В нашей Московской двухкомнатной квартире в спальном районе мы жили втроём: я, мама, отец.
Я тогда был школьником, учился в девятом классе. Родители работали, всё как у всех. Времена тяжелые были, 90е.
Но жили спокойно. Квартира была просторная. Я жил в своей комнате, родители в гостиной.
Всё вроде было хорошо, пока в гости к отцу не приехали его родственники неожиданно поздравить его с днем рождения. Я их тогда первый раз увидел. Кажется, двоюродный брат отца, с которым тот лишь в детстве общался с семьей.
Мы тогда с матерью удивились, конечно, никогда ни открытки, ни письма, ни звонка, а тут вспомнили когда у моего бати день рождения, и приехали... Подарок даже какой-то привезли и половину вечера его нахваливали.
И тут двоюродный брат отца, дядя Сергей, попросил о помощи:
- Слушай, Пашка, тут вот какое дело: Артёмка-то наш в МГУ поступил, представляешь? - проговорил дядя Сергей.
- О! Паша, поздравляю! - проговорил батя.
- Слушай, тут вот в чем вопрос. Места ему в общежитии не досталось, стеснительный он у нас, не может нахрапом в деканат, понимаешь?!
- Да что же он сделает, чай не матерый волк, а первокурсник, ребенок еще! - развел руками мой батя.
- Ну так и я о чем... Снимать ему квартиру отдельную, у нас денег нет таких. Глядишь, поживет немного, может с кем освоится, прибьется к кому, а может и в общежитии места появятся... Я своего проинструктировал, если места появятся, чтобы сразу "быка за рога", понимаешь...
- Понимаю..., - батя еще не понимал, к чему клонит его братец, а я уже на трезвую голову всё понял.
- Ну и ладненько... Тогда, в общем Артёмка у вас останется, мы уже и вещи привезли все ему... Поживет у вас первое время, а потом видно будет! - уже сделал выводы отцов брат на удивление моих родителей.
В общем, шах и мат, как говорится...
Я еще тогда понял, что дядя Сережа был - стратег, каких еще поискать, а моего простоватого батю обвести вокруг пальца да еще в подпитии и полусонном состоянии - как два пальца, как говорят.
- Ты, брат, не беспокойся, Артём будет тише воды, ниже травы, приходить только ночевать и никак не стеснять Вас, - после открытых ртов у бати с мамой заверил брат, после чего за 20 минут собрался и ретировался к себе в деревню.
Первые недели: всё идёт по плану
Артём заселился к нам с небольшим чемоданом и улыбкой до ушей.
Поселили его, понятное дело, со мной в комнате — я уступил ему кровать у окна, а сам перебрался на раскладушку у шкафа. Это отец настоял.
- Запомни, сынок, гостям достается в доме самое лучшее. Это законы гостеприимства! Вот приедешь ты к ним в деревню, они тебя и обедом вкусным накормят, и в баню деревенскую сводят, и душевно с тобой поразговаривают! - говорил он мне.
- Бать, так я пить не собираюсь, зачем мне к ним туда ехать? - сдуру брякнул я, помня, что в деревне отца люди в те времена то и делали, что пили беспробудно.
У них деревня так и называлась "Гуляево". Это бате повезло просто, что он в армию загремел на три года, а потом на матери женился, и в деревню после призыва больше не возвращался.
В общем, первый месяц всё шло идеально. Мой старший товарищ (я его звал "студент") уходил на пары рано утром, возвращался вечером. Сам стирал свои вещи, аккуратно складывал книги и тетради, не шумел.
По вечерам мы даже играли с ним в приставку — оказалось, он неплохо играет, даже какие-то игры приносил, с кем-то там из товарищей менялся.
Ещё Артём приносил что‑то к общему столу: яблоки, печенье, иногда йогурт. Видно было, что старается быть полезным и не оставаться в долгу родительского гостеприимства. Может отец его подсказывал, как вести себя надо.
Я даже начал думать: «А может, и хорошо, что он тут? Не так одиноко. Я всегда хотел имет старшего брата».
Поворотный момент
После месяца безупречного поведения что‑то изменилось. Артём стал чаще оставаться дома, реже ходить на пары. Продукты для общего стола исчезли, зато каждый день появлялись свежие фрукты и батончики с жутко дорогим тогда "Сникерсом".
Я один раз не удержался, раскрыл его батончик, "сникерснул", как тогда было принято говорить. Сколько ору было. Меня еще батя отругал, что нельзя чужое без спросу брать.
Главное, Артем всё что угодно из холодильника мог стрескать, а мне его - нельзя...
— У меня норма — обязательно банан или апельсин в день, и один батончик "Марса" или "Сникерса". Ну на худой конец "баунти", — как‑то объяснил Артем мне и родителям. — Это ведь не моя прихоть, углеводы нужны для мозга, для учебы...
Блин, я так-то тоже учился, пусть и не в Вузе, но грузили нас в девятом тоже знатно, но таких вот "райдеров" к родителям у меня не было... Жили скромно, а тут еще и залетного "братика" приходилось кормить...
Батя после его слов, купил где-то на рынке подешевле оптом целую коробку этих сникерсов, и выдавал ему один в день, а тот без зазрений совести его сжирал у меня на глазах.
Мать тогда, конечно, с отцом стала ругаться, мол "ты чего творишь? Чужого отпрыска шоколадками дорогими кормишь, а родному? Разве это справедливо?"
- Ты не слышала, мать, ему для учебы надо! Он же вон где учится, в МГУ, парень смышленый, а чего с нашего взять, оболтуса! - говорил отец.
Была у отца такая странность. Себя он считал - неглупым человеком, а я почему-то у него был "оболтусом". Все другие родственники своих детей хвалили, чуть чихнут где на какой олимпиаде у них дети, так сразу родичи трещат об их научном достижении...
Нет, я сейчас даже благодарен отцу. Он мне тогда вызов бросил, неосознанный, конечно, но это меня тогда здорово подстегнуло в девятом классе. Я и математику подтянул, и физику, а по биологии пошел в олимпиадах участвовать, чтобы тоже "заработать на сникерс".
- На, возьми, пока никого нет... Я из отцовского тайника принесла, ешь! - притаскивала мне мать батончик этого "Сникерса".
- Нет, - говорю, - вот когда он мне сам своими руками принесет, тогда возьму, а так - не притронусь!
Это была моя принципиальная позиция... Но это лирическое отступление от темы.
Сникерса я так от отца не дождался.
Грязную одежду Артем теперь бросал в общую корзину. Мы тогда дорогущую итальянскую стиралку купили, "Ардо" называлась, там еще всё на английском было. Мать по выходным запускала стирку.
Сессия и бессонные ночи
Но самое интересное начиналось ближе к сессии. Именно в этот момент Артём спохватывался и решал наверстать упущенное. Но готовился он… шумно.
- Пойми, братан, у меня творческий процесс. Я без кофе не могу соображать! Мне нужен допинг! - объяснял он мне.
В общем, во время сессии на нужды Артема уходило две больших банки растворимого кофе "Нескафе" и двойная порция фруктов и "Сникерсов", которые стоили тогда очень приличных денег. Пил он кофе только со сгущенкой, поэтому банки со сгущенкой тогда никто не считал.
Ну и фиг бы с кофе и сгущенкой, фиг бы с этими шоколадками, которые были ни разу не полезные, не моё это было дело, раз отец посадил его к себе на шею.
Самое страшное, что он мне по ночам спать не давал: ходил в туалет со своего кофе раз в пол-часа, размешивал сгущенку алюминиевой ложкой, словно молотком, топал по комнате, прогуливаясь словно Сократ.
Я ворочался до двух‑трёх часов ночи, а утром еле вставал в школу.
Батя видел всё прекрасно, но ничего не говорил Артему: «Ну, сессия же. Он всё‑таки родственник».
Мать молчала из последних сил, сдерживалась, понимая, что позиция отца с родственниками была - принципиальной.
Так прошел год вместо обещанных двух месяцев.
Кульминация: неожиданная встреча
Однажды я вернулся из школы раньше — отменили два урока из‑за аварии на водопроводе. Открываю дверь своим ключом — и замираю.
Навстречу мне вылетает Артём в одних шортах. За его спиной смущённо прячется девушка — видимо, та самая Алёна, о которой он иногда упоминал.
— О, Макс, ты уже здесь? — Артём растерянно почесал затылок. — Понимаешь, тут такое дело… Мы с Алёной очень заняты. Может, ты погуляешь часок‑полтора?
Он буквально выпроводил меня за дверь, ещё и рюкзак мой чуть не забыл. А на улице в тот день был морозно — не то слово! Я тогда дошел в булочную за углом, купил себе печений с последних карманных денег и взял кофе растворимого. Ну помните, тогда можно было в булочной заказать растворимого кофе в пластиковом стаканчике вместе с пирожком.
Когда родители пришли с работы, то увидели меня в подъезде, сидящем на подоконнике.
- Ты чего тут делаешь? Ключи что-ли потерял? - сразу наехал на меня отец.
- Нет, вот ключи! Просто там Артем, видимо, однокурсницу свою привел, вместе к сессии готовятся. Сказал, чтобы я им не мешал, у них предмет очень важный, оказывается, - максимально тактично проговорил я.
- Выпроводил он меня, я даже куртку снять не успел! - проговорил я.
- Ну ты, мужик или нет, настоял бы! - ругался на меня отец.
-Чего настоять, вместе с ними к сессии готовиться? - подумал я про себя...
- Ага, я и сообразить не успел, как за дверью оказался, а тот ключ со своей стороны в замок вставил, и хоть обвертись, дверь заблокирована! - поведал я отцу.
И тут меня так достала наглость Артема и слепость отца, что я уже сам додумал за Артема:
- А еще тот сказал, что пока он не выучит предмет со своей однокурсницей, и ты с мамой в подъезде перекантуешься! - конечно, зная самолюбие своего отца, я понимал, что эта фраза была подобна водородной бомбе.
А тут так совпало, что Артем так увлекся своей девушкой, что потерял счет времени, и родителям еще 10 минут пришлось стучать в свою дверь, чтобы тот впустил их в свою же квартиру.
Надо отдать должное отцу, он взял всю свою волю в кулак и максимально сдерживался:
— Так, Артём, — сказал он твёрдо. — Ты и так задержался у нас дольше обещанного. А теперь ещё и девушек приводишь, да так, что сына выгоняешь из дома? До воскресенья — ищи жильё. Это не обсуждается.
Последние попытки
В субботу Артём завёл разговор о том, что с жильём пока не получается, и попросил ещё пару недель. Но родители были непреклонны:
— Или находишь вариант в городе, или возвращайся в деревню к родителям, — сказала мама. — Мы и так сделали больше, чем могли.
Исчезновение
В «день икс» мы с родителями уехали на рынок за продуктами. Вернулись — а в комнате пусто. Артём собрал вещи, оставил ключи на столе и ушёл.
Рядом с ключами была от него записка: "Ну и пошли вы все... Возомнили тут себя москвичами!"
Последствия
Через пару дней дядя Сергей позвонил отцу. Голос его звучал обиженно:
— Вы что же, выгнали нашего мальчика? Да он такой старательный, такой воспитанный! А вы…
Отец пытался объяснить, что было на самом деле, но его не слушали. Как же, ведь их Сергей был - таким идеальным, таким умным, таким способным...
Нет, может, конечно, его однокурсница и по достоинству оценила его способности, ведь с двух до пяти вечера так увлечься, что забыть про приход хозяев квартиры, это было эпично...
С тех пор прошло почти 30 лет. Мы больше не общаемся с той веткой семьи. Для них мы — те, кто «выставил на улицу» хорошего парня, "надменные москвичи".
А я иногда думаю: а если бы я устроил что-то подобное в деревенском доме дяди Сережи, меня бы также тактично выпроводили из дома?
Кстати, оставшуюся пачку со "Сникерсами" и банку растворимого кофе со сгущенкой, "гордый" Тёмыч с собой тогда прихватил.
