Завершаем разбор заключительной серии «Рыцаря сми королевств», и в прошлой статье мы остановились на очередном флешбеке.
Этот – хвала Семерым, - короткий, однако не менее бесполезный и криво сляпаный, чем предыдущий про страшную Крыску Раф
Rat Rafe – забавно звучит, кстати. A grot cop stop at a sty and cut a neck оf rank black rat.
Итак, когда наличествует какая-то загадка или неясность в исходном материале, то у экранизации есть два пути, - либо снять максимально близко к тексту и загадку оставить для самостоятельного размышления зрителя, либо рискнуть и раскрыть загадку так, как считает нужным режиссер.
У Мартина таковой загадкой является вопрос, в самом ли деле сир Арлан посвятил Дунка в рыцари перед смертью. Есть в тексте намеки, что Дунк соврал и в рыцари его не посвящали.
В сериале этих намеков насыпали еще щедрее, и либо на этом нужно было остановиться, либо, раз уж взялись показывать сира Арлана под тем первоначальным вязом из первой серии, поставить окончательную точку.
Однако сцена снята так, что мы, зрители, не только не получили окончательного ответа, но вообще не поняли, что это и к чему было.
Сидит сир Арлан под деревом и рассказывает Дунку историю о Пеннитри, Дунк спрашивает, почему сир его в рыцари не посвятит, старик вроде как помер на полу слове, Дунк начинает плакать, старик оживает и заканчивает историю.
Сама история о дубе посреди деревни, в которое уходя на войну нужно вбить пенни, - это такая отсылка к книге «Танец с драконами», где на такое дерево в недоумении натыкается Джейме Ланистер. Но! В основном сериале этого эпизода нет, да и никакой важной смысловой нагрузки даже в книге он не несет, я даже сомневаюсь, что кто-то даже из фанатов о нем вспомнит, не залезая целенаправленно в энциклопедию, как не мудрствуя лукаво поступила я.
Кроме того, история про пенни, как справедливо уже было отмечено до меня – в принципе довольно сомнительна. То есть в глубоком средневековье, когда монетарный обмен был не так чтобы уж развит, - во всяком случае по сравнению с современным, - в деревне среди крестьян, у которых тем более, каждый грошик на счету, вдруг завалялись лишние пенни для дерева.
Даже если это мелкая монетка, мелкая монетка сейчас и мелкая монетка в Средние века – это очень большая разница. Так, на пенни в Англии 1400 годов можно было купить: две дюжины яиц, или кусок мяса, достаточный для супа на всю семью, или полтора десятка рыбин, или фунт сыру. А тут, смотрите-ка, все дерево оббито монетами и никому и дела нет. Какая богатая, однако, деревня!
Ну и сама конструкция флешбека, - то ли умер сир Арлан, то ли ожил, толи ожил только в фантазиях Дунка, и так не ответил на вопрос… Это просто невнятное ничего и ни для чего.
В настоящем Дунк предается этим воспоминаниям, сидя в кабаке вместе с «супругами» Фоссовеями.
Тут же в кабаке стоит гроб – это киноделы так решили показать, что на Суде Семерых погиб Хамфри Бисбери, шурин Хамфри Хардинга, которого даже не потрудились перед поединком назвать. Хамфри Хардинг, кстати, тоже помер от ран, но о нем в сериале забыли, а несчастного Бисбери вот, почему-то хоронят в кабаке и в улье.
Зато над гробом вьются пчелы, потому что в гроб сунули матку. Мда. Гроб с пчелами, посреди кабака… сколько нужно выпить, чтобы такое придумать?
Нет, я понимаю, что у Бисбери герб с ульями и семейные легенды связаны с пчеловодством, но до крайностей доводить-то зачем?
Фоссовеи непрерывно сосутся, отчего Дунка, судя по всему, отчетливо подташнивает, а в кабак заруливает… алкаш Дейрон! Вот так, на похороны к дяде и наследнику мы не пойдем, а на похороны какого-то Бисбери в кабак – пожалуйте.
Дунку, разумеется, понадобилось подойти к принцу и постыдить его, что люди погибли из-за него.
Дейрон в свою очередь воспользовался случаем, чтобы намекнуть Дунку забрать-таки Эгга. Дескать, Гавнюк тоже был когда-то хорошим мальчиком, так что и младшенького, мы воспитаем как надо, по-таргарянски. Дунк мгновенно проникся.
Тут же показывают самого мальчика, - Эгг посидел-подумал и обнаружил, что у него наконец-то начали отрастать волосы. В честь чего, Эгг взял ножик для рыбы и пошел доделывать из старшего брата сестренку.
Гавнюк-Эйерион лежит в постельке страшно покалеченный, однако у постели сына дежурит любящий папа-Мейкар. Он-то и помешал младшенькому дорезать старшенького.
Правда, с чего бы Эгга так накрыло – вызывает большие вопросы. Особенно учитывая, что Эгг знает о решении папы отправить старшего подальше, аж на другой континент. С чего приспичило резко убивать братца, который физически не мог что-то еще ему сделать?
С тонким чувством момента *сарказм* на прием попросился Дунк. Я имею в виду, что в жизни бывает стечение обстоятельств, но в художественном произведении логично было бы, что Мейкар все же что-то сказал бы сыну, застав того с ножом над братом. Или послал бы за Дунком повторно. Хоть что-то сделал сам относительно того, что увидел.
Вместо этого, даже его разговор с Дунком опять окончился ничем.
Да, пока Дунк стоял в коридоре, к нему подбежала мелкая леди Эшфорт – как всегда без мамки-няньки, септы или служанки, компаньонки, - и заявила, что прощает его за испорченные именины, потому что с ним поступили неправильно.
Ну очешуеть! Во-первых, с чего бы мнение этой соплюшки было хоть кому-то важно? В том числе зрителю? Мы ее видим второй раз и то как мимокрокодила.
Во-вторых, с какой стати именины были испорчены? Это Средние века, детка, там с развлечениями как бэ не очень. Турнир был? Был. А еще такое уникальное событие как Суд Семерых. Ее имя вошло в историю вообще-то, все будут говорить о Суде Семерых и вспоминать про именины леди Эшфорт. Она еще и спасибо должна сказать, что так отлично развлеклись.
Но вернемся к Мейкару. Дунк с порога начинает нести, как он возьмет Эга в дорогу, подальше от замков и слуг.
- И семьи, - замечает Мейкар. То есть разговор идет явно не туда и не так как в рассказе, добавляя новые смыслы, о которых никто не просил.
Да, в диалоге звучит книжная фраза, что «Дейрон никогда не спал в канавах, а Эйегон всегда ел самое сочное мясо». Разница в том, что в книжном каноне, Мейкар понял, на что ему весьма изящно намекнул Дункан и даже признал его правоту, согласившись на такое причудливое обучение юного принца.
В сериале – тянут-потянут интригу, поскольку Мейкар чуть ли не со слезами заявляет «Он мой последний сын», и сцена обрывается.
В следующей сцене Дунк уже под тем же вязом собирается в дорогу. Появляется вначале лошадка – Легконогая, которую он продал, - а затем Фосовей. Пришел проводить и да, это он выкупил лошадь, чтобы вернуть другу.
В этой связи, очень странно все выглядит - и то, что они несли раньше и несут сейчас. Итак, буквально в начале серии нам показали, что Раймунда кузен выпнул нафиг и все забрал. Отсюда вопрос – откуда у Фоссовея деньги на выкуп лошади?
Далее, новоиспеченный рыцарь и победитель, между прочим, Раймунд сообщает, что папенька его говорил об открытии новой точки по продаже сидра, вот он и займется. Ээээ… ну, лорды, конечно, жили со своей земли, и Фоссовей Зеленого яблока действительно построил собственный замок Новая бочка, но вам не кажется, что отделение целой новой ветви рода, в том числе с землями и новым замком – это не тоже самое, что ларек по продаже кваса, пусть и яблочного? Вот и мне не кажется, а звучит в сериале именно так.
Лошадь, кстати Дунк оставляет Фосовею.
В следующей сцене Дунк выковыривает нечто из рукояти своего меча и прибивает к вязу. Я догадалась, что это должно быть каким-то символом, вероятно, преемственности с сиром Арланом, но получилось опять откровенно тупо.
Что именно Дунк выковырял из навершия меча и приколотил к дереву? Пенни, что ли? А почему тогда свой пенни сир Арлан не прибил к тому дереву, а таскал на мече? Где логика?
И вот, когда Дунк уже полностью собран, появляется мелкий Эгг с сообщением, что «отец сказал служить вам».
И они отправляются в петушествие.
Образованный Эгг растолковывает темному как погреб Дунку, что земель в королевстве 9, а не семь, а от них символично через поле уезжает на белой лошади смерти призрак сира Арлана, оставляя наконец повзрослевшего Дунка самостоятельным…
С полем и лошадью – хорошая находка, честно.
Хотя они опять потеряли Дунка как актора, а заодно и тонкое понимание ситуации от Эгга. Потому что книжный Дунк знал, куда отправится:
- В Дорн.
Тансель дорнийка.
- Я слышал, там искусные кукольники, - Эгг.
Согласитесь, какое понимание друг друга, и какие доверительные отношения. Что в сериале? В сериале маленький Эгг, пусть и ненавязчиво, но демонстрирует свое превосходство над тупым Дунком. Мдя, и это только начало.
Потому что если с белой кобылой и призраком – все вполне хорошо, то со всем остальным – мягко сказать, не очень.
Впрочем, и с белой кобылой и сиром Арланом – не очень тоже. Потому что если вы хотели подчеркнуть, что это призрак и тот теряет реальность, то почему вы не убрали на постпродакшене приминающиеся подсолнухи?!
Получилось, что сир Алан и белая лошадь – вполне реальны, они оставляют вполне реальные следы на поле. Я из-за этого вообще не сразу поняла, кто это, думала, Фоссовей провожает.
Ну а потом нас ждет самый очешуительный вотэтоповорот. Таргариены уезжают из замка и Мейкар вдруг заметил отсутствие младшенького.
Опять.
Это просто писдецкий ход, иначе не скажешь.
Во-первых, Мейкар – не дурак, а еще принц с кучей челяди, то есть ехать в счастливом неведении Дунку и Эггу где-то… час-полтора в нормальной вселенной.
Во-вторых, Мейкар у вас все-таки ни чему не учится? У него сын один раз сбежал, благодаря чему завертелась такое, что всем тошно стало, а Мейкар до сих пор не приставил к Эггу нормальную охрану?!
В третьих, Эгг – весь в папочку, такой же необучаемый?! Пацану не хватило того, в какой замес он втянул сира Дункана?! Нет? Что дядя погиб? То есть все слезы раскаяния в обмане и подставе – малыш Эгг лил просто так?
Ну раз побежал опять врать и опять подставлять сира Дунка под разборки с папой? А что, этот дебил Дунк все стерпит, ага.
Такая у нас мораль сезона?
Ох… Храни нас пуще адова огня от гения Иры Паркера! Вот такое феерическое завершение сезона, мда.