Анна всегда знала, что ее жизнь пройдёт здесь, в Полдневом. В этом небольшом сельском доме, построенном еще ее дедом, в котором она родилась. В этой самой горнице с низкими потолками, где зимой трещала печь, а летом пахло свежевымытыми полами. Стены здесь помнили, как отец, вернувшись с поля, качал маленькую Анюту на коленях, а мама пела по вечерам, зашивая ее платья.
Но потом их не стало, ушли один за другим. Остался только этот дом, да корова Машка, да огород, который кормил ее лучше, чем колхозная пайка.
В деревне всегда было всё просто. Утро начиналось с крика петуха, день с работы в колхозе, а вечер с тишины, нарушаемой только стрекотом сверчков.
Первое время, просыпаясь по утрам, она смотрела на трещину в потолке, которая появилась в одну из зим, когда снег раздавил крышу. Потом вставала, умывалась ледяной водой из ведра и затапливала печь. Пока чайник закипал, выходила на крыльцо и смотрела, как туман стелется над речкой.
Иногда Анне казалось, что она навсегда застряла в этом медленном течении времени. Здесь оно всегда измерялось по-другому. Не часами, а делами: нужно было подоить корову, прополоть грядки, сбегать в магазин за солью. Иногда, работая в огороде, Аня замирала и слушала, как ветер шевелит листья на яблоне. На той самой яблоне, которую отец посадил в год ее рождения. А по вечерам, закончив с делами, садилась на лавку у калитки и смотрела, как солнце садится за лесом, окрашивая небо в розовый. Иногда ей казалось, будто вся ее жизнь это одна длинная дорога от рассвета до заката. И она не знала, что ждало ее за поворотом.
Но в тот день, когда в деревне появился он, всё изменилось.
Впервые Аня увидела его на сельском сходе. Староста собрал всех сельчан у конторы. Нужно было решать, как справляться с покосом. Она стояла в сторонке, прислонившись к теплой от солнца стене, когда вдруг услышала за спиной чей-то смех. Не грубый деревенский хохот, а что-то легкое, искреннее.
Обернувшись, Аня замерла. Рядом с ней стоял высокий, темноволосый парень. Он был одет в простую рубаху, но выглядел как-то по-городскому опрятным.
«Новый агроном, из города прислали» - прошептала ей рядом стоявшая Маринка, тыкая локтем в бок.
Аня сразу от смущения опустила глаза. Городские у них не задерживались. Приедут, повертятся, да и сбегут при первой возможности. Но когда собрание кончилось, он почему-то подошел именно к ней.
«Меня зовут Иван. А вас, наверное, Анна? Мне сказали, у вас лучший огород в деревне» - спросил он, и голос у него был теплый, как парное молоко.
Аня только кивнула, чувствуя, как нелепо краснеет.
«Можно посмотреть?» - спросил он, улыбнувшись, и в уголках его глаз собрались мелкие морщинки.
Она хотела отказать, сказать, что ей некогда, что корову доить надо, но почему-то пробормотала: «Если хотите». И повела его к своему дому, чувствуя на спине любопытные взгляды соседей.
Потом Иван стал приходить все чаще. Сначала под предлогом посоветоваться о посадках, а потом просто так.
Как-то раз принес старый патефон и вытирая пыль с пластинки сказал: «Вот, нашел на чердаке у деда Матвея, решил может вам понравиться».
Анна, стоя посреди горницы, не знала, куда деть руки, пока он заводил механизм. Мелодия полилась тихая и грустная, про какую-то далекую любовь.
«Танцевать умеете?» - спросил Иван и протянул к ней свою руку.
«Нет» - прошептала она.
«Не страшно, я научу» - и его ладонь, теплая и шершавая, обняла девичью талию. Анна почувствовала, как задрожали ее колени. Они кружились посреди комнаты, спотыкаясь о половицы, и она, впервые за долгое время, смеялась. А потом музыка кончилась, но Иван не отпустил ее.
«Вы мне нравитесь, Анна» - сказал он тихо.
Она отпрянула, как ошпаренная. «Вы городской. Вам здесь быстро надоест, и вы уедете» - протараторила ему в ответ.
«Мне здесь хорошо, особенно когда вы рядом».
Но Аня не поверила ему. Не могла поверить, но, когда он снова взял ее руку, не стала вырываться.
Деревня, она как стеклянный шар, здесь все у всех на виду.
«Смотри-ка, агроном-то к нашей Аньке похаживает» - стали шептаться бабы у колодца, когда она проходила мимо.
«Да он же несерьезный! Погуляет да уедет».
Ненароком слушая эти разговоры за спиной, Аня очень расстраивалась и переживала. И каждый раз, когда он приходил к ней, хотела спросить: "Когда ты уедешь?". Но язык не поворачивался.
Однажды вечером Иван пришел затемно, когда Аня уже собиралась закрывать калитку. В свете луны она сразу заметила, что его лицо перекошено, под глазом темнеет синяк, а губа распухла. Она бросилась к нему, хватая за рукав.
«Господи! Что случилось?» - вырвалось у нее.
Но Иван только усмехнулся и вытирая ладонью кровь с подбородка сказал: «Николай решил объясниться».
Аню будто обожгло. Николай, это местный парень, который сватался к ней два года назад.
«Ты что, дрался из-за меня?» — прошептала она.
Иван вдруг стал серьезным и смотря ей прямо в глаза сказал тихим, но твердым голосом: «А как же? Ты же моя».
Аня замерла от неожиданно услышанных слов.
«Не смей так говорить. Ты городской, тебе здесь не место» - вдруг вырвалось у нее.
Он шагнул к ней и схватил за руки: «Анна, я не уеду».
«Не ври!» - громко сказал Аня и отступила к калитке.
Ее голос дрожал, а по щекам потекли слезы. Иван молча смотрел на Аню, а потом медленно опустился на колени прямо в пыль у ее ног и сказал: «Я не уйду, потому что без тебя мне некуда идти».
В этот момент Аня почувствовала, как ее сердце бешено заколотилось в груди.
«Докажи» - прошептала она.
Он поднялся, осторожно взял ее лицо в ладони, как будто оно могло рассыпаться и тихо сказал: «Всю жизнь буду доказывать». И поцеловал. Это был их первый поцелуй. Его губы были потрескавшиеся, с привкусом крови и дорожной пыли. Так обнявшись, они стояли, пока сверчки не начали свои ночные трели.
«Пойдем уже в дом, я обработаю тебе рану» - сказала наконец Аня.
И добавила, протирая спиртом рану: «Дурак, нашел из-за чего драться».
«Это того стоило»- ухмыльнулся он, и Аня невольно улыбнулась в ответ.
Потом Иван впервые остался ночевать. Они лежали вдвоем на узкой кровати, не касаясь друг друга, и слушали, как за окном шумит дождь.
«Анютка, я тебя люблю» - вдруг сказал он в темноте.
«Я тебя люблю» - сказала Аня и замерла. Потом перевернулась к нему и прижалась лицом к его плечу. Так, впервые за эти годы она почувствовала себя не одинокой.
Утро после той ночи началось необычно. Аня проснулась от того, что кто-то осторожно целовал ее в плечо. Открыла глаза и увидела, как уже одетый Иван стоял у кровати с ведром парного молока.
«Вставай, хозяйка, я корову подоил» - улыбнулся он, и синяк под глазом стал еще заметнее.
Аня села на кровати, не веря своим ушам: «Ты умеешь доить?».
«Ну, корова меня чуть не лягнула, но вроде справились».
Она расхохоталась, представив, как этот городской парень сидит на табуретке, а ее строптивая корова брыкается.
Так началась их совместная жизнь. Первое время соседи смотрели на них искоса. Бабы у колодца замолкали, когда Аня подходила, а мужики в магазине переглядывались.
Как-то вечером, когда они шли домой, Иван вдруг сказал: «Выходи за меня замуж».
Аня остановилась как вкопанная: «Ты серьезно?».
Иван обнял ее за плечи: «Конечно, пусть все знают, что ты моя жена».
В ответ она молча прижалась к нему, пряча свою улыбку.
Свадьбу сыграли скромную. Расписались в сельсовете, потом собрались во дворе. Мать Ивана, маленькая и шустрая женщина, приехав из города, сразу обняла ее, как родную.
«Сынок мне все про тебя писал. Говорит, что нашел самую лучшую» - шепнула она, поправляя фату.
Когда гости разошлись, они сидели на крыльце вместе с Иваном. Он, держа ее руку в своих мозолистых ладонях сказал: «Ну что, жена, теперь вместе до конца жизни».
Она молча кивнула ему в ответ, глядя, как за садом поднимается луна.
О своей беременности Аня узнала случайно. Встала утром и вдруг ее затошнило. Иван, зайдя в комнату и видя ее в таком состоянии спросил испуганным голосом: «Анька, что с тобой?».
Но потом быстро догадался. Схватил жену на руки, закружил по комнате, смеясь: «У нас будет малыш!». А она, глядя на него смеялась и плакала одновременно.
Рожала Анна тяжело и долго, но, когда акушерка, выйдя в коридор роддома сказала: "У вас мальчик!", счастью Ивана не было предела. А когда их с малышом выписывали, Иван подошел к жене и целуя ее пальцы, сказал: «Спасибо. Ты родила мне счастье».
Потом семья пополнилась еще и дочкой.
По вечерам, когда дети засыпали, они часто сидели на том самом крыльце. Он обнимал ее за плечи, а она опускала голову ему на грудь.
«Ни о чем не жалеешь?» -как-то спросила Аня мужа.
Он засмеялся и уверенно произнес: «О чем жалеть? У меня все есть».
И это была правда. Потому что счастье не в городах и не в деньгах. Счастье вот здесь, в тепле любимого плеча, в смехе детей и в запахе родного дома.
