я наконец по крупицам оформляю чувствование своего писательства.
1. сотворчество
в моих записях, как и везде, не нужно искать понимания. суть не в том, чтобы до кончиков пальцев быть понятой, а в том, на какие рассуждения побуждает прочитанное. быть может (я уверена, зачастую), у читателя появляются размышления на свою, далекую от моей, тему.
2. писать не для чего, а из чего.
писать из состояния. записи — как результат акта творчества. а творчество — это процесс поиска выражения внутреннего состояния. творчество — это не оформление того, что я уже знаю, а переход, в котором моя точка «а» — взять ручку и бумагу, а точка «б» (спустя несколько страниц) — закрыть тетрадь. (да, пишу я свои статьи от руки).
3. текстовое звучание не менее важно.
да, я пишу плотно. беглое чтение этих эссе почти недоступно даже мне как автору. но суть не только в том, Что написано, но и Как. коверкать и придумывать слова, иначе строить предложения, намеренно допускать ошибки, даже писать по обыкновению с маленькой буквы — всё это составляющая истинности. намерение написать «легкочтенски» включает внутреннего цензора и перфекциониста, включает предугадывание того, а что именно будет понятно. в такие моменты текст становится сухим, плоским, нелепым. и я, и читатель чувствуем фальшь.
- скажи, что ты думаешь на самом деле!
- мартышка, мартышка, трусы.
4. я вижу себя. принятие инаковости как избегаемой тени.
я всю жизнь стремилась быть понятой. это была моя цель, чтобы легитимно занять кусочек места в этой жизни среди людей. но я уже занимаю место просто потому, что существую. и я планирую занимать его на полную катушку именно тем, что пришло сюда вместе со мной. пришел мост? буду соединять. пришел эмпат? буду видеть и валидировать чувства. пришел маяк? буду крепко стоять в волнах и светить.
к размышлениям
к сожалению или нет, плоские, понятные статьи не вызывают во мне интереса. нон-фикшн стал поверхностным и объясняющим чтивом. нет послевкусия, нет размышлений. есть узнавание объясняющих теорий и исследований.
оставь надежду на лучшее прошлое.
изучать себя, чтобы жить лучшее будущее. но что значит «жить лучшее будущее»?
вопрос и страх, из-за которого я не погружалась в эту «баночку»: «почему, соприкоснувшись с экзистенциальными размышлениями, люди теряют связь с приземленным повседневным бытием?»
можно ли назвать это психозом? почему так несет быть оторванной и летящей средь тех вопросов, которые существуют как облака, окутывая меня и прикасаясь, но не дотрагиваясь. они здесь. они вокруг меня, но их невозможно осязать.
это форма сумасшествия? это форма избегания? что первостепенно: облачные мысли или жизнь бытовая?
или я нашла безопасность в возвышенном «навсегда незнании», чтобы спрятаться от изменчивости повседневности и непостоянности правил человеческих игр?
мне ствердит критик о поиске середины, баланса. но зачем мне стремиться к тому, что не является моим естеством? мои заметки, мои мысли — это самое искреннее проявление меня. на минуту вдруг я представлю, что в своем творческом процессе я буду стремиться перекроить свою экспрессию, плотность, странность и любописание. я не буду правдивой здесь, сама с собой, с листком бумаги, — тогда о какой праведной честности* и принятии себя может идти речь? «я есть», «я могу», «мне можно», «я такая, чтобы сейчас писать именно так», и это единственное, в чем я могу быть уверена среди вечно «маринующихся баночек» своих размышлений и опыта.
прекрасные в моем понимании творения были созданы людьми инаковыми. нейроотличными.
но вот вопрос: почему выделяющийся сталкивается с ограничениями своего проявления? ведь именно такие оставляют глубокий след в человеческой истории. их появление вызывает резонанс — это логично; в противном случае, если бы именно это было нормой, тогда и глубокого резонанса бы не было. а что было бы? сотворчество?
я часто думаю, что они, те, кто оставляет след, — возвышенные. но сейчас я представлю на мгновение: а что, если мое место там, среди них? как бы я могла узнать это? по признанию среди остальных? медийность? одобряемость? запрещенность? резонанс? но ведь всё это про громкую публичность. неужели именно это и делает тех самых отличных — другими? серьезно? общественная небезразличность? что-то я сомневаюсь.
я думаю, стоять с ними рядом — значит задаваться своими вопросами, открыто, праведно честно. не вытягиваясь там, где всем должно быть длинно. и не скручиваясь там, где им должно быть коротко.
* имеется ввиду радикальная, бескомпромиссная верность своей собственной природе