Добрый день, дамы и господа! С вами адвокат Сергей Ковальчук.
Сегодня расскажу об интересном гражданском деле, явившемся предметом рассмотрения судами Республики Башкортостан.
Между Дмитриевой (продавец) и Синицыной (покупатель) заключен договор купли-продажи (ДКП) квартиры, по условиям которого продавец её продал, а покупатель купил за 1 200 000 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.
ДКП квартиры и расписка о получении указанной в договоре суммы были подписаны Дмитриевой собственноручно. В квартире зарегистрирована Дмитриева, за которой закреплено право пожизненного проживания. Право собственности Синицыной было зарегистрировано в ЕГРП.
Однако, через некоторое время Дмитриева обратилась в районный суд с иском к Синицыной о признании ДКП квартиры недействительным и о применении последствий недействительности сделки.
В иске она сослалась на то, что, оформляя ДКП, она заблуждалась относительно существа сделки в силу имеющегося у нее заболевания, никогда не имела намерения продавать квартиру, являющуюся единственным ее местом жительства. После заключения договора она постоянно проживает в квартире, несет расходы на ее содержание. Подписывая ДКП, она полагала, что заключает договор ренты с пожизненным содержанием, поскольку нуждается в постоянном уходе по медицинским показаниям. Деньги по ДКП квартиры ей не передавались.
Судом по ходатайству истицы была назначена судебная почерковедческая экспертиза. Из заключения эксперта следует, что подпись от имени Дмитриевой в расписке о получении денег выполнена ею лично.
Решением суда в удовлетворении исковых требований отказано. Районный суд исходил из того, что Дмитриева лично подписала договор купли-продажи, акт приема-передачи квартиры и расписку о получении денежных средств по указанному договору, ДКП прошел государственную регистрацию и исполнен сторонами.
Однако, суд апелляционной инстанции данное решение отменил, и вынес новое решение, которым ДКП квартиры признан недействительным. Прекращено право собственности Синицыной на квартиру и признано право собственности на нее Дмитриевой.
Аргумент апелляции:
- Дмитриева заблуждалась относительно природы оспариваемой сделки, что подтверждено преклонным возрастом истицы, наличием доверительных отношений между сторонами, а также наличием порока воли продавца по распоряжению единственным жилым помещением, выраженном в том, что воля Дмитриевой на заключение сделки основана на ее неправильном мнении.
Однако Верховный Суд России, куда с кассационной жалобой обратилась Синицына, апелляционное определение отменил, а дело направил на новое рассмотрение в суд апелляции.
Доводы ВС РФ:
1. Юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является выяснение вопроса о том, понимала ли Дмитриева сущность сделки на момент ее совершения или же воля истицы была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения относительно ее существа.
Данным обстоятельствам суд апелляции оценки не дал, не указал, в чем именно состояло заблуждение Дмитриевой относительно природы сделки, а также не учел то, что сделка не может быть признана недействительной, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения.
2. Суд апелляции, указав в своем определении на наличие таких обстоятельств как преклонный возраст истицы (61 год), наличие доверительных отношений между сторонами сделки, а также наличие неправильного мнения относительно заключаемой сделки, не обосновал, как это свидетельствует о наличии у Дмитриевой заблуждения относительно существа заключаемой сделки.
3. Вступившим в законную силу решением того же районного суда от 17 апреля 2017 г. отказано в удовлетворении иска Дмитриевой к Синицыной о признании ДКП квартиры недействительным и о применении последствий недействительности сделки по основаниям, предусмотренным ст. 177 ГК РФ.
В рамках указанного дела судом назначена судебно-психиатрическая экспертиза. Из решения суда следует, что согласно заключению эксперта, на момент подписания ДКП квартиры Дмитриева могла понимать значение своих действий и руководить ими.
При таких обстоятельствах указание апелляции на то, что Дмитриева сознательно не заключила договор по отчуждению единственного жилого помещения, сделано без учета того, что истица заключила оспариваемый договор как дееспособный субъект гражданско-правовых отношений, обладающий свободой волеизъявления на заключение гражданско-правовых договоров и свободой по распоряжению собственным имуществом.
4. Сам по себе факт отчуждения Дмитриевой единственного жилого помещения не свидетельствует о нарушении ее жилищных прав, что подтверждается закрепленным в ДКП условием о сохранении за истицей права проживания в отчуждаемой квартире.
5. Обстоятельства нарушения Синицыной жилищных прав Дмитриевой при заключении ДКП являлись предметом рассмотрения суда 17 апреля 2017 г. при рассмотрении иска Дмитриевой к Синицыной о признании недействительным договора, и не нашли своего подтверждения, что не учтено судом апелляции.
6. Апелляция не проверила доводы истца, не привела мотивы, по которым пришла к выводу об обоснованности исковых требований, а также не указала доказательства, подтверждающие факт заблуждения Дмитриевой при заключении оспариваемого договора.
7. Судом первой инстанции установлено, что расписка содержит рукописный текст, выполненный истицей, согласно которому покупатель и продавец достигли договоренности о размере денежных средств за отчуждаемое жилое помещение, при этом передача денежных средств за квартиру в сумме 1 200 000 рублей до подписания ДКП подтверждается пунктом 5 договора.
Указанные обстоятельства, на которые ссылался ответчик, не получили оценки суда, в связи с чем вывод суда о том, что денежные средства не передавались Дмитриевой, нельзя признать правильным.
8. Таким образом, судом апелляции не учтено, что подписание сторонами ДКП после передачи денег продавцу, не может является основанием для оспаривания этого договора по безденежности, в случае если деньги фактически были получены продавцом, подтвердившим факт заключения ДКП в письменном документе.
9. Указав, что ответчицей не представлено иных письменных доказательств передачи истице денег, суд апелляции не учел, что обстоятельства произведения ответчицей в полном объеме оплаты по ДКП установлены вступившим в законную силу решением районного суда от 17 апреля 2017 г., в связи с чем не подлежали доказыванию и не могли оспариваться при рассмотрении настоящего гражданского дела.
См. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда России от 15.01.2019 г. № 49-КГ18-60.
Если вам нужны мои услуги, пишите на почту: exdogovor@mail.ru
Мой Бусти - https://boosty.to/urpr
Мой Телеграм-канал - https://t.me/upsvk
Мои песни - Мой Ангел плачет альбом Сергей Ковальчук слушать онлайн бесплатно на Яндекс Музыке в хорошем качестве
Кому понравилось, прошу поставить палец вверх.