Елена смотрела на пустое парковочное место, и ощущение было таким, словно она проглотила ледяной кубик целиком. Неприятный холод в желудке, но голова работала на удивление ясно. «Ниссан» исчез. Вместе с ним исчез и Вадим — «муж на час», мастер на все руки, человек с обаятельной улыбкой и, как выяснилось, совестью размером с инфузорию-туфельку.
Всё начиналось до банальности прозаично. В квартире подтекал кран, скрипела дверь, а в машине барахлил замок бардачка. Вадим, найденный по объявлению «Золотые руки», справился с краном виртуозно. Когда речь зашла о машине, Елена, подкупив себя мыслью об экономии времени, сама отдала ему ключи. «Я гляну на парковке, Леночка, там делов на пять минут, инструмент в моей машине возьму».
Прошло три часа. Телефон Вадима вещал механическим голосом, что абонент вне зоны доступа.
Елена не стала сползать по стене или заламывать руки — это удел героинь дешевых мелодрам. Она сделала то, что делает современная женщина в ярости: открыла приложение геолокации. Маячок сигнализации, который она установила месяц назад (и о котором Вадим, к счастью, не знал), весело подмигивал зеленой точкой.
Ее «ласточка» находилась не во дворе. И даже не в соседнем квартале. Она стояла на окраине города, возле строительного рынка «Уютный Дом».
— Ну что ж, «муженек», — процедила Елена, вызывая такси. — Готовься к разводу.
Пока такси пробивалось через пробки, Елена набрала номер Юлии. Юля была не просто подругой, она была адвокатом той самой закалки, о которую ломаются зубы прокуроров. Ее голос в трубке звучал так, будто она уже знала, что кто-то совершил ошибку всей своей жизни.
— Дай угадаю, — вместо приветствия произнесла Юлия — Твой ремонтник?
— Угнал машину. Я еду к нему. Он на строительном рынке.
— Не угнал, а совершил неправомерное завладение без цели хищения. Но зная таких типов, он скажет, что ты сама разрешила «протестировать подвеску». Лена, слушай внимательно: ничего не предпринимай сама. Я буду через двадцать минут. Скинь геолокацию.
Такси высадило Елену у ворот рынка. Среди гор досок, рулонов рубероида и мешков с цементом ее вишневый «Ниссан» выглядел как аристократ, которого заставили копать картошку.
Зрелище было душераздирающим. Задняя дверь была распахнута. Вадим, в грязной спецовке, старательно запихивал в салон длинные пластиковые панели. На крыше, прямо на лакокрасочном покрытии, без всякого багажника, лежали, примотанные скотчем, деревянные брусья.
Елена подошла тихо. Вадим насвистывал какую-то попсу.
— Вместительный багажник, правда? — громко спросила она.
Вадим подпрыгнул, ударившись головой о дверной проем. Панель в его руках хрустнула. Он обернулся, и на его лице на секунду мелькнула паника, которую тут же сменила наглая, приклеенная улыбка.
— Леночка! А я как раз хотел звонить. Тут такое дело... замок я починил, но решил проверить, не гремит ли на ходу. А тут, понимаешь, другу помочь надо было срочно...
Елена обошла машину. На заднем бампере красовалась свежая, глубокая царапина. Лючок бензобака был открыт. Датчик на приборной панели, который было видно через стекло, лежал на нуле. Он не просто катался, он выжег весь бензин, который она залила вчера.
— Выгружай, — ледяным тоном сказала Елена. — И отдай ключи.
— Да ладно тебе, хозяйка, не кипятись! — Вадим перешел в наступление, захлопнув дверь. — Я, между прочим, твою машину продиагностировал. С тебя еще пять тысяч за диагностику ходовой. А бензин... ну так расходники!
И тут случилось то, чего Елена никак не ожидала.
Вместо того чтобы извиниться или убежать, Вадим достал телефон и нажал кнопку. Через минуту к ним подъехал эвакуатор, который, судя по всему, стоял за углом и ждал отмашки.
— Грузи, Михалыч! — скомандовал Вадим водителю эвакуатора. — Клиентка неплатежеспособная, машина идет в залог до оплаты выполненных работ.
— Что?! — Елена задохнулась от возмущения. — Какой залог? Это моя машина!
Вадим вытащил из кармана мятый листок.
— А вот тут, Леночка, в акте приема-передачи, который ты подмахнула вместе со сметой на кран, есть пунктик мелким шрифтом. «Исполнитель имеет право удерживать имущество заказчика при неоплате услуг».
Елена вспомнила. Она действительно что-то подписала, не глядя, пока он болтал о погоде. Русская народная поговорка гласит: «Простота хуже воровства». И сейчас Елена чувствовала себя воплощением этой простоты.
Водитель эвакуатора, хмурый мужик, уже начал цеплять тросы. Ситуация стремительно превращалась в абсурд. Вадим ухмылялся, чувствуя свою безнаказанность. Он явно проворачивал такое не впервые: запугать женщину, забрать машину якобы в «залог», а потом вымогать деньги за возврат.
— Стоять! — этот голос мог остановить локомотив.
К ним приближалась Юлия. На ней был безупречный бежевый тренч, а в руках — тонкая папка. Она не бежала, она шествовала.
— Юлия Александровна, адвокат, — представилась она, даже не глядя на Вадима. Она подошла сразу к водителю эвакуатора. — Уважаемый, вы сейчас становитесь соучастником преступления, предусмотренного статьей 159 Уголовного кодекса — мошенничество, совершенное группой лиц. А также 330-й — самоуправство. Вы уверены, что хотите потерять лицензию и технику ради этого гражданина?
Водитель замер с крюком в руке. Он перевел взгляд с уверенной женщины на суетливого Вадима.
— Он сказал, машина его жены, они разводятся... — пробурчал водитель.
— Ложь номер один, — констатировала Юлия. Она повернулась к Вадиму. Тот попытался сохранить лицо.
— У меня договор! Она подписала!
Юлия Александровна выхватила бумажку из его рук двумя пальцами, словно это была использованная салфетка.
— Договор? — она пробежала глазами текст. — Оказание бытовых услуг. Пункт об удержании транспортного средства ничтожен, так как противоречит Гражданскому кодексу. Машина не является предметом ремонта по этому договору. Вы чинили кран, гражданин. Удерживать вы можете разве что прокладку от смесителя.
Вадим начал краснеть.
— Я... я поменял ей замок в бардачке!
— Отлично. Верните замок. Машину оставьте.
Вадим понял, что юридически его прижали.
Он резко запрыгнул в машину Елены (ключи-то у него!), заблокировал двери изнутри и завел двигатель.
— Ничего вы не докажете! — заорал он через приоткрытое стекло. — Я сейчас уеду, и ищите ветра в поле! Скажу, что вы мне ее подарили!
Он нажал на газ. Двигатель взревел. Машина дернулась... и заглохла.
Вадим снова повернул ключ. Стартер натужно зажужжал, но мотор молчал.
Он попробовал еще раз. Тишина.
Елена в ужасе смотрела на капот.
— Он сломал ее...
Юлия Александровна вдруг улыбнулась. Это была улыбка хищника, загнавшего добычу в угол.
— Не он, Лена. Смотри внимательнее.
Вадим в панике колотил по рулю. Он не мог понять, что происходит.
К машине медленно, по-хозяйски подошел тот самый водитель эвакуатора, которого Вадим считал своим подельником (или просто наемной силой). Мужик постучал монтировкой в стекло водительской двери.
— Слышь, командир, — лениво произнес водитель. — Вылезай. Приехали.
— В чем дело? — визжал Вадим. — Почему она не едет?!
— Потому что я, пока вы тут отношения выясняли, «башмак» тебе под колесо сунул и клемму с аккумулятора скинул. Я, брат, может и простой водила, но в тюрьму из-за твоих афер не хочу. Дамочка-юрист дело говорит.
Это был тот самый неординарный финал. Помощь пришла не от закона, не от полиции, а от простого мужика, который в мгновение ока оценил ситуацию и выбрал правильную сторону.
Вадим сидел в запертой машине, как в аквариуме. Ехать он не мог. Выйти боялся — снаружи стояли мрачный водитель с монтировкой и Юлия Александровна с телефоном, на который она уже снимала его лицо крупным планом.
— Вызывай наряд, Лена, — спокойно сказала Юлия. — Теперь у нас полный набор: попытка угона на глазах свидетелей, незаконное удержание имущества и, судя по запаху из салона, порча этого самого имущества строительным мусором.
Елена набрала 112. Страх прошел. Осталась только брезгливость и огромное облегчение.
Через час Вадим давал показания в патрульной машине, жалко шмыгая носом и рассказывая сказки про «тяжелое детство». Оказалось, он уже находился в розыске за аналогичные фокусы в соседнем районе. Эвакуаторщик, которого звали просто Сергей, дал исчерпывающие показания и даже помог Елене выгрузить доски и пластик из салона.
— Спасибо вам, Сергей, — искренне сказала Елена, когда формальности были улажены.
— Да ладно, — махнул он рукой. — У меня у самого дочка вашего возраста. Если бы какой-то упырь ее машину взял... В общем, удачи. И это... замки смените. И дома, и в машине.
Юлия Александровна, подписывая протокол в качестве представителя потерпевшей, подмигнула Елене:
— Ну что, подруга? С тебя ужин. И обещай мне одну вещь: в следующий раз, когда захочешь «мужа на час», сначала требуй паспорт, справку о несудимости и залог в размере стоимости твоего авто.
— Обещаю, — рассмеялась Елена, садясь в свой многострадальный, исцарапанный, но возвращенный «Ниссан». — Или просто позвоню тебе.
Машина завелась с пол-оборота, словно радуясь, что чужие руки больше не касаются руля. Елена посмотрела в зеркало заднего вида: полицейская машина увозила «мастера», а Юлия Александровна садилась в свой автомобиль, победно помахав папкой. Справедливость восторжествовала, пусть и с небольшими царапинами на бампере.