Август 2008 года. Геофизика — удивительная наука: находить полезные ископаемые, не раскапывая землю.
После испытаний на шахте Ирокинда, я уже примерно представлял, что меня может ждать на очередной практике.
Понимал, что платить, скорее всего, не будут, поэтому поставил себе задачу — получить реальный опыт по будущей специальности.
По распределению попал в «Востокгеологию», а дальше — вахтовый городок и ежедневная работа в тайге.
Упавшая берёза вместо скамейки — присел отдохнуть, но постоянная настороженность остается: вдруг появится медведь.
Ребята в свободное время ходили на охоту и принесли двух птиц. Вроде бы дичь, деликатес, а запах — как у поросёнка. В итоге я старался есть тушёнку и всё, что было в сухом военном пайке.
Транспорт
МТЛБ — техника своеобразная.
Едет до тех пор, пока не попадётся пенёк, на котором безуспешно крутится и начинает изображать балерину.
Однажды застряли именно так, хорошо, что многие уже были в похожей ситуации. Сразу напилили бревен, одно привязали к гусенице и с нескольких попыток кое-как выехали.
Работа
Моя задача заключалась в протаскивании так называемой «косы» через труднопроходимую тайгу строго по прямой линии и закреплении электродов («бочонков») в грунте.
Таких рабочих было несколько. Все двигались строго параллельно. Когда линия была готова, старший группы снимал показания на ноутбук. Мы ждали сигнала готовности по рации.
После снятия показаний электроды убирали, «косу» переносили дальше — и всё повторялось.
Тогда я понял, что практику лучше проходить на относительно ровных ландшафтах — например, в степях. Здесь же иногда приходилось вставать на четвереньки и буквально ползти в гору, как скалолаз. К счастью, кустов и деревьев было достаточно — цеплялся за них, подтягивался.
Каждый день благодарил себя за то, что купил защитный костюм: меня постоянно кто-то пытался укусить — мошка, комары, оводы, пчёлы, шмели, шершни, клещи.
Условия
Спецодежду не предоставляли. Кто в чём приехал — в том и работал. Приехал бы в костюме с галстуком — ходил бы по тайге в туфлях. Выдали только перчатки.
Питание было платным. Студентам начисляли стипендию около 4 500 рублей. Скажу прямо: тушёнку удавалось купить не всегда — денег могло не хватить на оплату питания, и пришлось бы снова занимать.
Опыт Ирокинды помог: в первую неделю я посчитал, сколько съедаю. Стало понятно, что до конца месяца не дотяну. Тогда впервые осознанно подошёл к управлению ресурсами: если денег мало — нужно считать, планировать и искать альтернативу, а не надеяться, что «как-нибудь получится».
Тогда брал банку сгущёнки, пакет, набирал воду из родника рядом. Примерно в обеденное время искал ягоды — голубику или бруснику. Собирал их в пакет, заливал сгущёнкой, размешивал — это был и завтрак, и обед.
Можно сказать спасибо хотя бы за бесплатную доставку до вахтового городка: туда — на УАЗе «буханке», обратно — в открытом кузове грузовика с катающимися газовыми баллонами.
Вахтовый городок
Почему-то у всех участников этого процесса — студентов, преподавателей, потенциальных работодателей — есть твёрдое убеждение: на практике платить не нужно вообще. Более того, студенты должны быть благодарны уже за саму возможность пройти её.
Тогда возникает вопрос: почему компаниям не хватает специалистов?
Вывод, на мой взгляд, очевиден — отношение к студентам как к бесплатной рабочей силе. Практикантов не рассматривают как будущих управленцев. Удивительно, что после практики даже не предложили работу. Хотя «генерал» всегда вырастает из «рядового». В армии эта система работает: после срочной службы многих уговаривают остаться по контракту.
Позже, имея собственный опыт найма и обучения людей, я увидел, что даже неопытный отделочник может со временем стать успешным прорабом. Всё зависит от системы мотивации и умения обучать.
Через несколько лет кафедру геофизики закрыли. Возможно, потребность в таких специалистах действительно снизилась.
И всё же у студенческих практик был плюс — они проходили летом. В отличие от моего опыта работы в Мурманске. И даже изготовление «косы», так называлось плетение нескольких кабелей, лучше делать, когда тепло.
Жизненный опыт
В дождь главное — не промокнуть до белья. Иначе появляется дрожь, и холод. Начинает буквально трясти. Стоит остановиться или сесть — замерзаешь мгновенно.
Выводы
Управлять коллективом я тогда, конечно, не научился — должность была не та. Но конфликтную ситуацию решил.
Когда я приехал, меня заселили в деревянную бытовку. Рабочие курили так, будто это их последний день: одна сигарета зажигалась от другой, не успев погаснуть в пепельнице. Бытовка при этом не проветривалась.
Я попросил выходить курить на улицу — этого хватило минут на десять. Тогда пошёл к начальнику участка. Понял, что внутри системы всегда есть уровень, на котором можно повлиять на ситуацию. Главное — не конфликтовать, а искать решение.
Он собрал всех студентов и переселил нас в передвижной вагончик. Места стало меньше, зато никто не курил.
Первый студенческий управленческий вывод: если задача не решается локально — значит, нужно менять уровень принятия решения. Управление — это не про власть, а про ответственность за среду, в которой ты находишься.
Уже позже, управляя строительными объектами и командами, я понял, что те решения в тайге были первыми шагами в управлении. Просто тогда я этого ещё не осознавал.
#Забайкалье #Геофизика #СтуденческаяПрактика #ПолевыеРаботы #ЖизненныйОпыт #УправленческиеВыводы #Строительство #Антикризис #ЛичныйОпыт #КоростовскийАлександр