Я хотела балаяж. Показала фото. Мягкие переходы, карамельные пряди, естественный вид.
Она кивала.
Сделаем красиво. Не переживай.
Три часа в кресле. Фольга, краска, ожидание. Она болтала по телефону, отвлекалась на других клиентов, выходила курить.
Я сидела.
Когда она смыла краску — я посмотрела в зеркало.
И не узнала себя.
Волосы были оранжевые. Не карамельные — оранжевые. Как морковь. С жёлтыми пятнами у корней. С пережжёнными концами.
Это что?
Балаяж.
Это не балаяж. Это катастрофа.
Она пожала плечами.
Такая база. Твои волосы плохо взяли краску.
Ты профессионал. Ты должна была это учесть.
Я сделала, что могла.
Я смотрела в зеркало. На эти оранжевые пряди. На пережжённые концы. На себя — чужую, страшную.
Верни деньги.
Не могу.
Почему?
Услуга оказана.
Какая услуга?! Ты испортила мне волосы!
Я сделала балаяж. Ты хотела балаяж — получила балаяж.
Я хотела как на фото!
Фото — это фотошоп. Реальность — другая.
Она повернулась к следующей клиентке.
Следующая!
Я встала.
Я хочу говорить с администратором.
Я и есть администратор. И владелец. Это мой салон.
Она улыбнулась.
Дверь там.
Я вышла. На улице — март. Холодно. Ветер в лицо.
Волосы торчали из-под шапки. Оранжевые.
Дома — слёзы.
Муж Дима пришёл с работы.
Что случилось?!
Посмотри на меня.
Он смотрел.
Это... новый цвет?
Это позор. Три тысячи рублей. За это.
Он обнял меня.
Исправим. Пойдёшь к другому мастеру.
К другому нельзя. Волосы пережжены. Нужно ждать минимум две недели. А лучше месяц.
Тогда подождём.
Месяц ходить такой?!
Шапка же есть.
Шапка. Да. На работу — в шапке. На встречи — в шапке. На день рождения сестры — в шапке.
Через неделю я вернулась в салон.
Она сидела за стойкой. Листала телефон.
Что тебе?
Вернуть деньги.
Я уже сказала — нет.
Тогда я буду сидеть здесь. Пока не вернёшь.
Она подняла глаза.
Что?
Это общественное место. Салон красоты. Я — потенциальный клиент. Имею право сидеть.
Ты мешаешь работать.
Я сижу на диване. Тихо. Не мешаю.
Она встала.
Уходи.
Нет.
Я вызову охрану.
Вызывай. Я не нарушаю закон.
Она смотрела на меня. Я смотрела на неё.
Ты сумасшедшая.
Я клиент, которому испортили волосы. И отказали в возврате.
Я села на диван. Достала книгу.
Она стояла. Не знала, что делать.
Дверь открылась. Вошла женщина — лет сорок, ухоженная.
Здравствуйте, я на стрижку.
Парикмахерша — Оксана, я потом узнала её имя — натянула улыбку.
Да, конечно, проходите.
Женщина посмотрела на меня.
А вы тоже на стрижку?
Нет. Я жду возврата денег.
Оксана побледнела.
Она шутит.
Я не шучу. Она испортила мне волосы. Я заплатила три тысячи. Она отказалась возвращать.
Женщина посмотрела на Оксану. На меня. На мои волосы — они торчали из-под шапки.
Что с вашими волосами?
Балаяж. Который должен был быть карамельным.
Я сняла шапку.
Женщина охнула.
Это... оранжевый.
Да.
Оксана дёрнулась.
Это была сложная база! Я не виновата!
Женщина взяла сумку.
Я, пожалуй, в другой раз.
Она ушла.
Оксана повернулась ко мне.
Ты только что отпугнула мою клиентку!
Я сижу на диване. Читаю книгу. Это она спросила — я ответила.
Уходи!
Верни деньги.
Нет!
Тогда я останусь.
Она схватила телефон.
Я звоню в полицию!
Звони. Я покажу им свои волосы. И чек. И переписку, где ты обещала карамельный балаяж.
У меня была переписка. Скриншоты. Она писала — «сделаю как на фото, не переживай».
Оксана положила телефон.
Чего ты хочешь?
Три тысячи рублей. Которые я заплатила.
Это грабёж!
Это справедливость.
Она села за стойку. Молча.
Я читала книгу.
Через час — ещё одна клиентка. Молодая, с подругой.
Мы на маникюр.
Оксана встала.
Да, проходите в кабинет.
Подруга посмотрела на меня.
А она?
Она просто сидит.
Я жду возврата денег, сказала я. Мне испортили волосы.
Сняла шапку.
Девушки переглянулись.
Это... вау.
Три тысячи рублей. Обещали карамельный балаяж.
Мы, наверное, в другой раз, сказала одна.
Они ушли.
Оксана стояла посреди салона. Лицо красное.
Ты разоряешь меня!
Ты испортила мне волосы. И отказалась возвращать деньги.
Три тысячи — это не деньги!
Тогда верни их.
Она молчала.
Тебе проще потерять клиентов, чем вернуть три тысячи?
Это принцип!
Мой тоже.
Я села обратно. Открыла книгу.
Через два часа она сдалась.
Забирай свои три тысячи.
Она бросила купюры на диван.
И уходи. Навсегда.
Я взяла деньги. Пересчитала.
Три тысячи. Ровно.
Спасибо.
Пошла вон.
Я встала.
Оксана.
Что ещё?!
Если ты научишься признавать ошибки — клиенты не будут уходить.
Она не ответила.
Я вышла.
На улице — март. Холодно. Ветер.
Волосы всё ещё оранжевые. Но три тысячи — в кармане.
Прошло два месяца.
Волосы отрастают. Концы пришлось срезать — пережжены были насмерть. Новый мастер — хорошая, рекомендовали подруги — сделала тонирование. Теперь не оранжевые, а русые. Почти свой цвет.
Салон Оксаны проверила в интернете. Рейтинг упал с 4.7 до 3.2. Много плохих отзывов. Не только мой.
Может, она научится.
Может, нет.
Мама сказала — молодец, что добилась. Но сидеть в салоне — это перебор.
Подруга сказала — гениально. Надо было ещё плакать громко.
Муж сказал — ты упёртая. Это и люблю.
Три тысячи — не деньги. Правда.
Но дело не в деньгах.
Дело в том, что нельзя портить людям волосы, жизнь, настроение — и говорить «дверь там».
Перегнула я, что сидела в салоне и отпугивала клиентов? Или это единственный способ вернуть деньги, когда тебя послали?
Спасибо, что дочитали! Лайк и подписка — лучшая поддержка для автора.
***
Для Вас: