Как-то я с ужасом обнаружил: нас заливает. На кухонном потолке темнела вода, капли падали возле розетки.
Бегом на этаж выше, звонок не работает, стучу. Тишина. И веет холодом из замочной скважины. Тогда я к соседям рядом. Те мне и сообщили: жила тут старушка, умерла прошлым летом, квартира пустая.
Трубы, видимо, прорвало, зимой было дело.
Тогда я бегом к старшему по дому. И началось. Квартиру же надо вскрывать. Нужны родственники. Только никто родственников старушки не видел, жила одиноко, ни с кем не общалась. (Я не знал ее совсем, хотя со многими из подъезда знаком.) Этот самый дядька, старший по дому, иногда ей давал чуть денег, когда видел, что старушка копается в мусорных баках. Ее даже похоронить не могли несколько месяцев, лежала в морге.
После бюрократических мытарств квартиру-таки вскрыли. Да, там просто лопнула труба от мороза, были почему-то распахнуты окна.
А потом, по каким-то бумагам старушки удалось разыскать телефон ее племянницы. Та первым делом воскликнула: «Ой, умерла, да? А ведь тетя Оля мне эту квартиру хотела оставить…»
Дальше возникли новые родственнички, забегали. Еще бы – квартира!
То есть никто старушку годами не вспоминал, хрен бы с ней, пусть в мусоре роется. А тут сразу любовь к покойной тете Оле.
Нет, знаю, история, конечно, банальная. Просто до омерзения банальная.
Только никому из родни не досталась квартира, не нашлось юридических оснований, кроме внезапной «любви».
Отошла в собственность города. Пока так и стоит пустая. Может, нормальным людям достанется.
А.Б.