История деда Акима, которая заставит вас хохотать и плакать.
Подписчики, это просто бомба! А вернее, - автор, о котором молчат толстые литературные журналы, но вовсю шумят в маленьком Тихорецком районе. Познакомимся?
Кто она такая?
Представьте: учитель русского и литературы с 35-летним стажем выходит на пенсию и... начинает писать такие рассказы, что зачитываешься до дыр! Людмила Бекишева не гонится за хайпом. Она просто берет сюжеты из жизни (ну или соседи рассказывают) и превращает их в искрометные истории.
О ком пишет?
Ее любимчики — дед Аким и его супруга. Он — вечный двигатель и генератор идей, она — его «тормоз» и самый строгий критик. Вместе они — идеальная машина по производству комедийных ситуаций.
О чём очередной рассказ?
Дед Аким решил тряхнуть стариной и рвануть на встречу одноклассников. Думал, посидят тихо, вспомнят молодость... Но не тут-то было! Теперь ему грозит слава главного зацепера современности, а суровая супруга не оценила молодецкой удали второй половинки и посадила деда под домашний арест.
Старики-зацеперы
Аким Яковлевич Поговоркин оторвал очередной листок от календаря и ахнул.
- Вот я дубинноголовый! - воскликнул он. - Сегодня же последний день февраля! Встреча с выпускниками школы будет!
- Неужели в город намылился? - полюбопытствовала бабка Агафья.
- Так точно! - отчеканил супруг и стал собираться в дорогу. Но только вышел на улицу, как вспомнил о забытом кошельке и немедленно вернулся.
- Ох, не к хорошему это, - с грустью произнесла бабка Агафья. - Подойди к зеркалу хотя бы да покажи язык отражению. Тогда, может, и обойдётся...
Дед Аким выполнил просьбу супруги, но не полностью. А по дороге на железнодорожную станцию встретил Семёна Михайловича, бывшего одноклассника. Он только что вышел из магазина и понуро плелся по обочине дороги.
- Куда путь держишь? - спросил односельчанин деда Акима.
- А то не знаешь, ведь сегодня последний день февраля, -ответил тот чуть ли не скороговоркой.
- Пенсию, что ли, получать на почте собрался? - продолжил допытываться собеседник.
- Какая пенсия? - рассердился дед Аким. - Поворачивай оглобли и айда в город: как-никак встреча с выпускниками сегодня!
-Тьфу, а я и забыл. Поедем, конечно, - покладисто согласился однокашник.
Когда подошли к перрону, то решили перекоротать время до прибытия электрички на удобной лавочке. Разговорились душевно, и потекли воспоминания о далёкой школьной поре.
- Помнишь, как участвовали в конкурсе театральных постановок? - спросил дед Аким.
- А как же. Ставили отрывок из «Капитанской дочки» Пушкина. Я играл роль Пугачёва. Только казус тогда произошёл с виселицами, - интригующе заметил собеседник.
- Никто не соглашался на них висеть, что ли? - почёсывая затылок, пытался вспомнить дед Аким.
- Ты что? Они просто должны были стоять на сцене. Нам трудовик их сделал, а мы уехали и забыли бутафорию взять с собой. Так потом за виселицами в одном пиджачке побежал Серёга по морозу, но напрасно рисковал здоровьем. Один негодяй, как потом выяснилось, их уже унес, но не на конкурс, а себе домой на растопку.
- Вспомнил я, вспомнил... Запамятовал только, кто комендантшу-то играл? - осведомился дед Аким. - Она ведь неживая должна была лежать?
- А никто, - блеснул памятью дед Семён. - Наша «режиссёрша» принесла чулки, набитые тряпьём. Мы их положили, накрыли белой простынёй с красными пятнами, так что видны были только ступни искусственных ног. Получилось на все сто! Не зря провожали нас со сцены хохотом и бурными аплодисментами.
- Видно, первое место заняли? - предвкушая гордость, полюбопытствовал дед Семён.
Потом поправил шапку и спросил, вынув фотографию из пакета:
- Глянь-ка! Узнаёшь? Это же наш девятый «В».
-А чего ты тут такой насупленный стоишь? – поинтересовался товарищ.
- Это мы сфоткались сразу после урока географии, на котором я лоханулся малость у карты.
- А, помню-помню. Учительница просила показать Эверест, ты нашел. А потом она сказала: «Теперь давай Джомолунгму». И ты как загнанный зверь начал метаться в поисках у карты - от одного полушария к другому. Хохотали мы тогда до коликов в животе, - ехидно сообщил дед Семён.
- Просто забыл, что это одно и то же, подумаешь, -сконфуженно стал оправдываться дед Аким.
В общем, два седовласых одноклассника так глубоко нырнули в океан школьных воспоминаний, что проворонили прибытие своей электрички. Спохватились лишь, когда объявили об отправлении поезда и пожелании счастливого пути пассажирам.
Тут пришедшие в себя старики вскочили как ужаленные и быстрее ветра помчались вдогонку. Дед Аким хотел было на ходу запрыгнуть в последний вагон, но двери оказались закрытыми.
- Эх, была-не была! – молодецки завопил он и зацепился мёртвой хваткой за железяку в хвосте вагона.
Напарник последовал за ним. А на перроне за каскадёрскими трюками разинь наблюдала стайка подростков.
- Снимай стариков-зацеперов! - крикнул один тинейджер. -Будет миллион просмотров!
Дед Семён, однако, долго не удержался. Попытался было ухватиться за валенок попутчика, но в обнимку с обувкой рухнул на шпалы между рельсов. Отделался, благо, лёгким испугом и несколькими гематомами.
Да и другой зацепер далеко не уехал. На ближайшем полустанке люди в форме сняли его и доставили в полицейский участок.
- Что же мне с вами делать? - устало спросил у некстати вспомнивших молодость хулиганов страж порядка.
- Понять и простить, - нашёлся с ответом седовласый зацепер.
- Цитата тут не прокатит, - возразил правоохранитель. -Ограничимся штрафом с тремя нолями.
Когда вопиющий случай стал достоянием общественности, бабка Агафья вынесла ещё один вердикт: заключила супруга под домашний арест. А в конце обвинительной речи ещё и добавила:
- Говорила же тебе, дурню, чтоб посмотрелся в зеркало, когда вернулся за кошельком.
- Так я и посмотрелся, - огрызнулся обвиняемый.
- Но язык-то не показал! - парировала супруга.
А деду Акиму, как говорится, и крыть нечем.
Регина СТЕПАНЯК.