СОВСЕМ КРАТКО
Путешественник-рассказчик встретил Максима Максимыча в гостинице Владикавказа. Узнав о приезде Печорина, Максим Максимыч был в восторге и надеялся на теплую встречу, но Печорин оказался равнодушен. Он лишь холодно пожал руку старому сослуживцу и отказался задержаться, несмотря на уговоры Максима Максимыча. Печорин также безразлично отнесся к просьбе вернуть записи, которые Максим Максимыч хранил все эти годы. Ошеломленный таким приемом, Максим Максимыч долго стоял неподвижно, чувствуя глубокую обиду и разочарование.
Максим Максимыч был уничтожен холодным равнодушием Печорина. Рассказчик, увозя дневники Печорина, заметил, что старик не знает, что делать с записями. Позже, узнав о смерти Печорина, рассказчик решил опубликовать его записки, считая их «историей души человеческой». Так в руках автора оказался «Журнал Печорина», послуживший основой для последующих глав романа.
Продолжая свой путь, путешественник-рассказчик вскоре снова встретил Максима Максимыча. Это случилось во Владикавказе, в одной из гостиниц, где оба они остановились в ожидании оказии. Старый штабс-капитан был по-прежнему добродушен и приветлив, они вместе пообедали и расположились у окна, беседуя. Вечером во двор гостиницы въехала красивая коляска. Из разговора с лакеем выяснилось, что экипаж принадлежит Григорию Александровичу Печорину, который остановился ужинать и ночевать у знакомого полковника .
Услышав это, Максим Максимыч пришел в неописуемый восторг. Он тут же велел слуге передать Печорину, что здесь находится его старый сослуживец, и был абсолютно уверен, что тот тотчас же прибежит. Старик с торжествующим видом отправился ждать за ворота, но не дождался и вернулся лишь поздно ночью, в каком-то беспокойстве. Он не находил себе места, ходил по комнате, ворочался в постели, не в силах заснуть. На следующее утро он снова сидел у ворот, но, так и не дождавшись, вынужден был отлучиться по служебным делам, строго наказав рассказчику немедленно сообщить, если Печорин появится .
Вскоре Печорин действительно приехал. Рассказчик, послав за Максимом Максимычем, воспользовался случаем, чтобы внимательно рассмотреть этого человека, о котором уже столько слышал. Он составил подробный психологический портрет: Печорин был среднего роста, стройный, крепкого сложения, с широкими плечами. Несмотря на почти тридцатилетний возраст, во всей его фигуре чувствовалась порода и светская привычка жить в столице. Его походка была небрежна и ленива, но он не размахивал руками — верный признак скрытности характера. Самое же примечательное в его облике были глаза: они не смеялись, когда он смеялся. Рассказчик отметил, что это признак или злого нрава, или глубокой, постоянной грусти. Взгляд Печорина, непродолжительный, но тяжелый, оставлял неприятное впечатление бестактного вопроса и мог бы показаться дерзким, если бы не был столь равнодушно-спокоен. Блеск его глаз напоминал блеск гладкой стали — ослепительный, но холодный .
В этот момент, запыхавшись, прибежал Максим Максимыч. Он едва мог дышать, пот градом катился с его лица, колени дрожали. Старик хотел было кинуться Печорину на шею, но тот лишь с приветливой, но довольно холодной улыбкой протянул ему руку. Максим Максимыч на мгновение оцепенел, но затем с жадностью принялся расспрашивать друга о жизни и службе. Ответы Печорина были краткими и односложными. На вопрос «Что поделывали?» он ответил: «Скучал». Узнав, что Печорин едет в Персию, старик попытался уговорить его задержаться хотя бы на пару часов, чтобы вспомнить старину, поговорить по душам, но Печорин отказался, сказав, что ему пора .
Тогда Максим Максимыч вспомнил о бумагах: все эти годы он бережно хранил записи, которые оставил у него Печорин, надеясь когда-нибудь вернуть их. Он предложил забрать их сейчас. Равнодушие Печорина поразило старика: «Что хотите с ними делайте», — ответил тот, даже не поинтересовавшись их содержанием. Максим Максимыч, чьи глаза невольно наполнились слезами досады, с горечью заметил, что не так он думал с ним встретиться. Печорин в ответ лишь обнял его по-приятельски, бросил дежурное «всякому своя дорога», сел в коляску и уехал .
Ошеломленный и глубоко оскорбленный таким холодным приемом, старый штабс-капитан долго стоял неподвижно. Вся его радость и любовь к бывшему сослуживцу разбились о каменную стену равнодушия. Он был не просто расстроен — он был уничтожен. Пытаясь скрыть свою обиду, он напустил на себя сердитый и печальный вид. Когда рассказчик спросил его о бумагах, Максим Максимыч в сердцах швырнул их на землю со словами, что делать с ними он может все что угодно. Забрав тетради, рассказчик поинтересовался, что же будет с самим Максимом Максимычем, но тот, всё еще не оправившись от удара, грубо оборвал его и отвернулся .
Так закончилась эта встреча. Рассказчик, ставший обладателем дневников Печорина, уехал. Позже, узнав о смерти Печорина (он умер, возвращаясь из Персии), он решил опубликовать его записки, посчитав эту «историю души человеческой» полезной для читателей. Так в руках автора оказался «Журнал Печорина», который составит следующие главы романа.
