— Не надо, Дин. Мы вдвоем пойдем. Зачем ты нам там нужна? — Леня произнес это, даже не оборачиваясь.
Дина замерла в дверях прихожей. В одной руке она сжимала ключи, в другой — куртку Алисы. Дочка, почувствовав напряжение, притихла и прижалась к отцу.
— Но я все утро на кухне провела, потом глажка... Я тоже хочу на воздух, Лень. Погуляем все вместе в парке, купим Алисе мороженое. В чем проблема-то?
Леня выпрямился, и Дина в очередной раз отметила, какой он стал крепкий и самоуверенный — совсем не тот прыщавый пацан из ее детства.
— Дина, я сказал — нет. Тебе дома дел мало? Вон, зеркало в ванной все в разводах, плиту бы помыть не мешало. Отдохни, посмотри свой сериал.
Нам вдвоем проще, ты вечно плетешься сзади, ворчишь... Короче, сиди дома!
Он подхватил Алису на руки и вышел. А Дина расплакалась.
***
Дина своего мужа знала много лет — Леня жил в соседнем подъезде и считал своим долгом превратить ее жизнь в маленькое испытание.
— Эй, Динка-корзинка! Опять булку точишь? Смотри, в качели не влезешь! — кричал он, пролетая мимо на велосипеде.
Она плакала, а мама лишь отмахивалась. Мол, мальчишки все такие, так они внимание проявляют.
Потом был переезд, и они не виделись лет пятнадцать. Встретились случайно у общего друга.
Дина к тому времени выросла, округлилась и привыкла считать себя «серой мышью».
Но Леня, увидев ее, буквально замер.
— Не верю глазам! Динка? Ну ты и изменилась. Прямо… видная такая стала!
Ей это льстило. Дико, до дрожи. Она тогда только сняла жилье, начала самостоятельную жизнь.
Леня стал заходить на чай, потом — оставаться на ужин.
Все закрутилось быстро. А через полгода тест показал две полоски.
— Лень, я беременна...
Леонид ошалело на нее уставился:.
— Беременна? Ты серьезно? Дин, ну какой сейчас ребенок? Мы сами толком на ногах не стоим. Короче, иди на прерывание, пока срок маленький!
Мир внутри Дины тогда разлетелся на куски.
— Прерывание? Ты сейчас это серьезно говоришь?
— А что такого? Люди как по-твоему от незапланированных детей избавляются?
— Никогда бы не подумала, что такое от тебя услышу! — Дина вскочила. — Мне плевать, готов ты или нет. Это мой малыш, я его ждала всю жизнь.
Собирай вещи и уходи. Сейчас же!
Она не видела его больше месяца. Жила у сестры Наташи, потому что с мамой отношения всегда были сложными — та бы точно начала учить, как «терпеть и сглаживать».
Леня позвонил вечером, когда она уже почти привыкла к мысли об одиночестве.
— Дин, надо поговорить. Давай встретимся? Пожалуйста.
Они сидели в парке.
— Прости меня. Я просто испугался. На меня как будто плита упала, когда ты сказала, что беременна… Я ведь и правда был не готов…
Дин, давай попробуем еще раз?
И Дина его простила.
***
Беременность проходила тяжело: токсикоз, отеки, вечный страх за ребенка. Ей так нужна была поддержка, ей так хотелось, чтобы любимый ее успокоил, обнял и сказал, что все будет хорошо.
А Леня… Леня гулял.
— Ты опять уходишь? — спрашивала она, глядя, как он прихорашивается перед зеркалом. — Мы же хотели фильм посмотреть. Мне сегодня совсем нехорошо.
— Дин, ну не начинай. Ребята в гараже собрались, я обещал тоже поприсутствовать. Да я быстро, пара часов — и дома. Не скучай.
Он возвращался под утро, они ругались до хрипоты и по нескольку дней друг с другом не разговаривали.
Дина терпела: наверное, и правда переживает. Еще не смирился, страх никуда не делся…
Только за пару недель до родов он притих — стал интересоваться анализами, купил кроватку. Инициативу даже проявил:
— Давай назовем Алисой? Красиво же — Алиса Леонидовна.
Дина растаяла. Ей казалось, что он наконец осознал, что понял, какую ответственность ему предстоит на себя взять.
В роддом она уезжала абсолютно счастливой.
Но день выписки расставил все по местам.
Леня привез их с дочкой домой, выгрузил сумки… И снова засобирался куда-то.
— Так, девчонки, вы тут осваивайтесь. А я на пару часов к ребятам. Мы договорились обмыть ножки.
Традиция, сама понимаешь.
Дина чуть с ума не сошла, когда муж ночевать не явился. Обзвонила всех друзей и родственников, собиралась в полицию уже идти…
А он пришел на следующий день в три часа, пьяный и веселый. И с тех пор все пошло по наклонной.
Когда дочке был год, он впервые на Дину руку поднял. Просто сорвался, когда она в очередной раз нашла у него в телефоне переписку с какой-то Мариной.
Дина пожаловалась матери, но та, выслушав ее, только поджала губы.
— И что ты собралась делать? Разводиться? А кому ты нужна с ребенком?
Леня хоть и гулящий, но деньги приносит, дочку любит. Ну, треснул…
Так ты сама его довела, небось.
Мужики — они народ импульсивный. Надо уметь прощать, Дина. Возвращайся, не ломай жизнь ни себе, ни дочке!
И она вернулась. Леня каялся, просил прощения, и вроде бы все наладилось, но предчувствие осталось нехорошим.
***
Дина сидела на кухне, глядя на вымытую до блеска плиту. Зеркало в ванной теперь сияло, а на душе было муторно.
Входная дверь хлопнула — Алиса вбежала в квартиру, заливаясь смехом.
— Мама, мама! Папа мне куклу купил! Смотри, какая большая!
Следом вошел муж, обвешанный пакетами с игрушками и сладостями. Отцом, к слову, он был прекрасным — для дочери Леня никогда ничего не жалел.
— Алис, иди мой руки, пиццу есть будем, — бросил он, даже не глядя на жену.
— А я? — Дина встала в дверях. — Ты купил пиццу на всех?
— Я купил нам с дочкой. Взял грибную, а ты ее терпеть не можешь, — он усмехнулся. — Да и зачем тебе лишние калории?
Весь вечер и муж, и дочь ее игнорировали. И если Алиса делала это не нарочно, то Леня жену не замечал намеренно — он делал вид, что ее вообще не существует.
Когда дочка уснула, Дина зашла в спальню — разговор откладывать больше было нельзя.
— Лень, почему ты так со мной? Почему не берешь с собой на прогулки? Ты снова общаешься с женщинами, я опять нашла переписки…
Что происходит вообще?
Леня не сдержался.
— Да потому что ты невыносима! Мне с ребенком намного интереснее, чем с тобой. И с женщинами другими я именно по этой причине общаюсь!
Ясно?
— Так иди к ним! Зачем ты здесь? Давай разведемся!
После слов «давай разведемся» всегда начинался цирк. Леня побелел, схватил жену за руки и заверещал:
— Дин, ну ты что? Какой развод? Я же люблю тебя. Ну вот такой я, ну меня тянет на приключения, но семья-то — это ты.
Алиса без тебя не сможет, и я не смогу. Пожалуйста, не уходи. Я исправлюсь, клянусь.
Он обнимал ее, шептал нежности, и Дина чувствовала, как ее решимость тает. Она ненавидела себя за эту слабость.
Подруга как-то сказала ей:
— Ты из тех женщин, которым надо долюбить мужчину до конца.
И это было правдой.
***
Десять дней прошли относительно спокойно. В пятницу вечером Леня пришел пораньше, приволок букет хризантем.
— Вот, держи. А то скажешь — бесчувственный.
Слушай, Дин, у Витька завтра юбилей, на даче празднует. Шашлыки там, баня...
Дина уже знала о предстоящем празднике, но отреагировала все равно бурно.
— Ой, как здорово! Я сейчас соберу вещи Алисе, там за городом прохладно...
Леня замялся.
— Дин, понимаешь… Витек сказал, чтобы строго без жен, чисто мужской компанией…
— Без жен? Лень, я сегодня утром звонила Ире, жене Вити. Она маринует мясо и выбирает платье…
Леня побагровел.
— Ну... она хозяйка дома, ей можно. А остальным — нет. Я так решил! Тебе там будет скучно, мужики пить будут. Оставайтесь дома!
— Ты меня стесняешься, Леня? Скажи честно.
— Что за бред?! Почему я должен тебя стесняться?
Голос Дины задрожал:
— Я поправилась, я больше не такая «легкая»…
— Да замучила ты меня своими комплексами! — рявкнул он. — Да, может и стесняюсь! Ты вечно с недовольной миной, в этом халате засаленном.
Посмотри на Ирку — она как картинка. А ты? Сама себя запустила, а теперь я виноват?
Он уехал утром. Насвистывал, долго крутился у зеркала. Алиса плакала, просила взять ее с собой, но он лишь чмокнул ее в лоб.
Когда за ним закрылась дверь, Дина решительно направилась в спальню и собрала немного вещей в спортивную сумку.
— Алис, — позвала она дочь. — Собирай игрушки. Мы едем к тете Наташе.
— А папа? Он с нами поедет?
— Нет, золотко. Мы с тобой поедем вдвоем. Ты все игрушки свои собирай, зайка. Все-все.
Через два часа Дина выволокла к такси два огромных чемодана — внутри поместились и ее пожитки, и вещи дочки.
На столе она оставила обручальное кольцо — положила рядом с завядшим букетом. Больше в эту квартиру она возвращаться не собиралась.
***
А в понедельник, ранним утром, Леня ворвался в квартиру ее сестры. Кричал, как оглашенный:
— Ты что устроила?! Быстро домой! Ты хоть понимаешь, как я выглядел перед соседями, когда приехал в пустую квартиру?
Наташа, в отличие от Дины, характер имела железный. Она зятю преградила путь.
— Чего горлопанишь? Тебя вообще кто сюда звал? Ребенок спит, замолкни. И уходи отсюда!
— Не лезь, Натаха! — бушевал он. — Динка, выходи!
Дине пришлось выйти и объясниться.
— Лень, уходи. Я не вернусь.
— В смысле? А Алиса? Ты хочешь лишить ребенка отца? — Леня как-то резко сдулся.
Дина пожала плечами.
— Лень, я не запрещаю тебе видеться с дочкой. После развода подпишем мировое, там пропишем график встреч с ребенком. Пожалуйста, общайся.
— Да ты пропадешь без меня! Кто тебя кормить будет? Кому ты нужна?
— Знаешь, я долго думала, почему ты меня не отпускал. Тебе просто нужен был кто-то, на чьем фоне ты чувствовал себя королем.
Удобная, забитая жена — идеальный вариант. Так ведь?
Леонид не на шутку разошелся, Наташе пришлось выталкивать его из своей квартиры.
Дину только одно успокаивало — хорошо, что дочка при скан.дале этом не присутствовала.
***
После развода и раздела имущества Дина открыла маленькую кондитерскую. Она не стала моделью, но себя полюбила, сменила гардероб, и теперь мужчины оборачивались ей вслед.
Леня так и не женился. Он все так же гуляет, женщин меняет, как перчатки, а дочь видит все реже и реже. Дина оказалась права: не особо-то ему и нужна была Алиса. Лене просто нравилось жену через дочь унижать.