Ване было восемь, когда бабушка впервые позволила выпить чай из той чашки — тонкой, с голубыми цветами, привезённой когда-то из далёкого города. "Это не просто посуда, Ванечка, — сказала она, — это память. Она пережила войну, переезды, даже падение со стола. И не разбилась. Знаешь почему?" Он покачал головой. "Потому что её держали с любовью", — улыбнулась бабушка. Годы спрессовались в минуты. Ваня вырос, уехал, забыл о чашке. А она осталась — пылиться на полке в бабушкиной квартире, где теперь жила мама. Однажды пришло смс: "Она уходит. Приезжай" Ваня опоздал. Мама плакала у кровати: "Простила всех, кроме себя. Говорила, что не достойна даже той чашки, которую разбила в молодости. " Ваня не понял — какая чашка? Та, голубая, стояла на тумбочке, целая. "Это же та, что не бьётся?" — спросил он. Мама покачала головой: "Нет, сынок. Та разбилась давно. А эту бабушка купила потом… чтобы ты помнил." На похоронах он завернул чашку в платок и унёс с собой. Домой, в шумный город, где не было вре