Март 37 года н.э. Остров Капри. Императору Тиберию семьдесят семь лет. По меркам Древнего Рима — возраст почти неприличный. Второй император Рима пережил двух жён, троих сыновей, любимого брата, лучшего полководца, самого могущественного фаворита и практически всех людей, которым когда-либо доверял.
Старик правил двадцать три года и, судя по всему, сам уже не очень понимал, зачем. Он покинул Рим одиннадцать лет назад и не возвращался. В Сенате всё спокойно. Легионы на границах держали варваров. Казна была полна. Потрясающая стабильность.
В марте 37 года рядом с увядающим императором находился молодой человек двадцати четырёх лет. Он смотрел на старика с терпением, которое бывает только у очень голодных людей. Его звали Гай Юлий Цезарь Германик. Солдаты в детстве звали его Калигулой — «Сапожком» — за маленькие легионерские ботиночки, которые ему шили на потеху войскам.
Имя было смешным. Человек — нет.
Откуда взялся Калигула?
Отец Калигулы — Германик Юлий Цезарь — был, пожалуй, самым любимым римлянами полководцем своего времени. Племянник Тиберия, блестящий военачальник и оратор.
В 19 году н.э. Германик умер в Антиохии при обстоятельствах, которые его жена Агриппина Старшая публично назвала отравлением. Виноватым она считала наместника Сирии Пизона — человека из ближайшего окружения Тиберия. Пизона судили, он покончил с собой, не дождавшись приговора.
После смерти Германика его семья оказалась в ловушке. Агриппина с детьми формально пользовалась покровительством императора, фактически — находилась под постоянным надзором. Она открыто обвиняла Тиберия в смерти мужа. Император терпел это ровно столько, сколько мог — а потом сослал её на остров Пандатерию, где она умерла от голода в 33 году. Двух старших сыновей Германика Тиберий уничтожил раньше.
Выжил только младший. Калигула.
Ему тогда было девятнадцать лет. Он усвоил главный урок своего детства: в окружении Тиберия выживает тот, кто не даёт повода для беспокойства. Юноша переехал на Капри и несколько лет жил рядом с человеком, который истребил его семью, — улыбался, молчал, ни на что не претендовал.
Светоний писал, что Тиберий как-то сказал о нём: «Я вскармливаю змею для Рима».
Шесть лет на острове
Жизнь Калигулы на Капри — это отдельная история, достойная психологического триллера.
Представьте: молодой человек, правнук Августа, чьё имя знает весь Рим, живёт на острове вместе со стариком, который методично уничтожал его родственников. При этом нужно каждый день выходить к завтраку, улыбаться, обсуждать государственные дела, выслушивать параноидальные рассуждения о заговорах — и никак не выдавать того, что происходит внутри.
Калигула держался безупречно. Никаких претензий, никаких политических амбиций, никаких контактов с оппозицией в Сенате. Тацит отмечал, что молодой человек умело подавлял в себе всё — скорбь об убитых родственниках, страх, ненависть — с такой полнотой, что это само по себе выглядело жутковато.
Префект Макрон — человек, который организовал арест Сеяна и занял его место — довольно быстро сделал ставку на Калигулу. Ему нужен был наследник, которого он мог бы контролировать. Молодой, без связей, без своей армии, обязанный всем своим положением именно ему. Идеальная кандидатура.
Тиберий, кажется, тоже понимал, что Калигула — единственный реальный вариант. Второй претендент, Тиберий Гемелл, был внуком императора, но мальчишкой без политического веса. В завещании оба были упомянуты как "соправители", однако все, кто читал это завещание, понимали: двух императоров в Риме быть не может.
Что-то пошло не так
В начале марта 37 года Тиберий покинул Капри. Он направлялся в Кампанию — предположительно, по делам.
В Мизенах, портовом городе у Неаполитанского залива, императору внезапно стало плохо. Он потерял сознание. Свита решила, что всё кончено, и разбрелась по своим делам — кто готовить некролог, кто присягать Калигуле. В Рим полетели гонцы с новостью о смерти императора.
Вдруг Тиберий пришёл в себя. Это был неловкий момент для всех причастных. Особенно для тех, кто уже поздравил нового императора.
Что произошло дальше — зависит от того, какому источнику верить:
- Тацит пишет прямо: префект претория Макрон вошёл в комнату к императору и задушил его подушкой.
- Светоний осторожнее: он намекает на то, что Макрон «ускорил» события, не уточняя как именно.
- Дион Кассий добавляет детали: когда Тиберий очнулся и попросил еды, ему её дали, но в таком количестве, что старый и слабый организм не справился.
- Есть и четвёртая версия — самая прозаичная: семидесятисемилетний больной человек просто умер от старости, а все остальные истории придумали позже, потому что история без злодея скучна.
Правды мы не узнаем. Но вот что интересно: когда в Риме объявили о смерти Тиберия, толпа на улицах кричала: «В Тибр Тиберия!» — старинное проклятие, означавшее, что покойник недостоин погребения. Это была реакция народа на человека, который правил двадцать три года.
Шестнадцатое марта 37 года
Калигула стоял рядом с постелью императора, когда всё закончилось.
Что он чувствовал в тот момент — освобождение? Торжество? Страх перед тем, что теперь начнётся? Источники умалчивают.
Макрон быстро взял происходящее в свои руки. Гвардия была уведомлена. Сенат — оповещён. Завещание — зачитано. Тиберий Гемелл, второй наследник, пока оставался жив, но ненадолго: Калигула убьёт его меньше чем через год.
Рим встретил нового императора с восторгом, которого не видел со времён Августа. Люди украшали дома цветами. Жертвенные животные были заколоты в таком количестве, что, по словам Светония, за первые три месяца было принесено в жертву более ста шестидесяти тысяч животных.
18 марта Сенат единогласно наделил Калигулу всеми полномочиями, которые Тиберий накапливал годами.
Молодой человек в маленьких легионерских ботиночках стал властелином мира.
Что по итогу?
Тиберий оставил после себя полную казну, стабильные границы и государственную машину которая работала. Это был итог двадцати трёх лет правления человека, который пришёл к власти, не желая её, и нёс её, как каторгу.
Его преемник пришёл к власти с другими намерениями.
Что именно скрывалось за шестью годами терпеливого молчания на Капри — мы скоро узнаем. Первые месяцы правления Калигулы казались Риму золотым веком. Он помиловал политических заключённых, сжёг доносы Тиберия, отменил налоги.
Хороший человек. Замечательный молодой правитель.
Потом что-то случилось. Или не случилось — и всё, что произошло дальше, было запрограммировано ещё на Капри, в те шесть лет, когда умный юноша жил рядом с параноиком и внимательно наблюдал за тем, как работает настоящая власть.