— Мама, ты с ума сошла? — спросила Катя, глядя на список гостей, который занимал три страницы мелким почерком.
— Нет, доченька. Я просто хочу отметить свой юбилей так, как я хочу, — ответила Тамара Ивановна, поправляя очки. — Мне исполняется шестьдесят пять. Это не шутки.
— Это сто пятьдесят человек! Ты столько даже в школе не учила!
— В школе я учила сорок, — парировала мама. — А сто пятьдесят — это все мои коллеги за сорок лет работы, все соседи, с которыми я дружу, все родственники до седьмого колена и, конечно, вы с детьми.
Катя вздохнула. Спорить с мамой было бесполезно. Тамара Ивановна работала учителем начальных классов сорок три года и привыкла, что её слушаются.
— И где ты хочешь это отмечать? В школе?
— В ресторане, конечно! — мама достала из-под стола пухлую папку. — Я уже всё продумала. Вот варианты меню, вот список конкурсов, вот рассадка гостей. Танцевальная программа — с шести до девяти, фуршет — с девяти до одиннадцати, торжественная часть — в восемь.
Катя посмотрела на папку, потом на маму, потом снова на папку.
— Мам, ты это серьёзно?
— Абсолютно. Я хочу, чтобы этот юбилей запомнили все. Чтобы потом внукам рассказывали.
Катя снова вздохнула и полезла в телефон искать рестораны.
Месяц подготовки пролетел как один день. Тамара Ивановна звонила каждому гостю лично, уточняла, кто что ест, кто на диете, у кого аллергия на орехи. Она согласовывала меню с шеф-поваром, обсуждала флористику с дизайнером и трижды меняла цвет скатертей, потому что "бордовый слишком мрачный, а бежевый слишком скучный".
— Мам, может, проще? — робко предложила Катя накануне.
— Доченька, проще не значит лучше. Я ждала этого юбилея пять лет. С тех пор, как мне стукнуло шестьдесят. Всё должно быть идеально.
— А что будет, если что-то пойдёт не так?
— Ничего не пойдёт, — отрезала Тамара Ивановна. — Я всё предусмотрела.
Утро субботы началось с того, что у Тамары Ивановны пропал голос.
— Мам, ты чего? — спросила Катя, заглянув к ней в комнату.
— Ы-ы-ы, — прохрипела мама и показала на горло.
— Горло болит?
— Ы-ы-ы! — закивала та.
— А таблетки?
— Ы-ы-ы! — показала на пустую упаковку.
Катя побежала в аптеку. Вернулась через двадцать минут, заварила чай с мёдом, напоила маму, но голос не возвращался. Тамара Ивановна мычала, показывала жестами, писала записки, но говорить не могла.
— Может, отменить? — предложила Катя.
Мама замотала головой так, что чуть не упала с кровати. Она схватила блокнот и написала: «НИ ЗА ЧТО! Я БУДУ ТАМ! ХОТЯ БЫ МЫЧАТЬ!»
— Но как ты будешь произносить тост?
Тамара Ивановна задумалась. Потом написала: «ТЫ ПРОЧТЁШЬ».
— Я? Мам, я не умею!
— НАУЧИШЬСЯ, — написала мама и добавила суровый взгляд учительницы начальных классов.
В ресторан приехали за два часа до начала. Тамара Ивановна, несмотря на потерю голоса, носилась по залу как угорелая: проверяла салфетки, поправляла цветы, указывала официантам, куда ставить столы.
— Мам, сядь! — умоляла Катя. — У тебя давление подскочит!
Мама отмахнулась и продолжила командовать жестами.
Первые гости начали подходить к пяти. Тамара Ивановна встречала их у входа, улыбалась, обнимала, мычала что-то приветственное. Гости удивлялись, но виду не подавали.
— А чего это Тамара Ивановна молчит? — спросила какая-то троюродная тётя.
— Голос пропал, — объясняла Катя. — Но она очень рада вас видеть.
Тётя понимающе кивала и проходила в зал.
К шести собралось человек пятьдесят. Тамара Ивановна металась между столами, проверяя, всем ли хватило мест, всем ли налили, все ли довольны.
— Мам, сядь уже! — шипела Катя.
— Ы-ы-ы! — мычала мама и бежала дальше.
В семь началась торжественная часть. Катя вышла в центр зала с листочком, на котором мама написала поздравительную речь.
— Дорогие гости! — начала Катя дрожащим голосом. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отметить юбилей замечательной женщины, моей мамы, Тамары Ивановны...
Она читала, а мама стояла рядом, улыбалась и кивала. Гости аплодировали, кто-то даже прослезился.
— А теперь слово предоставляется... — Катя замялась, потому что дальше в мамином плане значился тост от бывшего мужа, который обещал прийти, но пока не появился.
— А слово предоставляется... — повторила она, лихорадочно соображая, что делать.
В этот момент дверь ресторана распахнулась, и в зал ворвался мужчина в костюме Деда Мороза. За ним — Снегурочка с мешком подарков.
— С Новым годом! — заорал Дед Мороз. — Поздравляю с юбилеем!
В зале повисла тишина. Тамара Ивановна выпучила глаза и схватилась за сердце.
— Это кто? — спросила Катя.
— Аниматоры, — ответил кто-то из гостей. — Я заказывал для внуков на Новый год, но они перепутали дату и приехали сегодня.
— Но сейчас май! — простонала Катя.
— А мы не смотрим на календарь! — бодро ответил Дед Мороз. — Мы дарим праздник в любое время года! Где тут именинница?
Тамара Ивановна спряталась за колонну. Гости начали хихикать. Кто-то достал телефон и начал снимать.
— Дед Мороз, спасибо, но, кажется, вы ошиблись адресом, — попыталась спасти ситуацию Катя.
— Ничего мы не ошиблись! — вмешалась Снегурочка. — У нас тут юбилей, шестьдесят пять лет! Это же почти Новый год! По старому стилю!
Гости уже откровенно ржали. Тамара Ивановна выглянула из-за колонны, посмотрела на Деда Мороза, на хохочущих родственников, на дочь, которая пыталась выпроводить аниматоров, и вдруг... засмеялась.
Громко, заливисто, от души.
— Ы-ы-ы-ы-ы! — мычала она сквозь смех, и все поняли, что она смеётся.
— Мам, ты чего? — подбежала Катя.
Тамара Ивановна схватила блокнот и написала: «ЭТО ЖЕ ГЕНИАЛЬНО! ВСЁ ПОШЛО НЕ ПО ПЛАНУ, А ТАК ВЕСЕЛО!»
— Ты не злишься?
Мама замотала головой и показала большой палец вверх. Потом подошла к Деду Морозу, обняла его и жестом пригласила за стол.
— Так мы остаёмся? — удивился Дед Мороз.
— Ы-ы-ы! — кивнула Тамара Ивановна и показала на свободные места.
Аниматоры остались. Они пели, плясали, водили хороводы вокруг именинницы. Гости, сначала смущённые, быстро втянулись и к десяти вечера уже вовсю отплясывали под песни из новогодних фильмов.
Бывший муж так и не пришёл. Но его никто не вспомнил.
— Мам, — сказала Катя, когда гости начали расходиться. — Ты прости, что так вышло.
Тамара Ивановна взяла блокнот и написала: «ЭТО ЛУЧШИЙ ЮБИЛЕЙ В МОЕЙ ЖИЗНИ».
— Правда?
«ПРАВДА. Я ПЕРЕСТАЛА БОЯТЬСЯ, ЧТО ЧТО-ТО ПОЙДЁТ НЕ ТАК. И ОНО ПОШЛО. И ЭТО БЫЛО КЛАССНО».
Они обнялись. К ним подошёл Дед Мороз, уже без бороды, с бутылкой шампанского.
— Тамара Ивановна, вы гениальная женщина! — сказал он. — Мы тут с коллегой решили: если вы не против, будем каждый год приезжать к вам на день рождения. Бесплатно. Это был наш лучший корпоратив.
Мама засмеялась и кивнула.
Через неделю Тамара Ивановна пришла в себя, голос восстановился, и она начала обзванивать гостей.
— Ну как вам праздник? — спрашивала она.
— Ой, Тамара Ивановна, это было нечто! — отвечали все. — Мы такого никогда не видели! Дед Мороз в мае — это ж надо придумать!
— А вы знаете, — говорила мама, — я специально так задумала. Чтобы никто не забыл.
И все верили.
А через месяц Катя нашла у мамы в столе блокнот, где на последней странице было написано: «ПЛАН Б: ЕСЛИ ЧТО-ТО ПОЙДЁТ НЕ ТАК — РАССЛАБИТЬСЯ И ПОЛУЧАТЬ УДОВОЛЬСТВИЕ. ЭТО ТОЖЕ РАБОТАЕТ».
Катя улыбнулась и положила блокнот на место.
Мама была гениальна. И не только в планировании.