Люблю твою операционную систему, — прошептала я.
— А я люблю тебя, — ответил он.
И это было лучше всяких расписаний.
Продолжение следует...
Как думаете, что будет дальше? Сможет ли Костя привыкнуть к жизни без расписания? И как отреагируют друзья на их отношения? Делитесь мнениями в комментариях!
#любовныйроман #чтопочитать #книгиолюбви #соседи #отношения #спонтанность #иринапавлович