Город не спит; он лишь изменяет ритм, как дыхание гиганта под стеклянным одеялом. Когда закат растворяется в зеркальных фасадах, вспыхивают лампы, фонари, вывески, и улицы становятся артериями, по которым течёт электрическая кровь. Я иду среди огней, словно в аквариуме, где вместо воды — звук, движение, ожидание. Каждый миг здесь уже прошлое, потому что такси, люди, трамваи проносятся, как кадры непроявленной плёнки; стоит моргнуть — и картина иная. Мне кажется, город разговаривает со мной языком сигналов светофора: красный — вспомни, жёлтый — мечтай, зелёный — живи. Под мостами гудит метро, будто подземный хор толкает воздух вверх, чтобы ночные облака колыхались от басов. Я смотрю на окна небоскрёбов и вижу тысячекратное отражение собственных желаний: где-то там, за стёклами, пишутся письма любви, подводятся итоги, рождаются планы побега к морю. Но стою я здесь, в сердцевине шумного существа, и понимаю: отказаться от этого грохота означало бы выключить личный пульс. Светофоры мерцают,