Она пришла на встречу выпускников университета, чтобы просто выпить бокал шампанского и закрыть старый гештальт. Но судьба распорядилась иначе, бросив к её ногам тех, кто когда-то цинично вытирал об неё ноги, и заставив выбирать между сладкой местью и собственным, давно отложенным счастьем.
***
Я смотрела на их идеально сделанные зубы и думала только об одном: сколько кредитов они набрали, чтобы оплатить эти виниры?
Десять лет назад они смеялись над моими зашитыми колготками и дешевой курткой с рынка.
А теперь я могла бы купить весь этот пафосный ресторан на Патриарших вместе с их фальшивыми улыбками.
Шум стоял невыносимый. Визги, наигранные объятия, звон бокалов.
Архитектурный факультет гулял свое десятилетие так, будто каждый здесь как минимум отстроил новый Дубай.
Хотя я прекрасно знала: половина из них клепает типовые сарайчики в области, а вторая половина давно ушла в ноготочки и крипту.
— Риточка! Соболева! Господи, ты вообще не меняешься! — раздался за спиной приторный голос.
Я медленно обернулась. Передо мной стояла Вероника. Местная королева курса, дочь какого-то зама из мэрии.
Рядом с ней, снисходительно ухмыляясь, переминался с ноги на ногу Стас — её муж, а в прошлом первый красавчик потока.
— Привет, Ника, — я вежливо кивнула, не делая попыток обняться.
— Ой, ну ты всё такая же… скромненькая! — она окинула взглядом мой черный брючный костюм.
Она не поняла, что этот «скромненький» костюм от Тома Форда стоит как половина её ипотечной квартиры.
— А мы вот со Стасиком только из Дубая, — Ника картинно поправила волосы, сверкнув кольцом. — Свой бизнес, знаешь ли, выматывает.
— Да-да, строительство — дело тяжелое, — басом вставил Стас, выпячивая грудь.
В студенчестве они украли мой курсовой проект, выдали за свой и выиграли грант.
А меня тогда чуть не отчислили за неуспеваемость, потому что я работала по ночам посудомойкой.
Я улыбнулась одними губами. Хотела ответить, но тут меня схватили за плечи огромные теплые руки.
— Разойдись, элита, дайте пройти простым смертным! — прогремел над ухом знакомый хриплый голос.
Макс. Мой единственный друг с тех адских времен.
Тот самый Макс, который прогуливал пары, дрался за гаражами, получал незачеты, но всегда делился со мной последним бутербродом.
— О, Максик! — скривилась Вероника. — Всё так же по барам бренчишь?
— Не, Никусь, я теперь эти бары покупаю, — Макс подмигнул ей, притягивая меня к себе. — Ритка, ты чего тут с этими акулами капитализма трешься? Погнали к бару!
Вероника фыркнула, Стас отвернулся. Они явно решили, что мы с Максом так и остались неудачниками.
Я с облегчением выдохнула, чувствуя запах дорогого парфюма Макса и сигарет.
Мы отошли к стойке. Макс внимательно посмотрел на меня своими черными глазами.
— Ты зачем вообще пришла, Соболева? — тихо спросил он. — Кому и что доказать?
— Себе, Макс. Только себе, — я взяла бокал с минералкой.
Он усмехнулся, покачав головой. В его взгляде читалось что-то такое, от чего у меня предательски дрогнули колени.
***
Мы вышли на веранду ресторана. Ночной воздух немного остудил пылающие щеки.
Макс закурил, опираясь на кованые перила, и молча смотрел на меня.
— Ну и как тебе этот парад уродов? — спросил он, стряхивая пепел.
— Жалкое зрелище, — честно ответила я. — Они так пытаются казаться успешными, что аж скулы сводит.
— А ты не пытаешься. Ты просто молчишь. Почему не сказала этой курице, что половина новостроек в центре — твои проекты?
— Зачем? — я пожала плечами. — Мне не нужно их признание. Я давно всё себе доказала.
В этот момент дверь с шумом распахнулась. На веранду вывалилась изрядно выпившая Вероника.
— Ой, сладкая парочка! — она пьяно хихикнула, едва не сломав каблук. — А вы всё вместе? Два сапога пара!
Макс напрягся, его челюсти сжались. Я тронула его за руку, останавливая.
— Что тебе нужно, Ника? — спокойно спросила я.
— Да ничего! Просто смотрю на вас и думаю: как хорошо, что у нас со Стасиком всё иначе.
— Иначе — это как? — Макс ядовито прищурился. — Жить на папины подачки?
Вероника вспыхнула, её глаза злобно сузились.
— Да пошел ты, придурок! Мой муж — генеральный директор строительной компании! Мы ворочаем миллионами!
— И поэтому на тебе прошлогодняя коллекция сумочки, купленная на распродаже? — вдруг спокойно произнесла я.
Повисла звенящая пауза. Вероника открыла рот, потом закрыла, хватая ртом воздух.
— Ты… ты, мышь серая! Да что ты понимаешь?! — взвизгнула она.
— Я понимаю, что кричат о деньгах только те, у кого их нет, — я отвернулась от неё. — Пошли, Макс. Мне здесь скучно.
Мы ушли, оставив её задыхаться от ярости на веранде.
Уже в такси Макс вдруг взял мою руку и крепко сжал её в своей.
— Ты стала жестокой, Ритка, — тихо сказал он.
— Я стала сильной, Макс. Это разные вещи.
Он ничего не ответил, только большим пальцем погладил мое запястье.
От этого простого жеста у меня по спине побежали мурашки.
Я всю жизнь бежала от чувств, прячась за чертежами и бетоном, но рядом с ним мои стены всегда давали трещину.
***
Утро понедельника началось с головной боли и бесконечных звонков.
Мой офис на шестьдесят пятом этаже Сити сверкал панорамными окнами и холодным мрамором.
Здесь я была не «серой мышью», здесь я была Маргаритой Александровной — владелицей крупнейшего архитектурного бюро страны.
— Маргарита Александровна, у вас через полчаса встреча по тендеру на застройку набережной, — прощебетала помощница Анечка, ставя передо мной кофе.
— Кто там? — я не отрывалась от монитора.
— Компания «Строй-Престиж». Они очень просили принять их лично. У них какие-то проблемы с документацией.
— Пускай заходят, — бросила я, подписывая очередной договор.
В этот момент дверь без стука распахнулась, и на пороге появился Макс.
В руках он держал огромный пакет с фастфудом.
— Здорова, босс! — он плюхнулся на белый кожаный диван, едва не заляпав его соусом.
— Макс, я работаю. У меня важная встреча, — я устало потерла виски, но не смогла сдержать улыбку.
— А я тебя кормлю. Потому что если ты сдохнешь от язвы, кому я буду трепать нервы?
Он подошел ближе, оперся руками о мой стол и навис надо мной.
— Ты когда спала в последний раз, Соболева? Синяки под глазами такие, что в них можно утонуть.
— Не начинай, — я отвела взгляд, не в силах выносить его пронзительный взгляд.
— Я и не заканчивал, — его голос стал тихим, почти бархатным. — Рит…
Договорить он не успел. В дверь робко постучали.
— Маргарита Александровна, представители «Строй-Престиж» приехали. Впускать?
Макс недовольно цокнул языком, выпрямился и отошел к окну.
— Пусть заходят, — скомандовала я, принимая строгий рабочий вид.
Двери открылись. Я подняла глаза и почувствовала, как внутри всё заледенело.
На пороге моего кабинета стояли Стас и Вероника.
В руках у Стаса была помятая папка. Вероника нервно теребила ремешок сумочки.
Они замерли, глядя на меня. Сумочка Вероники с глухим стуком упала на мраморный пол.
***
Тишина в кабинете стояла такая, что было слышно, как гудит кондиционер.
Стас побледнел. Он переводил взгляд с меня на панорамные окна, потом на логотип моей компании на стене, и снова на меня.
— Рита? — хрипло выдавил он. — А… а мы к генеральному директору… к Соболевой М.А.
— Я вас слушаю, — я откинулась в кресле, сцепив пальцы в замок. — Соболева Маргарита Александровна. Присаживайтесь.
У окна громко фыркнул Макс. Вероника дернулась, как от удара током, увидев и его.
— Это… это какая-то шутка? — прошептала Ника, отказываясь садиться.
— Никаких шуток. У вас пятнадцать минут. Мое время стоит очень дорого, — голос звучал ровно, как сталь.
Стас, наконец отмерев, рухнул в кресло для посетителей. Вероника осталась стоять, словно проглотила кол.
— Мы… мы подавали заявку на субподряд по вашему проекту набережной, — заикаясь, начал Стас.
— Я видела вашу заявку, — я открыла ноутбук. — Смета раздута на тридцать процентов, сроки нереальные, опыт работы компании за последние два года — нулевой.
— Рита, пожалуйста! — вдруг взмолился Стас, подаваясь вперед. — Нам очень нужен этот контракт!
— Мы на грани банкротства! — неожиданно истерично крикнула Вероника, и по её лицу размазалась дорогая тушь.
Я подняла на неё глаза. Где та спесь, с которой она смотрела на меня в ресторане два дня назад?
Где та девочка, которая выбросила мои чертежи в мусорку перед защитой диплома?
— А при чем тут я? — холодно спросила я. — Бизнес есть бизнес. Вы не проходите по критериям.
— Нас убьют, Рит! — Стас закрыл лицо руками. — Я взял кредит под залог бизнеса у серьезных людей. Если мы не получим этот тендер, мы потеряем всё. Квартиру, машины, свободу!
Я смотрела на них и не чувствовала ничего. Ни злорадства, ни жалости. Только пустоту.
— Риточка, миленькая! — Вероника вдруг бросилась к моему столу, упираясь в него дрожащими руками. — Прости нас! За всё прости!
Она заплакала навзрыд, размазывая косметику.
Сзади подошел Макс и положил руку мне на плечо. Горячую, тяжелую, надежную.
***
— Успокойся и сядь, — брезгливо бросила я Веронике.
Она послушно рухнула в соседнее со Стасом кресло, всхлипывая, как побитая собака.
Я перевела взгляд на Стаса. Красавчик курса превратился в помятого, лысеющего и жалкого мужика.
— Значит, серьезные люди? — я постучала ручкой по столу. — И вы решили закрыть свои дыры за счет моей репутации? Вы думаете, я отдам госпроект конторе, которая не может свести дебет с кредитом?
— Мы всё сделаем! Мы наймем лучших прорабов, я сам буду ночевать на стройке! — затараторил Стас.
— Ты? На стройке? — Макс не выдержал и расхохотался. — Да ты тяжелее стакана с виски ничего в руках не держал!
— Заткнись! — огрызнулась сквозь слезы Вероника. — Не лезь, когда взрослые люди разговаривают!
— Еще одно слово в таком тоне в моем кабинете, и охрана вышвырнет вас обоих, — мой голос лязгнул металлом.
Вероника вжала голову в плечи.
— Рита, умоляю, — зашептал Стас. — Ты же добрая. Ты всегда всех жалела. Помнишь, как ты мне курсовую начертила, чтобы меня не выгнали?
— Помню, — кивнула я. — А еще помню, как вы потом смеялись надо мной в курилке, называя безотказной дурой.
Они оба опустили глаза. Им было нечего сказать.
Я смотрела на их жалкие макушки и понимала: вот он, момент абсолютной власти.
Я могу стереть их в порошок прямо сейчас. Просто нажав кнопку на селекторе и вызвав охрану.
— Вы оставите мне все документы, — наконец произнесла я. — Мои юристы проведут полный аудит вашей шарашкиной конторы.
Стас поднял глаза, в которых блеснула дикая, животная надежда.
— Ты… ты дашь нам шанс?
— Я дам вам условия, — отрезала я. — И поверьте, они вам не понравятся. А теперь пошли вон.
Они подскочили, бормоча слова благодарности, кланяясь, собирая свои бумажки.
Когда дверь за ними закрылась, я откинулась в кресле и закрыла глаза. Было противно.
***
На следующий день они снова сидели в моем кабинете.
Рядом со мной находился мой главный юрист.
— Итак, — я бросила на стол распечатку. — Дела у вас еще хуже, чем вы плакались. Вы должны поставщикам около сорока миллионов.
Стас сглотнул, кивая. Вероника сидела белая как мел.
— Я дам вам субподряд. И выдам аванс, который покроет ваши долги перед бандитами, — спокойно сказала я.
— Боже, Рита! Спасибо! — Ника снова попыталась заплакать, но я подняла руку, обрывая её.
— Рано радуетесь. Условия следующие. Первое: я выкупаю восемьдесят процентов акций вашей компании за один рубль.
Стас поперхнулся воздухом.
— Восемьдесят?! Но это же… это рейдерский захват! Мы теряем компанию!
— Вы и так её потеряли, Стас. Вместе с квартирой и почками, — жестко ответила я. — Второе условие: вы оба переходите на зарплату. Обычную фиксированную зарплату менеджеров проектов.
— Менеджеров?! Я генеральный директор! — взвился Стас.
— Был. До подписания этих бумаг, — я пододвинула к нему договор. — И третье: Вероника идет работать. На стройку. Помощником сметчика. В вагончик, в грязь и пыль.
Вероника ахнула, схватившись за сердце.
— Я? В грязь?! Да у меня аллергия на пыль!
— Значит, запасись антигистаминными. Или идите к своим кредиторам. Выбор за вами.
Я демонстративно посмотрела на часы.
— У вас ровно одна минута на размышления.
Они молчали. Стас с ненавистью смотрел на договор, Вероника тихо скулила в кресле.
А я смотрела на них и понимала, что эта месть не приносит мне никакого удовольствия.
Просто ставит всё на свои места. Справедливость — это холодное блюдо, и оно оказалось абсолютно пресным.
— Где подписать? — сдавленно прохрипел Стас, беря ручку.
Они подписали всё. Отдали мне свою жизнь, свою свободу и свою гордость.
Когда они уходили, Ника обернулась. В её глазах была только пустота.
Цикл завершился. Мы квиты.
***
Я стояла у панорамного окна, глядя на вечернюю Москву. Зажглись огни, город пульсировал, живя своей жизнью.
Дверь открылась, и уверенные шаги эхом раздались по кабинету. Макс.
Он подошел сзади, встал так близко, что я почувствовала жар его тела.
— Юристы сказали, ты разделала их под орех, — негромко произнес он.
— Я просто спасла их никчемные жизни в обмен на их бизнес. Это честная сделка.
— Честная, — согласился Макс. — Только почему ты стоишь тут с таким лицом, будто сама всё проиграла?
Я резко обернулась. Мои нервы, натянутые как струна все эти дни, наконец сдали.
— А чего ты хочешь от меня, Макс?! Чтобы я прыгала до потолка? Да, я их уничтожила! Да, я теперь царь и бог! Но почему внутри так пусто?!
— Потому что ты дура, Соболева, — он вдруг рявкнул так, что я вздрогнула.
Он схватил меня за плечи, встряхнув.
— Ты потратила десять лет, чтобы доказать всяким идиотам, что ты лучше них! Ты построила эту империю из стекла и бетона, чтобы спрятаться в ней от всего мира!
— Отпусти меня! — я попыталась вырваться, но он держал крепко.
— Не отпущу! — его глаза бешено горели. — Я ждал десять лет! Я смотрел, как ты пашешь сутками, как ты убиваешь в себе живого человека! Я был рядом, когда ты плакала от бессилия, и я рядом сейчас, когда ты на вершине!
— Зачем, Макс?! Зачем тебе эта каменная баба, которой я стала?! — я сорвалась на крик, и по щекам покатились злые слезы.
— Затем, что я люблю тебя, идиотка! Всегда любил!
Он резко дернул меня на себя и впился в мои губы поцелуем. Грубым, отчаянным, сбивающим с ног.
Я замерла на секунду, а потом… потом все мои бетонные стены рухнули. Я вцепилась в его плечи, отвечая с такой же яростью и отчаянием.
Мы оторвались друг от друга, тяжело дыша.
Макс прижался лбом к моему лбу, закрыв глаза.
— Хватит строить, Рита. Пора просто жить. Выходи за меня.
Я всхлипнула, одновременно пытаясь рассмеяться, и уткнулась носом в его колючую щеку.
За окном сияла Москва, в сейфе лежали подписанные контракты, а в моих руках был человек, который оказался моим самым главным, самым надежным фундаментом.
И вот теперь, сидя в его объятиях, я думаю только об одном: неужели для того, чтобы наконец-то стать счастливой, обязательно нужно было сначала победить своих демонов из прошлого?
P.S. Спасибо, что дочитали до конца! Важно отметить: эта история — полностью художественное произведение. Все персонажи и сюжетные линии вымышлены, а любые совпадения случайны.
«Если вам понравилось — подпишитесь. Впереди ещё больше неожиданных историй.»