12 декабря 1979 года в Кремлёвском здании Политбюро царила тягостная тишина. На столе лежал доклад: «Обстановка в Кабуле нестабильна. Амин готовится к смене ориентации. Нужно действовать». Леонид Брежнев, уставший, с трудом читал бумагу. Он знал, что если ничего не сделать, СССР потеряет Афганистан. Но если сделать что-то неправильно – всё может пойти не по плану. Он подписал указ. Через два дня советские войска вошли в Кабул. Президент Амин был убит. Началась десятилетняя война. А что, если бы он не подписал? Если бы сказал: «Нет. Не будем рисковать»? Мы привыкли думать, что Афганская война была неизбежной. Что СССР не мог допустить «потери» страны на юге. Но это не так. В декабре 1979 года было несколько вариантов, и ввод войск был не первым. Советники предлагали: Поддержать режим Амина оружием и советниками, но не отправлять солдат. Договариваться с оппозицией, чтобы устроить смену власти без крови. Уйти вовсе, оставить Афганистан на попечение Пакистана и Ирана. Но Брежнев выбрал во