Мне страшно смотреть на время. Каждый день, который мелькает в календаре, - это ещё один шаг к неизбежному. И я знаю, что не готова к этому разговору, к этому моменту. Но Тима... он не знает о моих страхах. Он просто живёт. Семнадцать лет - это целая вечность для собачьего сердца. Тима уже видел столько, пока ещё видел. Теперь его мир стал другим - тёмным, но не менее насыщенным. Каждый звук для него - целая вселенная, каждый запах - история, каждое прикосновение - надежда на то, что он не одинок. Когда я смотрю на него, меня охватывает такой ужас от понимания хрупкости всего живого. Этот старичок, который когда-то носился по дворам, изучал каждый угол своими зоркими глазами, теперь осторожно ступает по знакомой территории, полагаясь только на память лап и чутьё носа. А он всё ещё радуется! Вот что меня и пугает, и восхищает одновременно. Тима не знает, что такое жалость к себе. Он просто принимает утро как подарок, прогулку как приключение, снег под носом как маленькое чудо. Я завидую