Сибириада. СССР, 1978/1980. Режиссер Андрей Кончаловский. Сценаристы: Валентин Ежов, Андрей Кончаловский. Актеры: Владимир Самойлов, Виталий Соломин, Евгений Перов, Сергей Шакуров, Михаил Кононов, Павел Кадочников, Наталья Андрейченко, Елена Коренева, Евгений Леонов-Гладышев, Игорь Охлупин, Никита Михалков, Людмила Гурченко, Леонид Плешаков, Александр Потапов, Николай Скоробогатов, Георгий Штиль, Геннадий Юхтин, Валентина Березуцкая, Максим Мунзук, Константин Григорьев, Александр Январёв, Александр Панкратов-Чёрный, Иван Дмитриев, Всеволод Ларионов и др. 8,0 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Обычно киноэпопея — это экранизация какого-нибудь масштабного литературного, как правило, классического произведения («Война и мир», «Потоп» и другие). Между тем крупные художники мирового кино в последнее время все чаще создают грандиозные эпические полотна по оригинальным сценариям («Двадцатый век» Б. Бертолуччи). Вот и четырехсерийная поэма Андрея Михалкова-Кончаловского «Сибириада» поставлена по сценарию, написанному режиссером совместно с В. Ежовым.
За пять часов экранного времени перед нами проходит жизнь нескольких поколений двух сибирских семей — Устюжаниных и Соломиных — от начала века до шестидесятых годов. Такое сюжетное построение, осуществляемое вне телевизионного экрана, всегда таит в себе опасность стать утомительным для зрителей, привыкших, что кинематографу присуще динамичное, ограниченное стандартным метражом действие.
Однако «Сибириада» смотрится с неослабевающим вниманием — и это результат не только отличной режиссерской и операторской работы (Л. Пааташвили), но прежде всего — исключительно точного выбора актеров на главные и эпизодические роли.
Так, например, Алексея Устюжанина играют три разных актера, но в их игре постоянно ощущается общность характера — неукротимого, отчаянного, отдающегося до конца своему делу. Впрочем, эти черты — общие для всего рода Устюжаниных, в котором, как в зеркале, отразилась судьба народа, судьба революции.
Роль их врага — Спиридона Соломина играет актер Сергей Шакуров. И этот образ по-своему типичен, силен: свое, «кровное» Спиридон так просто не отдаст...
В жизнь затерянной в необъятных сибирских лесах и болотах Елани, куда даже известия о революциях и войнах доходят с немалым опозданием, неумолимо вторгается история. Ведут отсчет времени хроникальные монтажные переходы. Взрывается музыкальный лейтмотив Эдуарда Артемьева, как бы вобравший в себя рев заводских гудков и паровозов, скрежет металла, шипение раскаленной огненной лавы, шум дождя, ветер и поэзию...
А рядом, как символ нетленности бытия и памяти, возникает связующее звено «Сибириады» — Вечный Дед (П. Кадочников). С этим героем — загадочным и мудрым связана еще одна особенность фильма: полуфантастические события могут совершенно органично вторгаться в предельно реалистические перипетии сюжета. Более того — иногда они выглядят настолько правдоподобно, что их можно назвать даже натуралистическими.
Таков экранный мир А. Кончаловского. В своей работе он старается сделать открытие, внести в сложившиеся каноны не только новые сюжетные построения, но главное — неординарные мысли. Есть режиссеры, всю жизнь разрабатывающие какой-нибудь один мотив, одну «золотую жилу», из картины в картину повторяя вариации. Кончаловский, напротив, каждый раз снимает фильм в ином ключе, ином стиле, используя разные жанры и фабульные решения.
Взяв за основу «Сибириады» судьбы обобщенных народных образов, Кончаловский добивается их абсолютной жизненности, конкретности.
Нет нужды рассматривать в этих небольших заметках все сюжетные линии и удачные актерские работы фильма. Как уже отмечалось, в «Сибириаде» собран великолепный ансамбль единомышленников. Поэтому ограничимся лишь двумя героями картины — Алексеем Устюжаниным (Е. Леонов и Н. Михалков) и Таей Соломиной (Е. Коренева и Л. Гурченко).
Смешная рыжая девчушка совершенно случайно встречает бесшабашного семнадцатилетнего парнишку, приехавшего в родную Елань после долгого отсутствия. Неловко танцует с ним «Утомленное солнце», кажется, целуется разок и... потом ждет его всю войну, и еще шесть лет после.
Бывает такое? Наверное.
А лет через двадцать решено поставить в заброшенной Елани буровую, и устанавливать ее приезжает все тот же мальчишка, только «чуть» постарше: в парадном костюме с медалями. И вновь он встречает ту девчонку: теперь уже одинокую сорокалетнюю женщину, и...
— Ну, это уже бывает только в кино,— слышится мне скептический голос читателя. — Там всегда так. Раз вынес Алексей с поля боя командира, так окажется, что он тоже Еланский. Раз ждала шесть лет, значит...
И он будет прав, этот скептик. В «Сибириаде» все происходит по таким условным законам. Конечно же, вероятность того, что спасенный командир родом из Елани, ничтожна. То же можно сказать и о том, что Тая и Алексей снова встретились и полюбили друг друга.
Однако не зря «Сибириада» названа поэмой. Она основана не на правдоподобности, а на правде. Правде искусства. Правде, рожденной вымыслом авторов, который подсказала им сама жизнь.
Покорение Сибири показано в фильме безо всякой помпы: идет обычная, кропотливая, тяжелая работа. Её ведут ее люди. Обычные люди. Пусть они даже и носят на груди ордена. Среди них не найти привычных в прошлом «киноидеалов».
Вот и героическая смерть Алексея Устюжанина показана в картине неожиданно просто, без громких слов. И только неукротимая стихия пылающей долгожданной нефти, переливаясь, бушуя огромным факелом, звучит реквиемом и одновременно началом новой эпохи. Сибирь не спешит отдавать свои богатства людям…
Сейчас еще рано предполагать, какое место займет «Сибириада» в истории мирового кинематографа. Но одно несомненно: перед нами одно из самых значительных произведений последних лет...
Киновед Александр Федоров
Сибирский цирюльник / The Barber of Siberia. Россия-Франция-Италия-Чехия, 1998. Режиссер Никита Михалков. Сценаристы: Никита Михалков, Рустам Ибрагимбеков, Роспо Палленберг. Актеры: Олег Меньшиков, Джулия Ормонд, Алексей Петренко, Ричард Харрис, Владимир Ильин, Марат Башаров, Никита Татаренков, Георгий Дронов, Артём Михалков, Даниэль Ольбрыхски, Марина Неёлова, Авангард Леонтьев, Анна Михалкова, Роберт Харди, Элизабет Сприггс, Никита Михалков, Изабель Рено, Евгений Стеблов, Инна Набатова, Филипп Дьячков, Владимир Зайцев, Виктор Вержбицкий, Леонид Куравлёв, Александр Леньков, Александр Ильин, Евгений Дворжецкий и др. 3 млн. зрителей.
Сразу после московской суперпремьеры нового фильма Никиты Михалкова «Сибирский цирюльник» раздался стройный хор его критиков. И актеры, дескать, стары для ролей молодых героев. И сюжет неправдоподобный. И снято все это исключительно для заграничных зрителей. И денег государственных истрачено слишком много и т.д. и т.п.
Что тут скажешь? Да, фильм дорогой (по разным источникам его стоимость колеблется от 30 до 40 миллионов долларов). Но, ей Богу, лучше снять один качественный, зрелищный, а, значит, дорогой, фильм, чем полсотни дешевой антизрительской «чернухи», «элитарной» невнятицы и дилетантской халтуры...
По качеству изображения и стереозвука, по размаху массовых съемок и зрелищности «Сибирский цирюльник» ничуть не уступает голливудским аналогам («Доктор Живаго»). А на мой взгляд, так и превосходит их.
Давний соратник Михалкова — замечательный оператор Павел Лебешев снял фильм в стилистике русской живописи второй половины ХIХ века. А не менее талантливый композитор Эдуард Артемьев написал задушевную, щемящую сердце музыку...
По поводу заграничных зрителей. Не вижу ничего плохого, если картина Михалкова сможет прорвать многолетний барьер изоляции российского кино от массовой западной аудитории, и ее посмотрят десятки миллионов. При этом отмечу, что «Сибирский цирюльник» не выглядит «клюквой», базарной матрешкой для малосведущего в нашей истории и жизни Запада. Это фильм открытых и ярких чувств, понятных любому нормальному человеку.
О правдоподобии. По-моему, нельзя подходить к картине Михалкова как к психологической драме на реальном историческом материале. Это не документальная драма, а синтез романтической мелодрамы и комедии. А условность жанра вполне допускает условность сюжетных поворотов, характеров и возраста персонажей.
Вопреки расхожему мнению, я не как-то не уловил в «Сибирском цирюльнике» неких «великодержавных идей» и «политических манифестов». Да, Россия показана у Михалкова мощной державой с традициями воинской дружбы и взаимовыручки. Страной образованного офицерской корпуса. Не даром действие одной из лучших сцен фильма происходит в Кремле, где император Александр III (Никита Михалков) принимает присягу юнкеров. Но есть в фильме и ирония, насмешка авторов над иными русскими традициями. Одна сцена, где бравый генерал спьяну разгрызает стакан чего стоит!
А главное — это картина о романтической и безрассудной любви.
В рамках выбранного авторами жанра «Сибирский цирюльник» кажется весьма гармоничным и последовательным...
Киновед Александр Федоров
Сказка странствий. СССР-Чехословакия-Румыния, 1982/1983. Режиссер Александр Митта. Сценаристы: Юлий Дунский, Александр Митта, Валерий Фрид. Актеры: Андрей Миронов, Татьяна Аксюта, Лев Дуров, Ксюша Пирятинская, Балтыбай Сейтмамутов, Валерий Сторожик и др. 8,1 млн. зрителей за первый год демонстрации в кинотеатрах.
Когда-то Александр Митта был признанным мастером кинематографа для детей («Звонят, откройте дверь», «Точка, точка, запятая...»). Потом постепенно стал осваивать территорию кинематографа «взрослого» («Гори, гори, моя звезда», «Сказ о том, как царь Петр арапа женил», «Экипаж»)... И вот возвращение в мир кино для тех, кому, как говорится, нет еще шестнадцати, — фильм «Сказка странствий».
Все так. Но возвращение это не прямое. К этой постановке режиссер пришел сложным путем поисков.
Режиссер поставил перед собой нелегкую задачу — изучив вкусы зрителей, особенно молодых, создать увлекательные, остросюжетные произведения, в которых воплотились бы светлые, гуманистические идеи. При этом А. Митта в своих многочисленных интервью и выступлениях на страницах прессы неоднократно подчеркивал, что для такого рода картин массового успеха необходима опора на предание, на миф.
Именно такой принцип сочетания зрелищности жанра, мифа, предания, многослойносги и многоадресности повествования с достоверностью поведения и быта героев в, казалось бы, самых фантастических ситуациях Александр Митта использует и в новой работе.
«Сказка странствий» оригинальна по сюжету. И вместе с тем во многих эпизодах ощутима неслучайная стилизация под среднеевропейский фольклор. История бедных сироток Марты (Татьяна Аксюта) и Мая начинается феерическим предновогодним празднеством шипящего, сверкающего бенгальскими огнями городка, похожего своими узкими улочками и домами с черепичными крышами то ли на городок братьев Гримм, то ли на городок Гофмана... Да и дальнейший ход событий — кража маленького Мая злым разбойником Горгоном (Лев Дуров) вроде бы настраивает нас на привычный лад сказки о поисках пропавших братьев и сестер. Однако авторы делают все, чтобы привычное здесь все чаще оборачивалось непривычным.
Прежде всего, А. Митта заведомо отказывается следовать неписанному закону отечественной киносказки, где малейшее эмоциональное напряжение, едва зародившееся душевное волнение, страх за судьбу героев мгновенно переводятся либо в комическое русло, либо разрешаются самым спасительным образом. Используя внешние приметы фильма ужасов, авторы дают возможность зрителям, особенно юным, поволноваться за Мая, Марту и ее спутника — лекаря и ученого Орландо (Андрей Миронов) самым нешуточным образом. Испытания и опасности, которые встречают на своем пути Марта и Орландо, нужны авторам, чтобы еще раз, в полном соответствии с законами настоящей сказки, вселить в юных зрителей веру в добро, любовь, справедливость, верность. Веру в то, что никакие преграды не устоят перед смелой Мартой и ее другом.
Итак, сказка для детей? И да, и нет. Ибо во многие эпизоды («рай» на спине дракона, суд над Орландо) авторы фильма вкладывают подтекст, несомненно, рассчитанный на взрослых, на их понимание мира во всей его сложности и противоречивости. Да и прозрачная стилизация изображения сказочно-мистического толка адресована, разумеется, не детям...
То же, впрочем, можно сказать и об актерской игре. И Андрей Миронов, и Лев Дуров отнюдь не склонны делать своих героев однозначными.
Орландо, который, кажется, за свою недолгую жизнь успел изобрести все, на что человечеству потом понадобятся века, сыгран А. Мироновым человеком непоследовательным, порой слабым, способным на опрометчивый поступок и вместе с тем чистым душой, добрым, наивным, искренним и бескорыстным. Актер, отказываясь от многих стереотипов прежних ролей, создает образ сказочного Дон-Кихота, человека, готового пожертвовать собой ради других, в манере психологически сдержанной, без излишнего гротеска.
Так и Лев Дуров вовсе не педалирует порочных страстей Горгона. В предфинальной сцене умные, грустные глаза теперешнего герцога и бывшего разбойника говорят нам о многом. Горгон, пожалуй, не лжет, когда уверяет Марту, что золото не принесло ему счастья, и смысл жизни он видит в приемном сыне Мае, его наследнике...
И когда в финале камера Валерия Шувалова сквозь золотой дождь несметных сокровищ, улетающих в неистовом вихре, пробирается к ложу Горгона, мы видим, что тот пытается задержать ускользающие драгоценности, скорее, по инерции. Он стар... Он потерял Мая... Он почти мертв...
Киновед Александр Федоров
Скорость. СССР, 1983. Режиссер Дмитрий Светозаров. Сценарист Мария Зверева (по одноименной повести В. Мусаханова). Актеры: Дмитрий Харатьян, Алексей Баталов, Мерле Тальвик, Всеволод Шиловский, Ангелина Степанова, Баадур Цуладзе и др. 18,2 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Фильм режиссера Дмитрия Светозарова «Скорость», на первый взгляд, ясен и прост. Конфликты вычерчены резко, характеры заявлены четко и определенно, И история рассказана вроде бы вполне традиционно-назидательная. В самом деле, немало мы уже видели на экране юношей, которые в погоне за длинным рублем отказывались от высоких идеалов, но затем благополучно возвращались на путь истинный...
Итак, жил-был в некотором райцентре талантливый изобретатель-самоучка. Его автомодель приглянулась известному конструктору-профессионалу. И вот парнишка принят в команду и испытывает сверхскоростную машину «Игла» (по имени конструктора — Игорь Лагутин), но в силу трудного характера или, по словам одного из критиков, «обаятельной неинтеллигентности», изменяет признанию и занимается бизнесом на станции техобслуживания автомобилей. Однако, встретившись с бывшим наставником, он вновь возвращается к настоящему делу...
Что ж, фильм можно понять и так. Режиссер откровенно идет навстречу такому уровню восприятия. Пульсирующе-напряженная музыка ансамбля «Машина времени», ритмичный монтаж, не позволяющий героям фильма, как говорится, растекаться мыслью но древу, участие Алексея Баталова, которого после картины «Москва слезам не верит» настиг поистине «девятый вал» популярности... Все это позволяет смотреть «Скорость» как яркое, красочно - широкоэкранное зрелище, к тому же с полезным воспитательным смыслом.
Между тем, за притчеобразной фабулой более внимательному взгляду открывается сюжет далеко не столь однозначный. К примеру, обвораживающе-интеллектуальный профессор автодорожного института Игорь Владимирович Лагутин в, сущности похож на предыдущего героя А. Баталова — Гошу в основном внешне: манерой разговора, поведения, незыблемо оптимистической уверенностью в собственные силы. На деле же конструктор Лагутин способен ради успеха своей работы жестоко ранить души близких ему людей. Рада этого самого успеха он идет на любые жертвы. При всем том авторы ни в коем случае не стремятся превратить Лагутина в «отрицательного» героя. Напротив, личное обаяние. Алексея Баталова, тот шлейф ассоциаций, который возникает у зрителей после недавней «Москвы...», делают образ Игоря Владимировича притягательным.
Да и герой Дмитрия Харатьяна — бывший детдомовец Гриша отнюдь не так прост и прямолинеен. Да, он еще не обзавелся интеллигентными манерами, и его мир, в самом деле, в чем-то узок, неразвит. Но бросает он большой спорт и институт вовсе не поэтому. Просто максималист Григорий Яковлев не может простеть своему учителю его всеподавляющей сосредоточенности на желанном успехе, во имя которого тот готов отказаться далее от любви. Отсюда и импульсивно-бесконтрольное желание Григория эффективно расстаться с жизнью — взорвавшись в сверхскоростной сигаре, больше похожей на самолет, чем на автомобиль…
Гибель ученика. Позднее раскаянье учителя... Возможен, видимо, и такой вариант финала. Но авторам важнее иное — испытание юного героя искушением. Отсюда и почти мефистофельская фигура доцента Левко в колоритном исполнении Всеволода Шиловского. Бывший друг Лагутина Левко давно уже оставил спорт, превратившись в специалиста материальной наживы. Технический талант Гриши ему нужен, само собой, сугубо в корыстных целях.
В сцене ресторанного банкета авторы обрисовывают его новых друзей крупными, сочными сатирическими мазками. И здесь, под одуряюще-бодрый шлягер «фирменно» одетый, повзрослевший и располневший Григорий видит такого же короля районной танцплощадки, отплясывающего немыслимые «па», каким был он сам еще пару лет назад..
Дмитрий Харатьян, верно уловив режиссерский замысел, показывает своего героя очень разным. Есть в нем и талант, и душевная нечуткость, инертность, наивная эгоистичность. Есть слепая мстительность, желание доказать себе и другим, что он может стать «сильным мира сего» Есть жажда высшей справедливости и лирическая погруженность в зазеркальный мир отполированного металла.
В фильме есть еще один по-настоящему многозначительный кадр. Старая фотография пятнадцатилетней давности. Около машины — четверо. Лагутин, Левко, белокурая девочка лет семи и какой-то задумчивый парень, стоящий чуть поодаль. У парня прекрасное, одухотворенно-печальное выражение лица. Он был знаменитым эстонским автогонщиком и погиб, испытывая одну из первых моделей конструктора Лагутина. А девочка — его сестра — выросла и стала увлекаться техникой, а, может быть, не столько техникой, сколько самим Игорем Владимировичем.
Молодая актриса Мерле Тальвик хорошо ведет эту роль — раскованно, свободно, точно уловив стиль поведения некоторых своих чрезвычайно эмансипированных современниц. Правда, драматургический материал, отведенный актрисе, невелик, отчего запоминаются больше ее портреты-наплывы, мастерски снятые оператором Сергеем Астаховым.
В этих поэтичных кадрах перед нами возникает не Кристина истинная – взбалмошно-своенравная и чуть самовлюбленная, а та, иная Криста, что могла, наверное, вырасти из застенчивой девчонки на старой фотографии. Однако ж есть жизнь. И одухотворенно-нежные портреты героини остаются лишь несбывшейся мечтой.
Да и сам идиллично-светлый финал картины кажется в ее структуре тоже не более чем розовым сном: «фирменный» герой, сокрушив хрустальный мир своей новенькой квартиры, возвращается в село, снова конструирует что-то и великодушно дарит автодетище сероглазому мальчугану. Откуда-то, словно волшебству, появляется на пустыре профессор Лагутин, и Григорий вместе с ним peшает снова начать с нуля.
Истинный финал, каким вытекает из всего хода фильма, конечно, не может таким. По сути — это драма двух неудавшихся судеб нереализованных возможностей, несбывшихся талантов… Но мы в зале, несмотря ни на что, ждем счастливой развязки, и авторы великодушно дарят нам эту спасительную соломинку надежды…
Киновед Александр Федоров
Скромные люди / Shy people. США, 1987. Режиссер Андрей Кончаловский. Сценаристы: Жерар Браш, Марджори Дэвид. Актеры: Джилл Клейберг, Барбара Хёрши, Марта Плимптон и др.
«Скромные люди» относятся к американской серии фильмов Кончаловского. Главная героиня, журналистка модного нью-йоркского журнала, хочет найти своих родственников.
Барбара Херши играет ее дальнюю кузину, которая живет в обветшалом, поросшем мхом доме вдали от суетной городской жизни.
Режиссер противопоставляет двух разных женщин, живущих в разных мирах: одна – среди «каньонов» из небоскребов в Манхэттене, а другая – среди живой природы.
Фильм – о мести и ненависти, о призрачной грани между жизнью и смертью, о матерях и детях, об одиночестве. Ключевая идея фильма – та, что семейные узы – самые крепкие и важные связи между людьми в этом мире.
Киновед Александр Федоров