Кристина пришла на оглашение завещания, ожидая получить старую шкатулку и, может быть, бабушкину дачу. Вместо этого нотариус зачитал условия, от которых у нее перехватило дыхание. Теперь её судьба зависит от того, кто быстрее найдет себе мужа — она или её заклятый враг Марк.
Нотариус, сухой мужчина в очках с толстыми линзами, жестом пригласил всех присаживаться.
Кристина опустилась на жесткий стул и сцепила пальцы в замок, чтобы не разреветься. Бабушкина квартира, где прошло её детство, где пахло пирогами и старыми книгами, теперь казалась чужим музеем. Портьеры задернуты, на комоде — огромный портрет Елизаветы Петровны в траурной ленте. Бабушка на фотографии хитро улыбалась, словно знала какой-то секрет, который вот-вот раскроется.
Напротив, развалившись на стуле с таким видом, будто он здесь главный наследник, сидел Марк Воронцов. Дорогой костюм, запонки с вензелями, на лице — скучающее выражение аристократа, которого оторвали от важных дел ради какой-то ерунды.
Кристина с силой впилась ногтями в ладонь. Терпеть его не могла. Еще с детства, когда их семьи враждовали из-за каких-то дурацких участков, из-за бизнеса, из-за бабушкиного внимания. Марк всегда получал всё лучшее: дорогие подарки, похвалы, возможность учиться за границей. А Кристина — только бабушкину любовь. Но теперь бабушки не стало.
— Итак, — нотариус водрузил на нос очки и развернул внушительный документ с гербовой печатью. — Приступим к оглашению завещания Елизаветы Петровны Воронцовой-Соболевой.
Присутствующих было немного. Кристина с сестрой Ольгой, Марк, дальняя родственница со стороны первого мужа бабушки и соседка, которая присматривала за квартирой.
— Завещание составлено собственноручно, заверено нотариально и является действительным, — бубнил нотариус. — Начинаем.
Кристина затаила дыхание. Она знала, что бабушка её любила. Знала, что та хотела помочь с кофейней, которая еле сводила концы с концами. Наверное, достанется небольшая сумма и, может быть, фамильные драгоценности. Этого хватит, чтобы протянуть полгода и найти нормального инвестора.
— Все мое имущество, — голос нотариуса звучал торжественно, — включая недвижимость, банковские счета, ценные бумаги и иные активы...
Кристина замерла.
— ...переходит в равных долях моим внукам?
Она выдохнула. Ну конечно, пополам с Марком. Справедливо.
— ...НЕТ! — нотариус сделал паузу и поднял указательный палец. — Прошу прощения. Здесь написано иначе.
В комнате повисла звенящая тишина. Марк перестал крутить в пальцах ручку и подался вперед.
— Перечитываю дословно, — нотариус поправил очки. — «Все мое имущество я оставляю тому из моих внуков — Кристине Алексеевне Соболевой или Марку Андреевичу Воронцову, — кто первым вступит в законный брак. Срок действия условия — один год с момента моей смерти. Если по истечении этого срока ни один из внуков не выполнит условие, все активы подлежат передаче в благотворительный фонд защиты бездомных кошек „Мурлыка“».
Что?
Кристина моргнула. Ей показалось. Это шутка. Розыгрыш. Сейчас нотариус улыбнется и скажет, что это бабушкина глупая проверка на чувство юмора.
Но нотариус не улыбался. Он перевернул страницу и продолжал чтение, но Кристина уже ничего не слышала. В ушах шумело.
— Кошкам? — выдохнула Ольга, сидящая рядом. — Бабуля хочет отдать миллионы кошкам?!
— Тише ты, — прошипела Кристина, сжимая сестрину руку.
Напротив Марк медленно опустил ручку на стол. Его челюсть была слегка напряжена, но на лице читалась не столько злость, сколько... азарт? Он перевел взгляд на Кристину, и между ними словно проскочила электрическая дуга.
Брак. Первый брак. Миллионы.
Кристина вдруг отчетливо представила, как Марк, этот высокомерный индюк, тащит в загс какую-нибудь длинноногую модель, а сам довольно потирает руки. Представила, как её кофейню закрывают за долги, как она теряет всё, что строила годами.
— Каковы юридические нюансы? — голос Марка разрезал тишину, холодный и деловой. — Брак должен быть заключен на территории РФ? Требуется ли согласие других наследников?
Нотариус поперхнулся:
— Э-э-э, в завещании не указаны дополнительные условия. Любой законный брак, зарегистрированный в органах ЗАГС. Свидетели, церемония — не важны. Главное — штамп в паспорте.
Марк удовлетворенно кивнул и снова посмотрел на Кристину. На этот раз в его взгляде читался вызов.
— Ну что, Соболева, — одними губами произнес он. — Погнали.
Кристина в ответ лишь гордо вскинула подбородок. Не дождешься, Воронцов. Я тебя сделаю.
Оглашение закончилось. Все подписывали какие-то бумаги, перешептывались, возмущались. Дальняя родственница громко возмущалась кошкам, соседка ахала. Кристина механически ставила подписи там, где указывал нотариус, и чувствовала, как внутри закипает холодная решимость.
— Держись, — шепнула Ольга, когда они выходили из подъезда. — Мы что-нибудь придумаем.
Кристина кивнула. Она уже придумывала. В голове лихорадочно прокручивались варианты: знакомые, бывшие однокурсники, парни из кофейни. Кто из них согласится на фиктивный брак? Кто не потребует слишком много?
— Соболева!
Голос Марка догнал её на парковке. Кристина обернулась. Воронцов шел к ней уверенной походкой хозяина жизни, и ветер играл полами его дорогого пальто.
— Чего тебе? — бросила она, не скрывая раздражения.
— Поздравить хотел, — Марк остановился в паре шагов и сунул руки в карманы. — С победой. Кошачьей.
— Остришь? — Кристина скрестила руки на груди. — Как обычно, остроумие не твой конек.
— А вот брак, судя по всему, станет моим, — Марк усмехнулся. — Слушай, признай честно: у тебя же никого нет. Сидишь в своей кофейне целыми днями, парней не видишь, кроме курьеров. А у меня очередь из невест. Так что деньги мои. Можешь начинать придумывать имя для кота-миллионера.
Кристина почувствовала, как краска гнева заливает щеки. Он прав. Черт бы его побрал, он прав. У неё действительно никого нет. Последние два года она только и делала, что работала. Кофейня, отчеты, поставщики, снова кофейня. Личная жизнь умерла естественной смертью.
Но показывать ему свою слабость? Ни за что.
— А ты не боишься, что твоя невеста окажется обычной охотницей за деньгами? — ядовито поинтересовалась она. — Женишься на какой-нибудь, а она потом половину отсудит. Или сразу сбежит с бабушкиными миллионами.
Марк пожал плечами с показным равнодушием:
— Брачный договор. Не слышала о таком?
— Слышала, — Кристина улыбнулась самой сладкой улыбкой, на которую была способна. — Только договор — это бумажка. А любовь — это... непредсказуемо. Вдруг ты влюбишься по-настоящему, а она возьмет и разобьет тебе сердце? Вместе с деньгами?
Марк моргнул. Всего на секунду в его глазах мелькнуло что-то похожее на... растерянность? Но он быстро взял себя в руки.
— Не дождешься. Я вообще не способен на любовь. Так что ставки сделаны, Соболева. Время пошло.
Он развернулся и направился к своему черному внедорожнику, даже не попрощавшись.
Кристина смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри всё кипит. Ну уж нет, Марк Воронцов. Ты у меня попляшешь.
— Сестренка, — Ольга подошла сзади и тронула за плечо. — Он прав. У тебя правда никого нет. Что делать будем?
Кристина глубоко вздохнула, прогоняя панику.
— Не знаю. Но мы что-нибудь придумаем. Объявления дадим, в соцсетях поищем. Должен же быть хоть один адекватный мужчина, которому нужны деньги.
— А если Марк найдет жену раньше?
Кристина посмотрела на отъезжающую машину врага.
— Не найдет. Я ему не позволю. Буду саботировать все его свидания, если понадобится.
— Каким образом?
— Еще не придумала, — честно призналась Кристина. — Но бабушка всегда говорила: кто хочет — ищет возможности, кто не хочет — ищет причины. Я хочу эти деньги. И я их получу.
Они сели в старенькую Кристинину «Мазду», которая жалобно завелась с третьего раза. Ольга всю дорогу молчала, только крутила в руках телефон. А Кристина прокручивала в голове разговор с Марком.
«Я вообще не способен на любовь».
Странная фраза. Он сказал это так, будто гордится собой. Или будто защищается. Кристина тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли. Какая разница, способен он на любовь или нет? Главное — чтобы она сама оказалась способна найти мужа быстрее, чем этот самовлюбленный павлин.
Дома её ждал сюрприз. На почту пришло письмо от нотариуса с копией завещания и отдельным вложением — личной запиской от бабушки, которую тот должен был передать после оглашения.
Кристина дрожащими руками открыла конверт.
«Кристиночка, моя родная! — узнала она бабушкин мелкий, чуть дрожащий почерк. — Если ты это читаешь, значит, меня уже нет, и ты, наверное, злишься на старую дуру за её дурацкое завещание. Не злись. Я всё вижу. Ты работаешь как лошадь, забыла про личную жизнь, прячешься в своей кофейне от всего мира. А Марк... Марк тоже несчастен, хоть и нос задирает. Вы оба — два сапога пара. Гордые, упрямые, одинокие. Я хочу, чтобы вы наконец-то нашли своё счастье. И если для этого нужно поставить на кон миллионы — значит, так тому и быть. Люблю тебя. Бабушка».
Кристина перечитала письмо три раза.
«Несчастен? Марк? Этот самодовольный хлыщ, у которого всё есть?»
Она хотела рассмеяться, но вместо этого почему-то расплакалась. По бабушке. По её безумной вере в любовь. По той нелепой ситуации, в которой они с Марком оказались.
— Бабуля, ну ты и даешь, — прошептала Кристина сквозь слезы. — Свела нас в могилу, называется.
За окном стемнело. Где-то в другой части города Марк наверняка уже обзванивал знакомых свах и листал анкеты потенциальных невест. А она сидит и ревет над бабушкиным письмом.
Кристина вытерла слезы и достала телефон. Хватит раскисать. Время работает против неё. Пора искать мужа.
Она открыла сайт знакомств и начала листать анкеты. «Люблю рыбалку и пиво». Следующий. «Ищу серьезные отношения, без детей». Следующий. «Мама сказала, что я должен жениться до тридцати». Господи, за что?
Через час бесполезного скроллинга Кристина отложила телефон и уставилась в потолок. Марк прав. Адекватных мужчин, готовых на фиктивный брак, днем с огнем не сыщешь.
И тут в голову пришла шальная мысль. А если... если нанять актера? Профессионала, который сыграет роль мужа за процент от наследства? Такие же люди существуют? Наверное, в интернете есть всё.
Она снова схватила телефон и набрала в поиске: «Актер на роль мужа Москва».
И замерла.
Первая же ссылка вела на сайт агентства, которое называлось... «Идеальный муж. Фиктивные отношения под ключ».
— Ничего себе, — выдохнула Кристина. — Бабуля, ты это видишь? Целый бизнес на твоей идее.
Она нажала кнопку «Заказать звонок» и загадала: если ей ответят в течение часа, значит, бабушка правда помогает с небес.
Телефон зазвонил через три минуты.
— Агентство «Идеальный муж», — проворковал в трубке приятный женский голос. — Чем мы можем вам помочь?
Кристина набрала побольше воздуха.
— Мне нужен муж. Фиктивный. На год. И желательно, чтобы он был красивее, чем один мой знакомый, которого я терпеть не могу.
В трубке повисла пауза, а потом женщина рассмеялась:
— Вы по адресу. Приезжайте завтра на собеседование. Подберем вам такого мужа, что ваш знакомый лопнет от зависти.
Кристина положила трубку и впервые за день улыбнулась по-настоящему.
— Ну что, Марк Воронцов, — прошептала она в темноту комнаты. — Посмотрим, у кого муж лучше. Игра началась.
Продолжение следует...
Как думаете, Кристина правильно сделала, что обратилась в агентство? Или фиктивного мужа лучше искать среди знакомых? А что бы вы выбрали на её месте — честный поиск или помощь профессионалов? И верите ли вы, что у Марка действительно нет никого, кто мог бы стать его женой?