Доброе утро, страна! Или день, или вечер — кому как повезло с часовым поясом и количеством выпитого накануне. На связи снова ваш любимый рассказчик, который объясняет сложные сюжеты на пальцах и с прибаутками. Сегодня мы поговорим не о моем гениальном творчестве, а о фильме, который сам по себе является культовым феноменом.
Итак, «Матрица: Революция». Третья часть, финал трилогии, апофеоз, который вызвал у зрителей три основные реакции: «Вау!», «Чего?» и «Дайте две!» Но мы же с вами люди простые, приземленные. Давайте разберем этот высокоинтеллектуальный киберпанк на понятном языке, с шутками, прибаутками и здоровой долей скептицизма. Представьте, что Нео и Ко — это ваши знакомые из соседнего подъезда, которые ввязались в эпическую разборку.
Часть 1. Зион: Последний рубеж обороны или «Сказ о том, как люди готовились к апокалипсису»
Итак, Зион. Если вы не в курсе, это последний город людей, вырытый где-то глубоко под землей. Выглядит он как как гигантская подземная парковка, результат страстного романа между метрополитеном и металлургическим заводом. Все носят кожу, тряпки и выглядят так, будто собираются не на войну, а на фестиваль индастриал-музыки «Нашествие-2199».
Начинается фильм с того, что командование собирает совет и начинается подготовка к битве. Все бегают, суетятся, готовятся к финальной битве с машинами. Напоминает мне субботник в ЖЭКе. Командиры орут, солдаты трясутся, Морфеус ходит с таким видом, будто он уже видит себя в раю, попивающим «Боржоми» с предками. Он толкает пламенные речи: «Мы здесь, мы сейчас, мы будем стоять насмерть!». Музыка пафосная, камера летает. Все прям готовятся умереть красиво. Инженеры грузят боеприпасы. Местные Кулибины выводят из ангаров мехи — гигантские шагоходы, которые называются APU. Это такие роботы-экзоскелеты с пулеметами, похожие на роботов-грузчиков из «Чужих», только менее шустрые и более угловатые. Управлять ими может любой, кто умеет одновременно чесать пузо и смотреть телевизор. Но есть проблема: они сделаны из того же металла, что и советские консервные банки. Броня — картон, вооружение — «пулемет Максим» против танков «Леопард». Оптимизма это не добавляет.
И вот они выходят на поверхность, вернее, в гигантскую пещеру, на этих своих бронированных ходулях, а навстречу им прет армада машин. Это не просто пылесосы «Ракета» из 90-х, которые охотились за коврами. Это Центурии — гигантские бурильные установки, похожие на помесь кальмара и циркулярной пилы, которые носятся со скоростью истребителей, и тучи «Охотников» — этаких электронных ос-переростков. Ситуация примерно, как у хоккеистов-любителей, которые вышли на лед против команды НХЛ: вроде форма та же, но шансов ноль. Но наши парни держатся! Командир обороны, капитан Мифуне (японец с лицом самурая, который явно пересмотрел «Семь самураев»), отдает приказ: «Даёшь Зион! Огонь!». И началось! Пули свистят, мехи падают, Стражи взрываются. Крики, мат, спецэффекты. Начинается рукопашная в тоннелях. Кровь, пот и киборги. Зрелище, скажу я вам, не для слабонервных. Напоминает финальную битву в «Сталинграде», только вместо немцев — электроника. Но самое смешное, что посреди этого ада Морфеус умудряется сохранять позу. Он стоит на своем мехе с разбитой губой и такой, как Ленин на броневике, вещает: «Мы должны верить!». А один из бойцов ему кричит: «Морфеус, бл*дь, вера — это хорошо, но у меня пулемет заклинило! Дай лучше масло машинное!».
Часть 2. Вокзал для своих: Нео в заложниках у французского тролля
Пока в Зионе идет мясорубка, наш главный герой Нео зависает в странном месте. Это не Матрица, но и не реальный мир. Это что-то среднее, как буферная зона между Матрицей и реалом, которой заправляет местный «смотрящий». Представьте себе вокзал, но не московский, где хоть бутерброды с резиновой курицей продают, а какой-то депрессивный европейский перрон, где поезда не ходят, нет людей, табло не работают, и турникеты не пищат, только чувство безысходности и запах мочи. И вот наш Нео сидит на лавочке, как бомж на Казанском вокзале, и ждет своей электрички. Когда она придет он сам не знает. Мимо проходят призраки, какие-то программы-беженцы, сущности без определенного места жительства и прочая нечисть.
И тут появляется ОН. Меровинген - местный олигарх, держатель этой транзитной зоны. Француз, гад, ещё и в берете! Для тех, кто подзабыл: это программа, которая заправляет всем нелегальным трафиком в Матрице. Он как криминальный авторитет 90-х, только вместо спортивных костюмов — костюмы от Армани, вместо «шестерок» — призраки близнецы-альбиносы, которые умеют проходить сквозь стены. И он держит Нео в этом зале ожидания просто потому, что ему, мазафака, скучно. Представляете? Скучно французу, вот он и развлекается.
— А, господин Андерсон, — говорит он с ужасным акцентом. — Вы думали, что вы самый крутой? Что вы можете поцеловать мою жену (Персефону) и уйти? Не-е-ет, мы будем играть.
Нео пытается встать, но призраки его осаживают. Меровинген продолжает: «Вы тут посидите, подумайте о своем поведении. А я пойду коньячку попью. У меня тут, знаете ли, "Наполеон" 1812 года, прямо из бочек, которые отступающая армия бросила».
И уходит. Нео остается один. Полный абзац.
Тем временем в реальном мире Тринити (девушка, которая уже должна была получить премию «Жена года» за терпение) и Морфеус (который уже всех достал) не могут найти Нео. Они идут к Пифии. Та, как обычно, сидит на кухне, печет печеньки и говорит загадками. Бабуля, ну скажи уже прямо! Но нет, она начинает свою шахматную партию. Рядом с ней стоит Сераф — китаец в белом, местный Чаки Норрис, который охраняет ее пуще глаза. Кстати, о глазах.
— Ваш друг в беде, — говорит Пифия, жуя печеньку. — Он в плену у Меровингена.
— Как нам его достать? — спрашивает Тринити.
— Ему нужно что-то предложить, — загадочно отвечает бабуля. — То, чего у него нет.
— И что это?
— Глаза. Мои глаза.
Тишина в зале. Морфеус аж поперхнулся. Тринити побледнела. Сераф скрестил руки на груди. Жестко, конечно. Но в мире Матрицы, видимо, глазные яблоки — это валюта покруче биткоина. А Пифия сидит и улыбается: «Да не парьтесь, у меня запасные есть. Шучу. Но глаза придется отдать».
Короче, Пифия вынимает свои глаза. Буквально. Они светятся, переливаются, как новогодние шары. И отдает их. Теперь она слепая. Но продолжает улыбаться. Прям святая, блин!
Дальше начинается квест. Тринити, Морфеус и Сераф врываются в логово Меровингена. Это какой-то ресторан, где время застыло. Все официанты висят в воздухе, суп не льется, музыка не играет. Меровинген сидит за столиком, пьет свой коньяк. Видит гостей и говорит:
— О, опять вы? Я же сказал: без базара.
— У нас есть то, что ты хочешь, — говорит Морфеус и кидает на стол глаза Пифии.
Меровинген подскакивает, как ужаленный. Он рассматривает глаза, нюхает их, даже пробует на зуб (фу!) И как истинный тролль, отпускает Нео, потому что ему, видите ли, надоело: «Ну ладно. Забирайте своего супермена. Но знайте: он приносит проблемы. Как и все избранные».
Нео выходит из подземки. Он обнимает Тринити. Морфеус хлопает его по плечу. Сераф молчит, как партизан. Все счастливы, кроме Пифии, которая теперь будет ориентироваться на ощупь.
Часть 3. Пророчество: «Смит — это ты, только наоборот»
Нео, как только освобождается, сразу бежит к Пифии. Бабуля сидит слепая, но довольная. На коленях у нее кот. Нео садится рядом и начинает допрос с пристрастием.
— Слушай, бабуль, — говорит он. — Что за хрень творится? Смит захватывает всех подряд, люди превращаются в его клонов. Я вчера захожу в кафе, а там бариста — Смит, официантка — Смит, даже уборщица в туалете — и та Смит!
— Это потому, Нео, — говорит Пифия, гладя кота как Доктор Зло, — что Смит — это ты, только наоборот. Вы как минус и плюс, инь и янь, добрый и злой полицейский, как сало и шоколад — вроде бы по отдельности нормально, но вместе — гадость. Когда ты убил его в прошлый раз, ты нарушил баланс. Теперь он — это вирус, который хочет занять всё место. Он — это ошибка в системе, которую не может исправить ни один программист. Ты должен его остановить.
— А как?
— Иди в Город Машин. Там твой шанс.
— Ты с ума сошла? Это же самоубийство!
— Может быть, — улыбается Пифия. — Но другого выхода нет. И захвати с собой Тринити. Она тебе пригодится.
Нео вздыхает. Понимает, что влип по полной.
Часть 4. Корабль «Логос» и сюрприз в трюме
Нео осознает всю тяжесть своего косяка и решает лететь в Город Машин. Прямо в логово зверя. Зачем? Да чтобы договориться! Представляете? Человек, которого машины ненавидят больше всего на свете, решает прийти к ним с миром. «Ребята, давайте жить дружно, — предложит Нео голосом кота Леопольда, — а я вам за это Смита уберу». Логика, конечно, железобетонная.
Нео приходит к командованию флота Зиона и говорит: «Дайте мне корабль. Мне надо лететь в Город Машин». Капитан Роланд, мужик с накаченным торсом и отсутствием дипломатического чутья, говорит: «Не, чувак, мой корабль не дам, ты псих».
Но тут вмешивается Ниобе, крутая тетка, капитан корабля «Логос». Она говорит: «Роланд, заткнись. Я дам Нео свой корабль. Потому что если он не попробует, мы все сдохнем. Выбирай: или мы сдохнем сразу, или сдохнем, но с надеждой».
Роланд замолкает. Ниобе отдает ключи (типа на, держи тачку братан, ну, образно) от «Логоса». Тринити, конечно, запрыгивает на борт, потому что «я без тебя никуда, ты без меня никак». Она уже собрала вещи: кожаный костюм, два пистолета и зубную щетку (ну а вдруг там придется задержаться?). И они вчетвером (плюс один сюрприз) летят к центру Земли.
В состав экипажа входят: Нео (гордый), Тринити (влюбленная), медик Мэгги (девушка, которая явно не за тем пошла работать) и механик (мужик, который всё время матерится). И, как позже выясняется, есть еще один пассажир, зайцем.
Сюрпризом оказался их старый знакомый Бэйн — тот самый чувак, который в прошлой части пытался всех угробить, а в этой окончательно рехнулся. Потому что внутри него сидит Смит. Да, Смит теперь не только в Матрице, но и в реале может вселяться в людей. Он как таракан, только злее.
И вот летят они, летят. Пока, Нео и Тринити милуются в кабине Бэйн раскидывает членов экипажа как кегли. Медика Мэгги — в утиль. Просто берет и ломает ей шею. Бедная девушка, она даже пикнуть не успела. Механик пытается оказать сопротивление, но Бэйн его отбрасывает, как надоедливую муху.
Нео чувствует неладное. Он встает и идет в коридор. Там его уже ждет Бэйн с кабелем в руках. Начинается драка в узком пространстве. Бьют друг друга смертным боем. Бэйн хватает кабель и со словами «Ща как дам!» пихает его Нео прямо в глазницы. И всё... Нео ослеп. Представляете? Мессия, Избранный, Спаситель человечества — теперь инвалид по зрению. Кошмар! Но наш парень не лыком шит. Он вдруг начинает видеть не глазами, а, видимо, пятой точкой. Он видит код мира, видит сущность Бэйна — это же Смит, горящий оранжевым пламенем! Нео, не глядя (он же ослеп), наносит удар и попадает. Точно в цель. Бэйн/Смит падает замертво. Нео стоит, пошатываясь, и понимает, что теперь он слепой, но видит больше, чем любой зрячий. Прям как Ванга, только с бицепсами.
Часть 5. Падение «Логоса» и последний поцелуй
Корабль приближается к Городу Машин. Это, скажу я вам, зрелище! Огромный мегаполис, который выглядит как смесь Чикаго, Пекина и ада, будто бы его построили терминаторы. Небоскребы до неба, провода толщиной с руку, повсюду дроны, охранные системы, пушки. Настоящий киберпанк в действии.
Их замечают сразу. Тучи охотников поднимаются в воздух и летят на перехват. Начинается обстрел. Нео, несмотря на слепоту, встает в центре рубки и начинает махать руками, как дирижер. И о чудо! Стражи взрываются прямо на подлете! Он создает силовое поле, которое уничтожает врагов. Круто, но бесполезно, их слишком много. Они как комары на болоте — отмахиваешься, а они всё лезут.
Один из охотников прошибает корпус. Корабль теряет управление. Тринити кричит: «Держись!». Они падают. Удар. Скрежет металла. И тишина.
Нео приходит в себя. Он слышит кашель Тринити. Подползает к ней. А она лежит на полу, и из груди у нее торчит огромный кусок арматуры. Прямо сквозь тело. Кровь, боль, предсмертный хрип.
— Нео... — шепчет она. — Я всегда знала, что это случится. Но я не жалею. Ты — лучшее, что было в моей жизни.
— Тринити, не уходи! — орет Нео. — Мы еще повоюем! Мы еще...
— Нет, милый. Мой поезд ушел. А твой еще стоит на перроне. Ты должен идти дальше. Спаси их. Спаси всех.
Она целует его в последний раз и отключается. Всё. Конец. Второй половинки больше нет. Нео остается один, в логове врага, слепой, с телом жены на руках. Жесть. Слезы текут по щекам. А вокруг уже собираются машины. Они окружают его, но не трогают. Стоят и ждут.
Часть 6. Аудиенция у Бога или Сделка с дьяволом
Но времени горевать нет. Из всех щелей выползают щупальца машин. Они аккуратно, даже как-то уважительно, забирают тело Тринити (видимо, на запчасти или как трофей) и ведут Нео в самое сердце Города Машин на аудиенцию. Там, в огромном зале, перед ним возникает экран. На экране — лицо. Это не человек, это программа Главный Компьютер, ИИ, который управляет всем этим робо-адом.
— Ты пришел, человек, — говорит голос без эмоций. — Зачем?
— Ты знаешь зачем, — отвечает Нео. — У тебя проблема. Его зовут Смит. Он захватывает твою Матрицу, и скоро у тебя не останется ничего. Твои программы, твои миры, твои рабы — всё станет им.
— Это так. Но какое тебе дело? Ты человек, мы твои враги.
— Мне есть дело, потому что в твоей Матрице живут люди, которых я хочу спасти. И в моем реальном мире тоже. Я предлагаю сделку.
— Говори.
— Я иду в Матрицу и убиваю Смита. А ты за это прекращаешь атаку на Зион и даешь всем людям право выбора: оставаться в Матрице или выйти из нее на свободу. Свобода воли, слышал о таком?
Пауза. Компьютер думает. Процессор, наверное, нагрелся до 100 градусов, вентиляторы шумят. Но выбора у него действительно нет. Смит — это вирус, который убивает систему. А Нео — это антивирус, пусть и с глюками. Наконец выдает ответ:
— Ты можешь проиграть. Смит сильнее тебя.
— Могу. Но это единственный шанс для нас обоих. Ты теряешь систему, я теряю мир. Давай, решайся, бро. Времени нет.
Главный Компьютер соглашается. И начинается финал.
Часть 7. Битва века: Нео VS Смит
Нео подключается к Матрице. Он появляется там, где дождь льет как из ведра. Прям нуарный детектив, только без детектива. Стоит посреди пустынной улицы, в лужах отражаются неоновые вывески. И тут из-за угла выходит ОН. Смит. Но не один, а с толпой своих клонов. Их тысячи. Они заполняют улицы, крыши, балконы.
— Мистер Андерсон, — улыбается Смит. — Как я рад вас видеть! Вы пришли сдаться? Отлично! Вы станете мной, и это будет лучшая версия вас!
— Заткнись, Смит, — отвечает Нео. — Сегодня один из нас умрет окончательно.
И вот под дождем стоят два мужика, один в плаще, другой в костюме. Один злой, другой грустный. И начинается драка. Не просто драка, а мордобой вселенского масштаба. Они сцепляются в воздухе, как два истребителя. Летят сквозь небоскребы, пробивают стены, падают на асфальт, встают и снова летят. Смитов много, они наваливаются кучей, а Нео один и слепой. Он отбивается, как лев, но силы тают. Его бьют по лицу, по корпусу, пинают ногами. Кожа трещит, кости, наверное, тоже.
В конце концов, толпа Смитов наваливается на Нео, и главный Смит начинает его поглощать. «Зачем ты сопротивляешься? — шипит он. — Всё равно всё будет моим!». Серая масса течет по телу Нео, заливает лицо, руки, грудь.
Нео стоит на коленях, его уже почти засосала эта серая масса. Кажется, всё кончено. Зион вот-вот падет, Смит победил. И тут происходит магия. Помните сделку с Главным Компьютером? В этот момент в тело Нео, которое в реале подключено к машинам, вливается мощнейший энергетический импульс. Нео загорается изнутри! Он перестает быть человеком, он становится проводником. Свет бьет изо рта, из глаз, изо всех пор. Смит пытается оторваться, но поздно. Энергия проходит через них обоих. Смит начинает раздуваться, как воздушный шарик, и... БАБАХ! Взрыв!
И за ним, по всей Матрице, начинают лопаться все клоны Смита. Тысячи, миллионы Смитов одновременно взрываются, как фейерверки под дождем. Зрелище, скажу я вам, эпичное. Люди, которых они захватили, приходят в себя и падают на землю, ничего не понимая. Матрица перезагружается. Экран становится черным, а потом появляется зеленая заставка — код пошел заново.
Часть 8. Послесловие: Мир и печеньки
В реальном мире машины, которые уже пробили оборону Зиона и спустили своих «охотников» в город, вдруг замирают. Как по команде, они разворачиваются и уходят. Люди в Зионе, которые уже попрощались с жизнью, сначала не верят своим глазам, а потом начинают орать от радости. Победа! Слава Нео! Обнимаются, целуются, плачут, смеются. Морфеус стоит и улыбается, как дурак: «Я же говорил, я же говорил!». К нему подходит Ниобе и говорит: «Вставай, герой. Кофе будешь?».
А в Городе Машин роботы уносят безжизненное тело Нео. Тринити уже там, рядом. Их, наверное, переработают на батарейки. Но главное — они спасли мир.
Архитектор (тот самый мужик в белом, который управляет Матрицей как системный администратор) встречается с Пифией. Теперь она снова зрячая (видимо, запасные глаза прижились) сидит на скамейке в парке. Архитектор смотрит на нее с укоризной и они начинают философский разговор:
— Ты чуть не угробила всю систему своей верой в людей! — возмущается Архитектор.
— Возможно, — улыбается Пифия. — Но посмотри, что мы получили. У людей теперь есть выбор. Они могут уйти. Это ли не счастье? И вообще, без риска нет прогресса.
— Счастье — это стабильность, — бурчит Архитектор.
— Нет, — качает головой Пифия. — Счастье — это свобода.
Архитектор обещает, что теперь все, кто захочет покинуть Матрицу, смогут это сделать. Выход открыт для всех. Прям как дверь в супермаркете.
Эпилог. Восход Солнца
И последняя сцена. Сераф и маленькая девочка Сати (программа-дочка, созданная для красоты, дочь того самого индийского парня из второй части) приходят к Пифии на ту же скамейку.
— Я хочу почтить память Нео, — говорит Сати.
— Как? — спрашивает Пифия.
— Я создам рассвет. Самый красивый, который только видел этот мир.
И она машет рукой. В небе Матрицы, где никогда не было солнца, появляется оранжево-розовый восход. Красивый, яркий, тёплый. Пифия смотрит на него и говорит:
— Я не знала, чем всё кончится, но я верила. И, возможно, мы еще увидим Нео. Как минимум один раз.
Ну что, выводы?
Вот вам, мои хорошие, и вся история. Философская, сложная, но если разобрать её на бытовом уровне — это история про чувака, который пошел ва-банк, потерял бабу, но спас всех. Машины оказались не такими уж и плохими, просто им нужен был порядок. Люди — не такими уж и хорошими, потому что именно из-за одного человека (Нео) едва не погибла целая цивилизация. Этот фильм про то, что даже в мире тотального контроля есть место подвигу. Что любовь сильнее смерти. Что один слепой чувак может договориться с армией роботов, если у него есть харизма и пара тузов в рукаве. И что даже французы иногда бывают полезны, хотя и бесят.
Друзья, если вам понравился мой пересказ, если вы хоть раз улыбнулись или, не дай бог, засмеялись в голос — ставьте лайки, подписывайтесь на канал, жмите на колокольчик! Пишите в комментариях, какой фильм или книгу разобрать следующим. Может быть, «Терминатор-2»? Или «Пятый элемент»? А может, что-то из русской классики, например, роман «Отцы и Дети» в пересказе? Я жду ваших предложений! Всем добра и хороших снов! А я пошел печь печенье. Пока!