Если вдруг кто-то заметил, что название статьи весьма сильно похоже на название одной очень хорошей книги прекрасного биолога Джонатана Лососа "От саванны до дивана: Эволюционная история кошек" - то это не совпадение. Нет, конечно писать про кошек, по крайней мере сейчас, мы не собираемся. Но нам показалось, что эволюционный путь, который был проделан нами и кошками во многом совпадает: начался в конкретной природной зоне, как африканская саванна, и на данном этапе мы, совместно с домашними кошками, используем такую функциональную мебель, как диван, придуманную людьми для своего удобства.
Да, мы - обезьяны, которые вместе с котиками вышли из саванны, после чего помогли друг другу добиться того, что имеем сейчас. Но как эта информация поможет нам сохранить природу?
Дело в том, что влиять на окружающую среду, а где-то и уничтожать её мы начали не одномоментно, а также постепенно, как развивались и сами. Например, ранние гоминиды, такие как Homo habilis (человек умелый), были одними из первых, кто начал активно использовать каменные орудия (примерно 2,6 млн лет назад) для разделки туш животных. Это позволило им получать доступ к высококалорийному мясу и костному мозгу, которые ранее были доступны только крупным хищникам. Это усилило конкуренцию за ресурсы и изменило динамику хищник-жертва в локальных масштабах. Гоминиды могли обрабатывать ресурсы, недоступные другим животным. Это включало в себя не только мясо, но и, возможно, переработку растительной пищи или выкапывание клубней с помощью костяных или деревянных орудий. Но одним из самых значительных событий в эволюции гоминид стало освоение огня. Это был переломный момент, который дал людям мощный инструмент для изменения окружающей среды и обеспечил новые адаптивные преимущества.
Огонь (особенно ночью) стал мощным средством отпугивания крупных хищников и падальщиков, что повысило выживаемость гоминид и позволило им осваивать новые, более опасные территории. Он обеспечивал источник тепла, что позволило людям выживать в более холодных регионах, мигрировать из Африки в Евразию и в конечном счете заселить весь мир. Термическая обработка пищи (мяса, клубней) сделала ее более удобоусвояемой и питательной. Это сократило время, необходимое для жевания и пищеварения, что, согласно некоторым теориям (например, Ричарда Врангхама), способствовало уменьшению размера зубов и кишечника и, возможно, увеличению размера мозга.
Однако, люди начали использовать огонь, как выше было написано, для изменения ландшафтов, как, например, при охоте огонь выгонял животных из укрытий и облегчал преследование добычи. В некоторых археологических памятниках наблюдается резкое увеличение количества древесного угля и изменение состава пыльцы в отложениях, что свидетельствует о частых, повторяющихся пожарах. Выжигание старой, сухой растительности способствовало росту молодой зелени, которая привлекала травоядных животных на обработанные человеком территории. Многие традиционные общества охотников-собирателей по всему миру (в Австралии, Северной Америке, Африке) регулярно использовали и используют огонь как часть своей стратегии управления ресурсами.
Так, а почему тогда люди до сих пор не выжгли свою среду обитания до тла?
Быть может это странно прозвучит, но один из сдерживающих факторов - это разумный подход в том числе. Да, он не везде работал, и действия людей могли ограничиваться естественными ограничениями распространения огня (реки, озера, океаны, голые скалы, ледники и участки влажной почвы), технологическими ограничениями самих людей, устойчивостью и адаптацией самих экосистем. Сегодня, наблюдения за современными и историческими коренными народами, которые ведут традиционный образ жизни, дают нам лучшее понимание того, как могли мыслить и действовать наши предки. Многие коренные народы имеют сложные системы «табу» или социальных правил, эти правила, часто облеченные в религиозную или мифологическую форму, по сути являются механизмами сохранения биоразнообразия, предотвращающими чрезмерную эксплуатацию ресурсов и дающими популяциям время на восстановление.
И всё же, не всё так было радужно для природы в те времена. Когда люди (или их непосредственные предки) расселялись по новым континентам — в Австралию, Северную и Южную Америку, Евразию — то местная мегафауна (мамонты, шерстистые носороги, гигантские ленивцы, динорнисы Новой Зеландии) никогда раньше не сталкивалась с таким высокоэффективным хищником, как человек. У этих животных не выработались защитные поведенческие реакции: они не боялись людей, не убегали сразу, что делало их легкой добычей. Люди, по сути, эксплуатировали "наивность" фауны. Люди могли быть расчетливы в локальном масштабе, управляя ресурсами на своей небольшой территории, чтобы обеспечить выживание своей группы на короткий срок. Однако, они не могли осознать глобальные последствия своих действий. Они не понимали демографию популяций мегафауны: эти животные размножаются медленно и имеют низкую рождаемость. Чрезмерная охота всего на несколько особей в год могла привести к медленному, но необратимому сокращению популяции в течение десятилетий или столетий. Механизмы табу и контроля работали там, где была установлена социальная структура и владение ресурсами, чего могло не быть при заселении новых земель. Если ни одна группа не имела эксклюзивных прав на территорию, у каждой был стимул взять как можно больше сейчас, пока это не сделают другие.
Ознакомьтесь с памятниками истории, это даже монументы павшим животным:
- Хед-Смэшт-Ин-Баффало-Джамп (Head-Smashed-In Buffalo Jump), Канада. Это объект Всемирного наследия ЮНЕСКО и одно из самых ярких свидетельств такой охоты. У подножия 10-метрового обрыва находятся залежи костей бизонов глубиной до 12 метров. Раскопки показывают останки десятков тысяч бизонов, убитых здесь на протяжении почти 6000 лет. Рядом с костями находят каменные орудия, наконечники копий и следы разделки туш, что подтверждает человеческое участие, а не природное событие.
- Стоянка Солютре (Solutré), Франция. В окрестностях этой верхнепалеолитической стоянки у подножия обрыва были обнаружены огромные скопления костей диких лошадей. Хотя некоторые ученые спорят о том, был ли это намеренный загон или просто место сбора падали, масштаб скопления костей (десятки тысяч скелетов) указывает на массовость события.
- Амвросиевское костище, Россия (Украина). Здесь, в овраге, были найдены тысячи костей зубров (бизонов). Обнаруженные рядом с костями дротики и метательные камни, а также возможное искусственное углубление самого оврага, указывают на организованную загонную охоту.
- Тультепек, Мексика (ок. 15 000 лет назад). Это открытие стало поворотным моментом в понимании методов охоты древних людей. Археологи обнаружили две большие ямы (около 1,7 метра в глубину и 25 метров в диаметре), вырытые людьми. Внутри и рядом с ямами были найдены останки по меньшей мере 14 мамонтов.
Это всё примеры загонной охоты, в которой люди преуспели. Крупномасштабные убийства животных в древние времена в основном были результатом коллективных, хорошо организованных стратегий охоты, которые использовали особенности поведения стадных животных и рельеф местности. Это были методы, направленные на максимизацию добычи с минимальным риском для охотников.
Подведём итог.
Мы не «отделились» от природы, а всегда были ее неотъемлемой частью. Эволюция сформировала нас как вид, глубоко зависимый от экосистем Земли. Однако наша уникальная способность изменять окружающую среду с помощью технологий привела к значительному и часто деструктивному воздействию. Мы биологически зависим от здоровых экосистем. Иллюзия независимости возникла лишь с развитием технологий и урбанизации. Влияние человека началось задолго до индустриальной эры. Освоение огня и коллективная охота (например, загон мамонтов в ловушки) изменили ландшафты и способствовали вымиранию мегафауны. Многие традиционные культуры разработали сложные механизмы устойчивого управления ресурсами (табу, ротация пастбищ), демонстрируя глубокое эмпирическое понимание экологии. Но нас стало в разы больше.
Быть может древние своими небольшими селениями и знали о природе куда больше, чем среднестатистический городской житель. Влияние на природу многотысячный или много миллионный город оказывает куда больше, чем древнее селение. Разница между прошлым и настоящим не в самом факте влияния, а в его масштабе. Сегодня наши технологии позволяют наносить глобальный, необратимый ущерб. И именно поэтому нам нужно больше просвещения и образования в экологии, биологии, естественной истории Земли.
История нашего происхождения учит нас, что для спасения природы мы должны:
- Признать себя частью экосистемы, а не ее хозяевами или сторонними наблюдателями. Мы - обезьяны, и являемся частью биологической систематики.
- Использовать нашу адаптивность и интеллект для разработки глобальных механизмов сохранения, вместо того чтобы попадать в «ловушку краткосрочной выгоды».
- Интегрировать древнюю мудрость устойчивого взаимодействия с природой с современными научными знаниями.
Понимание нашего прошлого помогает осознать, что мы не просто защищаем природу ради природы, а защищаем условия, необходимые для выживания нашего собственного вида.