После рассказа Черкасова, вопросов появилось больше чем ответов. И главное, опять я куда-то влип, не в партию, так в дерьмо. Ладно, начнём рассуждать от печки. Середина октября - разгар немецкого наступления. Появляется Анфиска – бомбёжка. Про Нефёдовку или Нефёдово и как там наших артиллеристов разбомбили, я что-то слышал. Далее. Анфиска – Покровка – бомбёжка. Совпадение? Может быть. В Наро-Фоминск не успели, осели в тылу. Прифронтовая полоса – отдельный домик в лесу. Неплохой такой домик, комнаты две будет, и это не считая кухни. Баня, амбар, сараи – всё рубленое из брёвен. Какой нормальный хозяин всё это бросит? Хорошо, допустим, хозяин ушёл на фронт. Где же тогда семья? А семья большая, судя по апартаментам. Посмотрел по трофейной карте, есть такая буква в этом слове. Обозначен как дом лесника. И зачем такие хоромы одной, ну пусть двум бабам. Использовать как публичный дом лесника? Ну, это же смешно. А что не смешно? База… База для диверсантов – вот это уже ближе к истине. А кто тогда Анфиска? Неужели «шпиёнка с крепким телом»? Кстати о теле. Поджарое, крепкое, мускулистое, без растяжек, так что не рожала, и лишнего жира нет. А вот на голодающую беженку она не сильно похожа. И потом, Смоленское сражение началось в июле, а закончилось в сентябре. Допустим, сразу не побежала, но в августе уже давно пора встать на лыжи. До Наро-Фоминска триста кэмэ, скорость сто километров в месяц. Три версты в день. Это как так бежать? Всякое может быть, может отступала вместе с тылами армии, зарабатывая крепким телом на кусок хлеба. Но зачем так сложно? Какую-то деталь я упускал из виду, какая-то мысль крутилась в голове, не давая ухватить себя за хвост. Взгляд. Точно, прощальный мимолётный взгляд, будто сквозь прорезь прицела. Финиш. Все «картинки с выставки» сплелись в один пазл. Вот тебе и Мусоргский.
А может всё это паранойя? Бред контуженного сознания после бессонной ночи. Зайдём с другой стороны. В лесу находится база террористов, тьфу ты – диверсантов. До штаба армии им далеко, зато штаб дивизии в двух километрах. Напасть на штаб можно во время артподготовки, или скорректировать огонь, а потом провести зачистку. Дивизии без управления писец, оборона прорвана, путь свободен. А там уже немецкий шаблон, удар по флангам армии, окружение и прямая дорога на Москву открыта. Единственное препятствие это лес, но не такой уж он и густой, да и дороги имеются. В принципе логично. Тем более на базу можно просочиться за день или два до наступления, отдохнуть в тепле, провести доразведку объекта и ударить. Засылать диверсантов раньше, смысла нет, можно спалиться. А присматривать за хозяйством кому-то надо. Вот тут и действует психология. Угрюмый мужик в доме вызовет подозрение, а две беззащитные, безотказные женщины, совсем другую реакцию. Конечно, есть риск, нарваться на навязчивых ухажёров в неподходящее время, но лес большой, болот много, и незваных свидетелей можно ликвидировать без проблем. Варю могли, и скорее использовали в тёмную, но в любом случае она лишняя, и её участь решена. Бритвой по горлу и в колодец. Как говорил один добрый человек.
А что тогда делать мне? Идти в особый отдел? И что я им скажу? Переспал с бабой и узнал, что она оказалась шпионкой. Да не смешите мои тапочки. Нужны какие-то реальные доказательства, а их у меня нет. Остаётся одно, проверить мои теории на практике. Значит опять идти к весёлому дому лесника? Придётся. А пока не мешало бы переговорить с Варварой. От раздумий меня оторвал разведчик, оказалось, он выполнил мою просьбу.
- Вот, принёс – показал он пузырёк с какой-то прозрачной жидкостью.
- А? Что? – Не сразу сообразил я. – Раз принёс, тогда пошли в дом.
Сняв верхнюю одежду на входе, иду к своей кровати, достаю приготовленную вату, стягиваю через голову гимнастёрку, а вот нательную рубаху пришлось, сначала оторвать от кожи на спине, и только потом снимать. – Твою мать! И биться сердце перестало, - только и смог выговорить Генка, увидев мою спину. Любопытные даже потянулись подглядеть, что у меня там?
- Ты не матерись, а хорошенько смочи ватку, и промокни царапины, а то после когтей этой тигры инфекция могла под кожу попасть. А я потом тебе анекдот расскажу. - Даю я ценные указания "медбрату".
- Вобля, она пенится. - Удивился Генка.
- Пенится, это хорошо, значит реакция идёт. - Успокоил я друга.
- Ну, всё, я закончил, рассказывай анекдот. - Обработал мне "боевые" раны разведчик.
- Слушай.
«В одну районную больницу приезжает комиссия из области. Всё проверяют, ходят по палатам, расспрашивают больных. Заходят в третью палату, там несколько больных, мужики. Спрашивают у одного.
- Чем болеете?
- Геморрой.
- Как лечат?
- Ватку макают в зелёнку и мажут.
- Жалобы есть.
- Нет.
Они ко второму.
- Чем болеете?
- Гонорея.
- Как лечат?
- Ватку макают в зелёнку и мажут.
- Жалобы?
- Нет, всё хорошо.
Они к третьему.
- Что болит?
- Горло, - отвечает больной хриплым голосом.
- Как лечат?
- Макают ватку в зелёнку и мажут.
- Жалобы есть?
- Есть.
- ???
- Скажите там пожалуйста, чтобы ватку меняли, или хотя бы первому мазали.»
Вся наша палата «номер шесть» выпала в осадок, а кое-кто даже упал со шконоря, и продолжал ржать уже на полу. - Пусть лучше над анекдотом ржут, чем надо мной, - подумал я, и хотя моя спина подтверждала наше алиби, объектом для шуток становиться не хотелось. Когда всеобщее веселье почти закончилось, масла в огонь подлил Лёнька, спросив.
- А что такое гонорея?
- Переболеешь, узнаешь, а лучше у нашей докторши спроси. Что делать? Чтобы не заразиться. - Не моргнув глазом пояснил Генка, и спрятался за меня, затыкая рот, чтобы не заржать.
Кто лежал под кроватями и под столом, так там и остались, и ещё минут пять стёкла в доме дрожали, а «полезные» советы сыпались из всех углов. Здоровый смех это хорошо, но может оказаться не к добру. Ну вот, накаркал.
К нам в «хижину» вместе с дневальным, принёсшим ужин, пришёл старшина Сухоручко. Мы с Генкой только переглянулись, и продолжили заниматься своими делами. Я достал из своего вещмешка чистую нательную рубаху и переоделся. Царапины уже подсохли, так что чувствовал я себя вполне комфортно. Ещё бы изнутри чем-нибудь смазать, было бы совсем хорошо. Но видимо бог услышал мои молитвы, так как старшина пришёл не пустой.
- Здорово хлопцы, - поприветствовал он нас. – Вы сидайте за стол, кушайте, а я пока всё обскажу. Ну, и вот вам для аппетита. - Старшина достал из кармана флягу и положил на стол.
Народ оживился, и с кружками потянулся к столу. Разлили всем по полтинничку, жахнули, закусили. Ну, а пока мы ели, старшина рассказал свою грустную историю, и попросил нас помочь. Правда, мы с Геной слышали её в другой интерпретации, но в просьбе отказывать не стали, тем более нас это тоже касалось.
- Вот так вот хлопцы, патронов трошки есть, а винтовки лежат на складе неисправные, да ещё и разных систем. Вы может посмотрите, что к чему, вдруг удастся отремонтировать, а то я в этом ничего не понимаю, а те желторотики да санитарки, что в моём подчинении и подавно. - Посетовал старшина.
- Ну, дак и из наших тоже не все кадровую отслужили и в боях участвовали, да и со здоровьем не ахти. – Взял на себя переговоры Черкасов.
- Да мне всих и не надо, человека два-три хватит, а если чего помочь, так я и своих подошлю. - Обрадовался хитрый хохол, поняв, что в помощи ему не откажут.
- Лады, тогда завтра после обхода подойдём к складу, посмотрим и решим, что делать. - Обнадёжил его разведчик.
Допив флягу со спиртом, со старшиной мы расстались почти что друзьями. Почти потому, что этот тип оказался сукой вербованной. А то, что вербовал его я, так об этом никто не знает, даже сам старшина. Не настучи мы ему по почкам, так бы всё и осталось.
Утром наша команда подошла к вещевому складу, где нас уже ждал старшина с помощниками. Со мной были Генка, Валерка-технарь и Лёнька-москвич. Лёньку я взял за компанию, а ещё потому, что он показал значок «Ворошиловский стрелок» и сказал, что винтовку Мосина знает хорошо. В закрома старшины заходим вдвоём с технарём. На складе, он же амбар, порядок, все вещи на своих местах, только вот с оружием непонятка. Вроде всё нормально, выделен отдельный сусек, винтовки в пирамиде, патроны в цинке, правда, россыпью. Есть даже гранаты в отдельном ящике для снарядов, но тут совсем бардак, навалено кучей, со взрывателями и без, РГДешки и «лимонки», а также осколочные рубашки. В какой-то коробке валялось три куска грязи, отдалённо напоминающих пистолеты. И вишенкой на торте был пулемёт Льюиса, спрятанный под куском брезента.
Разобравшись с количеством, выясняем качество. В первую очередь на свет божий - то бишь на улицу, выносим трёхлинейки, потом «польские» кары, и в последнюю очередь «лебели». Делаем это вдвоём с Валеркой, предупредив остальных, чтобы ничего не трогали. Проверяем наличие патрона в патроннике, разряжаем, и только после этого передаём группе поддержки для дальнейшей «каннибализации». Затем технарь выносит ящик с патронами, ну а я «помощника товарища Сухова по уничтожению банды Абдуллы». Нужно было проверить калибр, да и вообще – спички детям не игрушки. С гранатами пока решили не заморачиваться, ну лежат себе, и лежат – целей будем, и мы и гранаты. Сухоручко нашёл хорошее место для разборки оружия – несколько прилавков с навесами, видимо бывшие торговые ряды, и процесс пошёл. Проще всего получилось с патронами, за их сортировку посадили двух «Золушек» из группы старшины, объяснив им как правильно отделить «чечевицу от гороха». С винтовками пришлось потрудиться. В первую очередь в работу пустили те, которые удалось без проблем разобрать для чистки. Во вторую те, которые с проблемами. Ну, и самыми тяжёлыми случаями занялись вдвоём с технарём. Случай был действительно не из лёгких, какие-то мудаки умудрились запихать 8-мм патрон от «Лебеля» в патронник мосинки, калибра 7,62-мм. Теперь понятно, почему в Красной армии недолюбливали Светок. Я имею в виду винтовки Токарева, если даже такую неубиваемую вещь как трёхлинейка, умудрились испортить. Все необходимые материалы и даже инструмент старшина нам предоставил, так что работа закипела. Особенно после напутственной речи комиссара медсанбата – товарища Гофмана, который увидев скопление народа и узнав в чём дело, поспешил возглавить данное мероприятие. Вроде мужик неплохой, но его бы энергию, да в нужное русло. А, где наша не пропадала?
- Товарищ комиссар, а вы в гражданскую воевали? – задаю я провокационный вопрос.
- Да, воевал. А почему вас это интересует? Товарищ сержант. - Уставился на меня комиссар.
- Может вы поможете, разобраться вон с той машинкой, - показываю я ему на пулемёт Льюиса, - а то я подобный только в музее видел.
- А что, - загорелся комиссар, - помогу, чем смогу.
В напарники к комиссару вызвался Макарыч, который увидев, что мы творим, присоединился к нашей компании.
Всю книгу сразу можно прочитать здесь: https://author.today/work/60649
или здесь: https://www.litres.ru/72597202/