1996 год. США. Режиссер Дэвид Хоган. В ролях: Памела Андерсон, Темуэра Моррисон, Удо Кир, Стив Рейлсбек, Ксандер Беркли.
Время апокалипсиса: 2017 год.
Причина апокалипсиса: пандемия.
Масштаб апокалипсиса: вся планета.
Канадская красавица, мисс февраль 1990 года журнала Playboy, Памела Андерсон всегда хотела быть актрисой. Но слишком яркая внешность топ-модели отпугивала серьезных режиссеров и студии. А после «Спасателей Малибу» сценическое реноме силиконовой куклы приклеилось к знойной канадке навсегда. В половине из своих примерно тридцати ролей в Голливуде и за его пределами (Памела снималась даже у Андреасяна — в его плагиат-комедии «Что творят мужчины 2») секс-икона играла саму себя.
Но фильм, который мы обсудим сегодня, — из другой половины. По паспорту героиню Андерсон там зовут Барбара Копецки, но все называют ее Barb Wire, в смысле – Колючая Проволока. В оригинале кино называется также – это уже российские переводчики переименовали его в «Не называй меня малышкой». И не без оснований.
Не называть себя так Памела требует уже в открывающей сцене, в которой она танцует стриптиз в каком-то грязном постапокалиптическом кабаке. Постановщик Дэвид Хоган был вторым режиссером «Чужого 3» и «Бэтмена навсегда», но в основном занимался съемкой музыкальных клипов. И этот танец ему удался: шампанское льется рекой, ярко блистают софиты, мощные струи воды то и дело выбивают памелины прелести из декольте. Открывающая сцена из «Не называй меня малышкой» стала легендарной и по праву считается одним из самых волнующих киноэпизодов как минимум 1990-х.
Впрочем, это определение с некоторыми оговорками можно распространить и на весь остальной фильм — Памела засвечивает сиськи при каждом удобном случае. В общем зачете — никак не меньше десяти раз. Остальные актрисы от нее не отстают. Да и актеры тоже.
Вообще большая часть местных артистов и статистов выглядят как стриптизеры и стриптизерши, а бдсм-одеяния, корсеты, шипы, плетки, фуражки и разнообразный латекс фигурируют чуть ли не в каждом кадре — дело было за три года до «Матрицы», так что это не Памела Андерсон все украла у братьев Вачовски, а наоборот. Но дело там не только в садомазохизме.
Итак: 2017-ый – худший год в истории Америки. США охвачены пламенем Второй гражданской войны. Большую часть территории контролирует «Конгресс» — патриотическая организация, заимствовавшая весь свой стиль у Третьего рейха. Заправляет у них полковник Виктор Прайзер (Стив Рейлсбек), который впервые появляется на экране, жестоко пытая электротоком какую-то неизвестную голую тетеньку.
Под пыткой она сдает другую красавицу — доктора Коррину Девоншир по прозвищу Кора Дэ (Виктория Роуэлл), единственного человека на территории США, у которого есть лекарство от смертельного вируса под названием «Красная лента» – по сценарию у них там глобальная мегапандемия.
Кора работала в лаборатории, разрабатывавшей это биологическое оружие, но со временем разуверилась в идеалах фашистской партии, сбежала, прихватив с собой формулу смертоносной заразы, и теперь скрывается в Стил-Харборе – последнем городе США, на который еще не распространилась власть «Конгресса». Кроме того в пригороде Стил-Харбора еще функционирует аэропорт из которого можно улететь в Канаду.
Но попасть на этот рейс не так просто. На территории фашистской диктатуры мисс Девошир объявлена в розыск, и при попытке пересечь границу она будет немедленно схвачена и отправлена в гестапо. Единственный способ обмануть сканеры пограничного контроля — специальные контактные линзы. Эти линзы – очень дорогой и редкий товар: на черном рынке такая штука стоит не меньше двух миллионов долларов. И желающих заполучить ее немало — свободолюбивым американцам не очень нравится в фашистской Америке.
Барбара Копецки тоже была бы не прочь воспользоваться этими девайсами. И шансы на это у нее неплохие — ведь стриптизершей и проституткой она только притворяется, на самом деле Барби – владелица ночного клуба, а еще охотница за головами. В те редкие моменты, когда она не переодевается, не принимает ванну и не расхаживает по бару в одном полотенце, Барб избивает разных негодяев, чтобы отобрать у них что-нибудь ценное, гоняет на мотоцикле, взламывает сейфы и подкупает офицеров местной коррумпированной полиции.
Короче, из всех персонажей этой пародии на фильм мисс Колючая проволока выглядит самой достойной претенденткой на линзы за 2 миллиона канадских долларов (да, дела в США так плохи, что местная валюта перестала восприниматься американцами всерьез).
Однако в дело вмешивается любовь (ведь это же фильм с Памелой Андерсон). Выясняется, что доктор Кора путешествует не одна — а в компании с Акселем (Темуэра Моррисон — наемники Джанго и Боба Фетты, а также все их клоны из «Звездных войн»), с которым у Барбары что-то было во времена ее бурной молодости. Если красавица хочет получить линзы, ей придется забыть о чувствах к Акселю.
В сцене встречи Акселя и Барбары ей бы следовало сказать: «Из всех баров на свете он выбрал именно мой». Но Дэвид Хоган и сценаристы Крис Уорнер и Илайн Чаикен старательно скрывают тот неоспоримый факт, что весь их сюжет заимствован из «Касабланки» (легендарной мелодрамы 1943 года с Ингрид Бергман и Хамфри Богартом, если кто-то реально не в курсе, о чем речь).
Формально им это и не требовалось — в титрах указано, что фильм снят на основе комикса от студии Dark Horse Comics. Получается, что это ребята из Dark Horse ограбили Майкла Кертиса и братьев Уорнеров, а Хоган и его наниматели из Propaganda Films не при делах. Но кинокритикам и зрителям это было не принципиально – в 1990-е с плагиаторами не церемонились.
У Barb Wire 28% на Rotten Tomatoes. При бюджете в 9 миллионов долларов он заработал в прокате лишь 3,7, продюсеры и студия разорились, Памела Андерсон была номинирована на «Золотую малину» как худшая актриса, а сам фильм занял 19-е место в списке ста худших фильмов XX века.
Доля правды в этих обвинениях есть — актриса из Памелы и впрямь не очень, ее циклопические буфера затмевают все остальные достоинства картины, а сюжет действительно нагло содран из галактического суперхита. Создатели реально думали, что никто не смотрел «Касабланку»?
Однако сегодня «Не называй меня малышкой» смотрится лучше, чем хотелось бы недоброжелателям. Это шумный, нелепый боевик довольно многое ворует у «Касабланки», но не крадет самого главного – интонации. В этом есть своя логика: вместо богартовского фирменного алкоголизма и цинизма — силиконовая ярость, вместо тончайшей иронии от Ингрид Бергман — прямой удар каблуком в челюсть.
Это не делает фильм великим. Да, это наглый плагиат в квадрате, дерзкий китч, пляска на костях заслуженных голливудских артистов. Но в искренности и самоиронии ему не откажешь. Памела Андерсон играет не Шекспира, а персонажа из комиксов, и делает это с бесшабашным задором, который, собственно, и требуется для того чтобы качественно врезать фашисту по зубам.
Да, это фарс. Но фарс, у которого есть стержень и четкая моральная позиция: зло должно и будет наказано — даже если оно наряжено в садо-мазо-латекс.
Если сегодня кому-то захочется пересмотреть этот нахальный эксплойтейшн из лихих 1990-х, то не для того, чтобы отыскать в нем высокую драматургию, а чтобы еще раз взглянуть на огненную Памелу в ее лучшие годы — когда она шла напролом, без комплексов и компромиссов, не боясь быть голой и смешной.
Удачного просмотра.
#кинорецензия #памелаандерсон #барбвайр #неназывайменямалышкой #ретрокино #фантастика #боевик #рецензия #кино1990х #голливуд