Коробка выскользнула из рук и грохнулась на пол в прихожей. Ольга едва успела отдёрнуть ногу.
— С праздником, дорогая! Теперь тебе гораздо легче будет убираться, — Дмитрий похлопал ладонью по красному логотипу на картоне и зевнул.
Из кухни тянуло жареным тестом с творогом. Ольга стояла у плиты с семи утра, пока муж спал. Семилетняя Варя сидела за столом и выводила красным фломастером кривую восьмёрку — колпачок у фломастера был погрызен, краска подсохла. Мартовское солнце било через тюлевую занавеску прямо в глаза.
Восьмое марта всегда было для Ольги обычным рабочим днём. Просто раз в год к нему прилагался тюльпан в целлофане. Робот-пылесос за тридцать две тысячи стал чем-то новым.
— Спасибо, Дим. Очень нужная вещь.
Она отвернулась к раковине и включила воду. У них дома стоял отличный мощный пылесос, справлялся с любым мусором. Новый блестящий блин на колёсиках выглядел издёвкой.
На прошлой неделе Дмитрий жаловался на урезанную премию. Они отложили покупку весенних ботинок для Вари — решили, что ребёнок походит в старых кроссовках. А тут тридцать две тысячи. Ольга сама видела эту модель в магазине возле метро.
Счёт у них был общий. Но по факту её зарплата уходила на еду, коммуналку и детские кружки. Зарплата мужа считалась фондом на крупные нужды. Только эти нужды всегда определял сам Дмитрий.
— Пап, а мы к бабушке Тамаре поедем на машине? — спросила Варя, не отрываясь от рисунка.
— Поедем с ветерком, стрекоза.
Дмитрий налил себе полную кружку чая и ушёл в комнату. Ольге предстояло вымыть плиту, погладить вещи, собрать ребёнка и придумать, что надеть самой.
Тамара Сергеевна суетилась вокруг раскладного стола. В центре стояла хрустальная салатница с оливье — её доставали только по праздникам. Рядом селёдка под шубой и торт «Птичье молоко» из кулинарии за углом. Гости рассаживались с шумом, звенели вилками.
Дмитрий встал и торжественно протянул матери плоский пакет.
— Мамочка, с праздником. Это тебе от нас.
Тамара Сергеевна ахнула. Шёлковый платок с ручной росписью. Вещь дорогая, статусная. Потом Дмитрий повернулся к жене друга Игоря — Марине — и вручил ей элегантный свёрток.
— Марин, это вам с Игорем от нашей семьи. Парфюм, как ты любишь.
Ольга сидела с прямой спиной. Ей достался бытовой прибор для уборки полов. Свекрови — роскошный шёлк. Жене друга — хорошие духи.
— А маме папа пылесос купил, — громко сообщила Варя, болтая ногами под стулом. — Чтобы мама быстрее убиралась.
За столом повисла тишина.
— Пап, а почему ты маме пылесос подарил, а той тёте браслетик? — Варя смотрела прямо на отца. — Мама что, некрасивая?
Рот Дмитрия открылся. Он дёрнул кадыком и заморгал.
Ольга замерла. Какой тёте. Какой браслетик.
— Какой ещё браслетик, выдумщица, — Дмитрий хохотнул, но шея и лоб пошли красными пятнами. — Тебе показалось.
— Ну тот, в машине лежал. В белой коробочке с бантиком. Ты сам сказал — для тёти с работы.
Тамара Сергеевна мгновенно пришла на помощь.
— Варюша, ты путаешь. Пылесос знаешь какой дорогой? Значит, папа маму больше любит. Техника в доме всегда пригодится.
Гости натянуто рассмеялись. Игорь похлопал Дмитрия по плечу. Ольга взяла вилку и принялась ковырять салат. Горошины катались по дну тарелки. Руки мелко дрожали.
Обратно ехали молча. Дмитрий врубил радио на полную громкость. Варя уснула на заднем сиденье.
Через неделю Ольга сидела за ноутбуком мужа. Дмитрий уехал в автосервис менять масло. Надо было оплатить коммуналку, а телефон сел.
Ольга открыла браузер. В строке поиска висела реклама ювелирки. Она машинально глянула на открытую вкладку с историей покупок.
Заказ номер 842. Оплачен картой мужа. Браслет Pandora. Двадцать восемь тысяч рублей. Адрес доставки — бизнес-центр, где офис Дмитрия. В комментарии курьеру: «Получатель — Кристина».
Пальцы похолодели.
Ольга свернула окно и открыла мессенджер. Дмитрий никогда не ставил пароли — считал себя хитрым. Переписка с коллегой Кристиной не пестрела откровенными фото. Но там были красные сердечки. Пожелания доброго утра и спокойной ночи.
«Скучаю по нашим обедам», — писала Кристина во вторник.
«Скоро увидимся, малыш. Забронировал наш столик», — отвечал Дмитрий.
Ольга закрыла крышку ноутбука.
Квартира, где они жили, принадлежала ей ещё до брака. Дмитрий пришёл сюда десять лет назад с одним спортивным чемоданом. Все эти годы они копили на расширение, отказывая себе в поездках.
Вечером муж вернулся в отличном настроении. Ольга ждала на кухне. На столе лежал распечатанный лист.
— Дима, нам надо поговорить.
Он снял куртку, прошёл к столу, налил воды. Взгляд упал на бумагу. Лицо окаменело.
— Что это за Кристина. И почему ты покупаешь ей браслеты за двадцать восемь тысяч с нашего счёта.
Дмитрий провёл рукой по волосам.
— Ты параноик, Оля. Это подарок от отдела. У Кристины юбилей был. Мы скидывались, я просто со своей карты оплатил, мне потом наличкой вернули.
— Скидывались всем отделом с твоей личной кредитки? А сердечки в переписке тоже от всего отдела? И столик на обед для всего коллектива бронировал?
— Ты в мой телефон лезешь?! — рявкнул Дмитрий. — Заняться нечем? Я для семьи стараюсь, спину гну. Жена должна радоваться технике, а ты мозг выносишь. Я в этот дом столько вложил!
Ольга усмехнулась.
— Твой дом? Ремонт кто делал? Рустам за тридцатку, а ты с кефиром стоял и смотрел, как он плитку кладёт.
Дмитрий махнул рукой и ушёл в комнату, хлопнув дверью.
На следующий день позвонила Тамара Сергеевна. Голос мягкий, но твёрдый.
— Олечка, не выдумывай проблему. Дима мне всё рассказал. Подумаешь, цацка какая-то коллеге. Не разрушай семью из-за ерунды. Кому ты нужна будешь с ребёнком в твоём возрасте? Держись за мужа — работящий, не пьёт, не бьёт.
Ольга не стала бить посуду. Утром отвела Варю на занятия и поехала в юридическую консультацию.
Седой юрист в мятом пиджаке изучил документы.
— Квартира ваша, добрачная. Делить нечего. Машина куплена в браке, но автокредит погашаете вы со своей зарплатной карты — это докажем выписками.
— Алименты?
— Рассчитаем. Сделаем быстро.
После юриста Ольга заехала к свекрови. Тамара Сергеевна открыла дверь в халате, поджала губы.
— Пришла жаловаться на сына?
— Нет. Пришла показать.
Ольга достала планшет и открыла скриншоты переписки. Свекровь надела очки, вгляделась.
— «Малыш, я забронировал столик в центре»... — прочитала она вслух и осеклась.
Ольга перелистнула на банковскую выписку.
— Тридцать тысяч на рестораны за два месяца. Двадцать восемь на браслет. А внучке на весенние ботинки денег нет — папа сказал экономить.
Тамара Сергеевна тяжело опустилась на пуфик в коридоре. Впервые за десять лет она промолчала.
Через месяц свекровь позвала всех на воскресный ужин.
Дмитрий приехал с работы весёлый, румяный. Вёл себя как ни в чём не бывало. Улыбался матери, накладывал мясо.
Ольга дождалась, пока все закончат с горячим. Достала из сумки пластиковую папку и положила на скатерть.
— Дима, я подала на развод.
Тишина. Вилка выпала из рук Игоря и звякнула о тарелку. Дмитрий побледнел.
— Оля, ты из ума выжила. Какие разводы, что ты несёшь при всех?
Ольга открыла папку. Чек за браслет. Скриншоты переписки.
— Квартира моя по закону. Алименты юрист рассчитал, документы направлены. Вещи собраны в два чемодана, стоят в коридоре. Ключи оставишь на тумбочке сегодня вечером.
Дмитрий посмотрел на мать.
— Мам, скажи ей. Она разрушает семью из-за ерунды. Это просто общение, никакого романа не было.
Тамара Сергеевна вздохнула. Отодвинула тарелку.
— Дима, я тебя не для этого растила. Собирай вещи и иди куда хочешь. Хоть к Кристине, хоть на вокзал.
Лицо Дмитрия пошло пятнами. Он швырнул салфетку на стол, отодвинул стул и выбежал, хлопнув дверью.
Родственники молча проводили его взглядами.
Три месяца спустя.
Ольга сидела в плетёном кресле на террасе кафе. Море шумело в пятидесяти метрах. Варя ковырялась лопаткой в песке.
Деньги, которые раньше уходили на деловые обеды мужа и подарки коллегам, отлично легли в бюджет летнего отпуска.
На столике завибрировал телефон. На экране — имя бывшего мужа.
Ольга нажала на ответ и включила громкую связь.
— Оля, нам надо поговорить, — голос Дмитрия сбивался. — Кристина оказалась не тем человеком. Ей только деньги нужны были. Я ошибся. Давай начнём сначала. Ради ребёнка. Я всё понял.
Варя подбежала к столу, стряхивая песок с колен.
— Кто там, мам?
— Папа звонит.
Девочка потянулась к телефону.
— Папа, мама занята. Ей мороженое принесли.
Загорелый официант поставил перед Ольгой креманку с тремя шариками фисташкового пломбира.
Ольга не стала ничего объяснять. Просто нажала на красный кружок сброса.
Лучший подарок на восьмое марта она сделала себе сама.