Жан-Поль приехал через неделю после фестиваля. Вера встречала его на вокзале в районном центре – высокий, светловолосый, с добрыми глазами и лёгкой застенчивой улыбкой. В руках – огромный букет цветов и бутылка французского вина. – Вера? – спросил он с акцентом, но по-русски. – Я Жан-Поль. Очень рад. – Вы говорите по-русски? – удивилась она. – Немного, – улыбнулся он. – Бабушка учила. Француженка, но русский любила. Говорила, это язык моей души. По дороге в Тихое они разговорились. Жан-Поль рассказал, что его отец, Андре, очень хотел побывать в России, но не успел – умер пять лет назад. Мать Жан-Поля тоже умерла, и теперь он один. Работает архитектором, реставрирует старые здания. Не женат. – Когда увидел ваш музей в интернете, – говорил он, глядя в окно на проплывающие леса и поля, – я заплакал. Понял – это оно. Это дом моего деда. Моя история. В усадьбе Жан-Поль замер. Долго стоял у калитки, рассматривая дом, клёны, сад. – Как на картинах деда, – прошептал он. – Я видел их в детстве.