У Насти как‑то сразу не заладились отношения со свекровью. Всё, что Настя ни делала, Ингу не устраивало. После свадьбы молодые переехали жить к родителям мужа — в просторный двухэтажный дом с ухоженным садом и террасой, выходящей на небольшой пруд. Дом казался Насте роскошным, но атмосфера в нём была тяжёлой, словно воздух пропитался невидимым напряжением.
Настя понимала: ей здесь не рады. Свекровь встречала её взглядом, в котором читалось нескрываемое раздражение. Каждое утро начиналось одинаково: Инга находила повод для упрёка. Не ту футболку надела — «Стас заслуживает, чтобы его жена выглядела достойно». За Стасом не смотрит — «он в мятых джинсах ходит, будто бродяга». Суп не так приготовила — «кто ж так солит, без вкуса совсем». Раковину плохо помыла — «у нас в доме чистота на первом месте». Долго сидит в ванной — «а кто будет ужин готовить, пока ты там нежишься?».
Но был в доме человек, к которому Настя могла обратиться за поддержкой, — свекор Аркадий. Высокий, подтянутый мужчина с седыми висками и добрыми глазами, он часто сидел с Настей на террасе, укрытой плющом. Они разговаривали обо всём: о книгах, погоде, планах на будущее. Аркадий видел, как тяжело девушке, понимал жёсткий характер жены и её бешеную ревность в отношении сына. Он знал: Инга считает Стаса своей собственностью, а появление Насти воспринимает как угрозу.
— Ты не переживай сильно, — как‑то сказал Аркадий, разливая чай по чашкам. — Время всё расставит по местам. Главное — будь терпелива.
Но терпение Насти истощалось. Она убегала на работу и только там могла отдохнуть — в офисе, среди коллег, где её ценили и уважали. Однажды она попыталась поговорить со Стасом:
— Стас, твоя мама меня просто терроризирует. Каждый день — новые упрёки, я уже не знаю, что делать.
Стас отмахнулся:
— Да ты преувеличиваешь. Мама просто строгая, она хочет, чтобы всё было идеально. Привыкнешь.
Аркадий тоже пытался намекнуть сыну:
— Стас, может, ты будешь чуть внимательнее к Насте? Ей непросто, она ведь в новом доме, старается…
Но Стас лишь пожал плечами:
— Пап, ну что ты? Всё нормально, они просто должны привыкнуть друг к другу.
Инга тем временем всё больше укреплялась в своём неприятии невестки. Она подмечала каждую мелочь: как Настя складывает полотенца, как ставит чашки на стол, как поднимается по лестнице. Особенно её раздражала привычка Насти идти на второй этаж на носочках, едва касаясь ступенек.
«Вот глупая манера, — думала Инга. — Будто боится оставить следы. Но это не просто привычка — это знак, что она здесь чужая. И должна уйти».
Однажды, пока Настя была на работе, Инга затеяла коварный план. Она натерла ступеньки специальной мастикой, но не по всей поверхности, а только по краю — там, где обычно ступала Настя. Мастика осталась липкой и скользкой, создавая идеальную ловушку. Инга села в кресло и стала ждать.
Вечером Настя и Стас вернулись домой вместе. Они шли обнявшись, смеялись, и это ещё больше разозлило Ингу. Она громко застонала и схватилась за сердце:
— Стас, сынок, мне плохо…
Стас тут же оставил Настю и бросился к матери:
— Мам, что случилось?
Он бережно усадил её в кресло. Инга, изображая слабость, попросила:
— Посиди со мной, родной. А Настя пусть идёт наверх, отдохнёт.
Но Стас неожиданно сказал:
— Мне надо переодеться, потом вернусь.
Инга занервничала:
— Нет, Стас, останься со мной!
Настя не выдержала:
— Я поднимусь, не волнуйтесь.
Она привычно побежала наверх на носочках. Нога поехала по скользкой мастике, и девушка кубарем скатилась вниз.
— Беда какая! — тут же запричитала Инга. — Вот что значит, что твоя жена неуклюжая!
Стас сразу бросился звонить в скорую. Настя, лежа на полу, провела рукой по подошве — она была скользкой. Подняла глаза на свекровь — та едва заметно улыбалась. В душе Насти закипела злость: «Почему я должна это терпеть, когда муж не собирается заступиться?»
Скорая приехала быстро. Перелома не было, только трещина и сильный ушиб. Наложили лангетку. Вместо того чтобы ехать домой, Настя попросила врача оставить её в больнице. Стас уехал. Инга бросилась стирать мастику, приводить дом в порядок. Аркадий наблюдал за женой с болью в глазах:
— И что ты этим хочешь добиться? Что ты творишь? Чего тебе не хватает? Ты бы лучше подружилась с девочкой — и сын был бы с тобой всегда рядом. Не прекратишь с ума сходить — пожалеешь.
Ранним утром Аркадий приехал в больницу. Настя сидела на скамейке с костылями и тихо плакала. Он присел рядом, нежно погладил девушку по голове:
— Я думаю, ты всё поняла — упала ты не просто так?
— Да, поняла, — вздохнула Настя. — Я не хочу возвращаться в ваш дом. Я устала. Но к маме я сейчас не доеду.
— Ты это окончательно решила?
— Да.
— А как же Стас?
— Простите, но он ни разу не попытался за меня заступиться. Если я ему нужна, пусть выбирает.
Аркадий помолчал, потом решительно сказал:
— Настя, я могу тебе помочь. У меня есть деньги. Я сниму тебе квартиру прямо сейчас и отвезу тебя туда. Скажу Стасу, где ты.
— У меня пока нет денег, чтобы снять квартиру…
— А я сам сниму. Ведь это по вине моей жены ты в такой ситуации. Соглашайся, хотя бы на время — отдохнёшь. Продукты я буду привозить. Захочешь — скажу Стасу, где ты.
Настя задумалась. Ей очень хотелось уехать от всех, остаться одной. Но что потом свекор попросит взамен? Она подняла на него глаза:
— А что взамен? Ведь просто так ничего не делается.
Аркадий улыбнулся:
— Ничего. Просто моя жизнь стала пустой. В своё время из‑за сына я не ушёл, а теперь чего уж дёргаться. Не хочу, чтобы твоя жизнь превратилась в пустоту.
Настя почувствовала, как к горлу подступает комок:
— Я согласна.
— Ну вот и хорошо. Давай оформляй бумаги — и поехали отсюда.
Квартира оказалась небольшой, но очень уютной: светлая кухня с современной техникой, большой телевизор, шикарный диван. Аркадий помог Насте добраться до дивана:
— Сиди, девочка, отдыхай. Я сейчас смотаюсь в магазин и привезу продукты. С вещами пока проблема — когда получится незаметно собрать, что смогу, привезу. Отдыхай.
Настя сидела, вслушиваясь в тишину. Впервые за долгое время она почувствовала себя в безопасности. Она не заметила, как уснула. Проснулась, только когда услышала, что пришёл свекор. Он был увешан пакетами и сумками — там были еда и кое‑какие вещи, которые он купил на свой вкус. Всё притащил на кухню и сам упал в кресло:
— Ох, устал. Ладно, я, наверное, поеду. А как тебе квартира?
— Квартира классная, такая уютная. Кто‑то её делал со вкусом, наверное, дорогая. Спасибо вам. Вы как мой папа — правда, я его плохо помню, но он был таким же добрым.
Аркадий улыбнулся, прижал Настю к себе и поцеловал в макушку, как маленького ребёнка:
— Держись, девочка. Что смогу, я для тебя сделаю.
Через два дня он привёз её чемодан и много новых вещей. Настя ходила по квартире с палочкой, скучала, когда долго не приезжал свекор. О Стасе она даже не вспоминала — он её не искал, утешал мать, которая истерила и обвиняла во всём невестку.
Однажды Аркадий приехал очень грустный, с бледным лицом. Настя занервничала:
— Что‑то случилось?
— Настя, Стас подал на развод. Ты понимаешь, кто настоял?
— Ну что ж, значит, так должно быть. Я оклемаюсь и поеду к маме.
— Но у тебя здесь работа, хорошая работа.
— Да, вы правы, но нет жилья. В общагу меня назад уже никто не возьмёт. Так что вариантов нет.
Аркадий вздохнул:
— Настя, девочка моя, сядь, пожалуйста. Я должен тебе что‑то рассказать.
Настя села, и сердце у неё сжалось. Аркадий тяжело дышал, лицо было измождённым:
— Настенька, вас разведут быстро. Ты можешь даже на суд не приходить. Но это не главное. В нижнем ящике комода лежит папка — принеси её.
Настя принесла папку, открыла — там лежали бумаги на квартиру и дарственная, оформленная на неё. Она медленно подняла глаза:
— Это что такое?
— Это мой последний подарок тебе. Всё, что смог. Мне осталось очень мало — я очень болен. Дома об этом почти ничего не знают, им просто не до меня. И я хочу, чтобы твоя жизнь была хоть немного обеспечена. Ещё я открыл на твоё имя счёт — вот карточка. — Он протянул Насте карточку. — Каждый месяц на счёт будет приходить определённая сумма — даже когда меня не будет. Это маленький процент от прибыли моей фирмы. Пусть маленькая, но помощь тебе. Я прошу, не отказывай мне. Порадуй меня, хоть немного.
Настя заплакала, никто и никогда не делал ей таких подарков. ей стало безумно жаль свекра. Она прихромала к нему и крепко обняла. Они плакали вдвоем. каждый о своем. Потом долго пили чай, смотрели телевизор.
Через месяц Настя со Стасом развелись. А еще через месяц, Аркадий умер. Настя долго стояла у могилы и шептала, одними губами.
— Спасибо, папа и прощай!