Найти в Дзене
AOM_CLub

Серия 4. Тело, которое помнит всё

В прошлых главах мы видели, как Душа убегала в Светящийся Кирпичик, а разум строил Витрины. Но где всё это время было наше Тело? С точки зрения нейрофизиологии, тело — это сложнейший резонатор. Когда мы думаем одно, а говорим другое, в нашей нервной системе возникает «короткое замыкание». Нейролингвистика утверждает: каждое наше «пластиковое» слово сопровождается микро-напряжением мышц. В травматерапии и телесно-ориентированном подходе (вспомним Вильгельма Райха) это называют «мышечным панцирем». Ложь — это всегда задержка дыхания. Это всегда сжатые челюсти, чтобы «не сболтнуть лишнего», или поднятые плечи, пытающиеся спрятать голову от страха быть увиденным. Добро пожаловать в новую главу — сказку о Застывшем Танце и Каменных Узлах. Сказка о Забытом Храме и Безмолвных Часовых Пока Душа любовалась своей Витриной, её настоящий Дом — её Тело — превращался в странное место. Тело было верным псом: оно слышало каждую команду Души.
Когда Душа говорила: «Я всё понимаю (хотя мне больно)», Тело
Переходим к самой «осязаемой» части нашего сериала. Если прошлые серии были о словах и цифровых образах, то теперь мы спускаемся в тело — единственный честный свидетель нашей жизни, который невозможно «отредактировать» фильтром.
Переходим к самой «осязаемой» части нашего сериала. Если прошлые серии были о словах и цифровых образах, то теперь мы спускаемся в тело — единственный честный свидетель нашей жизни, который невозможно «отредактировать» фильтром.

В прошлых главах мы видели, как Душа убегала в Светящийся Кирпичик, а разум строил Витрины. Но где всё это время было наше Тело? С точки зрения нейрофизиологии, тело — это сложнейший резонатор. Когда мы думаем одно, а говорим другое, в нашей нервной системе возникает «короткое замыкание».

Нейролингвистика утверждает: каждое наше «пластиковое» слово сопровождается микро-напряжением мышц. В травматерапии и телесно-ориентированном подходе (вспомним Вильгельма Райха) это называют «мышечным панцирем». Ложь — это всегда задержка дыхания. Это всегда сжатые челюсти, чтобы «не сболтнуть лишнего», или поднятые плечи, пытающиеся спрятать голову от страха быть увиденным.

Добро пожаловать в новую главу — сказку о Застывшем Танце и Каменных Узлах.

Сказка о Забытом Храме и Безмолвных Часовых

Пока Душа любовалась своей Витриной, её настоящий Дом — её Тело — превращался в странное место. Тело было верным псом: оно слышало каждую команду Души.
Когда Душа говорила: «Я всё понимаю (хотя мне больно)», Тело послушно сжимало зубы, чтобы боль не вырвалась наружу.
Когда Душа шептала: «Ничего страшного (хотя мне страшно)», Тело поднимало плечи к самым ушам, пытаясь построить крепостную стену вокруг сердца.

Со временем в Доме появились Каменные Узлы.
В горле поселился Невысказанный Ком — он охранял вход, чтобы ни одно живое, острое слово не проскочило сквозь «вежливую» цензуру.
В плечах поселились Тяжелые Плиты — они несли на себе груз всех «я должен» и «все так живут».
В животе свернулся Холодный Узел — там пряталась правда, которой Душа боялась больше всего.

В чем секрет этого «окаменения»?
Наше Триединство (мысли, чувства, тело) — это единая река. Но ложь и «пластыри» работают как плотины.

Мышечная память
Мозг может забыть обиду, но фасции (ткани, обволакивающие мышцы) помнят её десятилетиями. Каждое ваше «всё ок», сказанное через силу, — это кирпич в ваш панцирь.

Потеря чувствительности
Чтобы не чувствовать душевную боль, мы «отключаем» тело. Мы перестаем замечать, как мы дышим, как стоим, как едим. Мы превращаемся в «голову на ножках», которая живет в смартфоне, пока Тело немеет от одиночества.

Чем грозит этот «каменный наряд»?
Самое печальное, что Душа начинает чувствовать себя пленницей в собственном Доме. Она хочет танцевать, но Плиты на плечах слишком тяжелы. Она хочет кричать от радости, но Ком в горле не пускает звук. Тело становится не источником удовольствия, а источником боли и дискомфорта. Мы начинаем лечить «спину» или «желудок», не понимая, что лечим на самом деле свою многолетнюю привычку молчать о важном.

Финал сказки:
Однажды Душа просто устала носить этот панцирь. Она села на пол, закрыла глаза и впервые за долгое время не стала убегать в Кирпичик. Она просто начала дышать. Очень глубоко. В самый низ живота, туда, где жил Холодный Узел.
— Мне больно, — прошептала она.
И Ком в горле чуть-чуть размяк.
— Я не хочу этого делать, — сказала она вслух.
И Плиты на плечах стали легче.

Тело не умеет искажать и врать. Оно просто ждет, когда вы вернетесь в него и назовете все узлы их настоящими именами.

Вопросы для тех, кто хочет «оттаять»:

Если бы ваши плечи могли заговорить, какую тяжесть они попросили бы вас сбросить прямо сейчас?

Чувствуете ли вы «ком в горле», когда пытаетесь сказать кому-то «нет» или признаться в своей уязвимости?

В какой части вашего тела живет ваше «всё нормально» — в сжатых челюстях, в напряженной пояснице или в замершем дыхании?

Поделитесь в комментариях

Мир всем