14 марта 1987 года — дата, которая осталась в истории советского флота как пример редкого везения, героизма на грани катастрофы. Теплоход «Комсомолец Киргизии» Балтийского морского пароходства затонул в Атлантике в двухстах милях от побережья США. Все 37 членов экипажа, находившихся на борту, остались живы благодаря решению американских пилотов пойти на риск, который едва не стоил им жизни.
Материал для ВАС – ЕЩЕ ФОТО "КИРГИЗА" – на канале МорфлотСПб в МАХ: https://max.ru/brosur/AZyzQvOSbS8
Судно, которое не хотели принимать
К декабрю 1986 года, когда «Комсомолец Киргизии» (моряки называли его просто «Киргиз») встал на ремонт на ленинградской «Канонерке», уже повидавший на своем веку пароход. Но ремонт вышел комом: торопились сдать объект до новогодних праздников. Работы велись наспех, в холода. Часть обшивки не заменили, а просто наварили поверх старой новые листы. Грузовые краны срезали, свалили тут же у борта, а потом приварили обратно.
Капитаном после ремонта назначили Владимира Хурашева. В БМП он был человеком новым, до этого ходил на гидрографических судах в Севастополе. Несколько капитанов уже отказались от «Киргиза» под разными предлогами. Хурашеву выбирать не приходилось. Экипаж набрали большой по меркам конца 80-х — 37 человек, включая трех женщин.
Только 15 января 1987 года судно покинуло Ленинград. Маршрут был стандартным для балтийских «кубинцев»: металлоизделия на Кубу, затем балластом в Канаду, там погрузка 11 тысяч тонн муки в мешках — и снова на Остров Свободы. Канадскую муку кубинские пекари предпочитали советской, и такие рейсы в то время - дело привычное. К погоде тоже привыкли: из ленинградской зимы в тропики и обратно — краска на борту держалась плохо, но это считалось косметикой.
13 марта: удар
Место, где теплоход оказался к вечеру 13 марта, пользовалось у моряков дурной славой. Там сталкиваются два течения, и волны могут вести себя совершенно непредсказуемо.
Капитан Хурашев не спал. Около половины пятого утра 14 марта по судовому времени) корпус получил удар чудовищной силы. Лопнули стальные листы в районе сварных швов — тех самых, что наварили поверх старой обшивки. В пробоину хлынула вода. Судно мгновенно получило крен, главный двигатель заглох.
Трюма были род завязку забиты мукой. Вода не сразу заполнила отсеки, впитавшись в груз. Механикам удалось запустить машину, но скорость упала до четырех узлов — едва хватало, чтобы удерживаться носом к волне.
Сигнал бедствия
Основную антенну срубило. Радисты перешли на запасную. Эфир молчал. Только к половине восьмого утра удалось пробиться через Гавану и выйти на связь с компетентными органами в Ленинграде, с пароходством.
Но к тому моменту крен достиг уже 36 градусов. Судно не слушалось руля — матроса у штурвала привязали ремнями, чтобы тот мог стоять на месте. Спустить шлюпки было невозможно: одних из-за крена прижало к борту, а других сносило бы, разбив о корпус. Один из надувных плотов утонул сразу же при попытке сброса.
С пароходством держали устойчивую связь. Начальник БМП Виктор Харченко спросил у капитана, сколько времени судно продержится на плаву. Ответ особо не располагал к большим раздумьям и требовал принятия быстрых решений: счет шел на минуты. Харченко принял волевое решение взяв, как должностное лицо, всю ответственность на себя: просить помощи у американцев, и, как только она подойдет, экипажу покинуть борт.
Вертолеты над Атлантикой
Береговая охрана США отреагировала мгновенно на сигнал SOS. Сложность состояла в том, что расстояние в 200 миль от берега была критической для вертолетов: топлива просто могло не хватить на обратный путь. По сути, точка невозврата. Окончательное решение оставили за пилотами.
Первым в воздух поднялся самолет-разведчик. Он навел на цель три вертолета, которые пошли на пределе дальности. Когда они зависли над тонущем теплоходом, крен был уже запредельный.
Спасательная операция прошла четко: моряков поднимали на борт с помощью специальных корзин. Спасатели действовали четко, профессионально. Последним с судна уходил капитан. Он был в парадной форме и, по словам очевидцев, собирался остаться на мостике. Экипаж увести его практически силой.
Вертолеты с уже со всеми спасенными моряками сделали прощальный круг над тонущим судном. В тот момент «Комсомолец Киргизии» уже лежал на борту, погружаясь в морскую пучину. Это была очень грустная картина с финальной сценой, которую никто и ничто могло изменить. Когда последний вертолет с Хурашевым на борту шел к берегу, двигатель начал давать перебои — топливо было на нуле. Дотянули.
На берегу: триумф и расследование
В СМИ спасательная операция широко освещалась, вызвала большой интерес среди мировой общественности. Экипаж доставили в Атлантик-Сити. Пресса уже трубила о подвиге пилотов, и в СССР замять историю было уже нельзя.
Президент США Рональд Рейган пригласил моряков в Белый дом. Он поздоровался с каждым лично, вручил памятные подарки — позолоченные заколки для галстука с президентской печатью. Морякам выдали по 500 долларов на покупку одежды и по сотне на карманные расходы. Некоторые, привыкшие к дефициту, превысили лимит, поставив советское консульство перед фактом перерасхода.
В Москве экипаж ждал другой прием. Моряков разделили на командный и рядовой состав, разместили в домах отдыха, но по факту изоляция сопровождалась бесконечными допросами. Расследование длилось почти две недели.
Виновного искали по стандартной схеме. Капитана Хурашева должны были судить в сентябре. Он очень переживал. До суда не дожил - умер от инфаркта 5 августа 1987 года.
История с иностранным вмешательством и последовавшей шумихой сказалась негативно на карьере должностных лиц. Начальник БМП Виктор Харченко, чье решение запросить помощь у американцев спасло людей, лишился перспектив повышения до должности замминистра...
Следуем с МорфлотСПб по волнам соцсетей:
Канал МорфлотСПб в МАХ: max.ru/brosur
Канал МорфлотСПб ВКонтакте: vk.com/im/channels/-230957901
Морское сообщество МорфлотСПб ВК: vk.com/brosur
Канал МорфлотСПб Дзен: dzen.ru/morflot
Канал МорфлотСПб Rutube: rutube.ru/channel/27...
Фотоматериалы, использованные в публикации, ранее предоставлены Службой Береговой охраны США и обществом поклонников Рональда Рейгана.