«<…>действительно ли мы можем управлять тем, что с нами происходит? Или нам уже с рождения предначертана судьба?
– Не знаю, мадемуазель. Приятно думать, что все зависит от нашего выбора. А как посмотришь вокруг, у многих жизненный путь узкий и короткий.»
Париж 1750 года. Блеск и роскошь Версаля здесь резко контрастирует с грязью и вонью трущоб. Но блеск фальшив, а за роскошью и дорогими нарядами скрывается все та же гниющая плоть и разлагающаяся душа. И кажется, что даже сам воздух отравлен и заражен заразой, разносимой ветром и людскими телами, а снег не в силах укрыть и скрыть все нечистоты, словно реки, текущие по улицам города.
«Париж сохранял жизнь лишь тем, кто платил. Не обязательно деньгами.»
Когда-то отец Мадлен содержал магазин, торгующий диковинными птичками и мелкими зверьками. Он говорил, что чудовищ не существует, а сам оставил ее с сестрами с одним из них. По иронии судьбы, после его смерти, выплатив долги и распродав живность, жена продолжила дело мужа, вот только выставляться стали птички совсем другого сорта.
12 лет. Столько позволялось жить пташкам до того момента, пока клетка, и отнюдь не золоченная, сжималась вокруг их юного трепещущего тельца. Но и в клетке их век был не долог, слишком быстро хрупкие перышки приходили в негодность.
Первая пташка умерла при вторых родах. Другая продолжала порхать, но ее клетка всегда была открыта для тех, кому было, чем заплатить. А третья стала порченным товаром, а потому уборщицей, прислугой, учительницей и проституткой в одном лице. Мадам не делала никакого различия между своими дочерьми и другими девушками.
Мадлен в совершенстве овладела искусством обмана и лицемерия, заперла свои чувства на замок, и лишь рядом с Эмилем, сыном погибшей сестры, ее сердце оттаивало. Только ради него она согласилась побыть шпионкой в доме знаменитого часовщика Рейнхарта, славившегося своими необычными изобретениями.
Для нее это шанс вырваться, избавиться от власти маман и забрать Эмиля, которому здесь точно не место. Но отчего же у нее чувство, что она совершила ошибку, что это самая настоящая ловушка, из которой ей уже не выбраться.
В доме часовщика странная и пугающая атмосфера, постоянно что-то жужжит, шуршит, скребется и двигается. Ощущение, что за тобой следят, не покидает ни на минутку. Доктор Максимилиан Рейнхарт мастерит всевозможные механизмы, которые выглядят и ведут себя как живые. Он смотрит на всех так, будто препарирует и раскладывает на составляющие. Чтобы понять, как работают часы, их надо разобрать. Только вот если часы можно собрать обратно, с живыми прототипами так не получится. А тут еще с улиц Парижа начали бесследно пропадать дети, родители которых даже не могут оплакать свое горе над их телами.
Часовщик - кто он? Злодей, чародей, убийца или великий гений? Или слепец, поглощенный своей работой? Куда ведут следы маленьких ножек? И сможет ли Мадлен справиться с поставленной задачей, когда на кону окажется жизнь дорогого ей человека?
Самое большое достоинство этой истории - это атмосфера, которая передана великолепно. Читатель как будто переносится в другую эпоху, особенно остро ощущая витающие в воздухе запахи. Исторические декорации здесь даже не фон, а полноценный участник событий. Нищета, голод, болезни с одной стороны обостряют все чувства, а с другой - вводят в какое-то отупение. Монотонность и беспросветность жизни задают свой темп повествования, размеренный, с постоянно растущим чувством тревоги. Хотя несколько неожиданных поворотов иногда его нарушали. События мы видим глазами трех совершенно разных женщин, но при этом настроение остается единым. И каждая из них, по своему, заводная кукла.
Странным мне видится то, что Мадлен при ее образе жизни и суровой школе, которую прошла к 23 годам, никак себя не подстраховала и не обезопасила. Ну и при нравах, царящих в Версале, при смешении политических игр, дворцовых интриг, денег и власти мне уж совершенно неправдоподобным показался финал этой истории, особенно для таких мелких сошек, как Мадлен. Вся та атмосфера, которая царит в книге, акцент на различии положения людей с разным цветом кожи, пропасть между придворными и обычными жителями, которую нам красочно нарисовали во всех деталях, никак не вяжется с ее исходом. Тем более, ни статус, ни положение, ни финансовое благополучие совершенно не гарантировали безопасность, скорее уж окончание своих дней если не на виселице, то в тюрьме или пыточной. Что уж говорить о бывшей проститутке.
В финале звучит такая мысль:
«Мадлен давно поняла: нужно дорожить собственной жизнью, никому не доверять и не надеяться, что власть тебя защитит.»
Но по сути - от чего ушла, к тому же и пришла.
У меня было ощущение, что мне никак не удается схватить кончик тайны за хвост, чтобы быть с ней на одной волне, чтобы погрузиться в историю с головой. Как будто во всем этом книжном механизме не хватает какой-то важной шестеренки.