Есть такая фольклорная вещь, что во время постов приходит больше искушений. Это, конечно, правда, но лишь отчасти. Потому что, в принципе, это болтовня, и я объясню почему.
Дело в том, что духовный настрой человеческий, по большому счёту, сильно не меняется — в посту или без него. Если вы любите Бога и хотите, например, быть лучше, чем есть сейчас, — это духовная жизнь или не духовная? Духовная жизнь. Какая разница — пост или не пост? Никакой.
Если я хочу жить во Христе, для Христа, то я всегда буду на острие борьбы и всегда буду чувствовать различной степени искушения. И здесь не будет большой разницы. В пост их будет чуть больше, может быть, а может, меньше. Никто не измерял.
Написано, что все желающие жить благочестиво во Христе Иисусе будут гонимы. «Сын мой, приготовляясь служить Господу, приготовь душу твою к искушению» (Сир. 2:1). Это общий закон. Другое дело, что в посту эти схватки могут быть яростнее — от приложенных усилий.
Вообще можно проверить на собственном опыте наличие искусителя — дьявола. Это очень легко. Вы только возьмитесь по-настоящему за молитву, за милостыню, за пост, за все святые вещи: раздайте часть имущества нищим, станьте на длинную молитву, натрудите колени в поклонах… Вы через пару дней почувствуете, как вокруг вас гудит адский пламень, как вокруг вас начинает шататься земля и как вас кто-то хочет съесть. Не фигурально, а буквально.
Сатана хочет царствовать не только над наркоманом, алкоголиком, проституткой, властолюбцем. Эти ему уже неинтересны, они уже побеждены и захвачены. Он хочет быть царём над всей землёй. Он хочет, чтобы все его слушались. Если кто-нибудь ему сопротивляется, то у него с ним война.
Надо узнать, что такая война идёт и что я не шучу. Мы не на шутки пришли в этот мир. В посту люди могут просто-напросто больше раздражаться из-за малого количества еды, больше уставать от работы, не высыпаться. Действительно, в таких условиях мы можем разражаться вспышками гнева. Такое бывает, но это психофизиологические частности.
Я думаю, что накал искушений и борьбы с грехом очень слабо меняется в пост. Ведь на самом деле никакого особенного духовного труда мы не несём.
Как мы постимся? Поститься — значит не есть или почти не есть. С заходом солнца съесть одно яблоко и воды попить. Мы что, много молимся? Постоять на службе полтора часа в неделю — так не становятся великими молитвенниками. Христианство современного мира — это детский садик.
Вот христианин, например, попил чаю с мёдом да с постным печеньем как бы, потом книжку почитал, в выходные поспал, потом на службу пошёл. Ну что здесь великого? И потом вдруг неприятность случилась: колесо спустилось, или соседи поругались, или начальник вызверился. Здесь люди видят следствие поста и тяжёлое искушение. Я считаю, что это болтливый, ненужный христианский фольклор. Никакого сияния духовного из себя не источаем, и наш личный Великий пост совсем не великий.
Один практический совет напоследок: если человек не ограничивает себя в работе с информацией, то поста нет. Если через каждые 10 минут проверять новости, искать, какой инцидент, конфликт или очередная трагедия произошли, кто умер, а кто родился — это значит, что поста нет. Вот первый источник настоящего поста. Надо разобраться с телефоном сначала, с интернетом.
А искушения будут всегда, надо только стараться быть христианином. Настоящим христианином. Вы всегда будете кому-то мешать. Мы все знаем, кому именно и как его зовут.