Проклятый старый дом
Каренза, до недавнего времени судебный психиатр, ныне частнопрактикующий терапевт на этапе набора клиентской базы, получает от бывшего мужа (многие расстаются цивилизованно) наводку - потерявшим мать детям нужна помощь в переживании травмы. Молодая женщина Натали Тьяк трагически погибла, осиротив девочку десяти и мальчика семи лет. Тьяки из Балду-хауса: землевладельцы, тысячелетняя родословная, старые деньги. Что обнадеживает - ипотека после вложения своей доли семейного дома в покупку этой квартиры у Карензы небольшая, но платить надо регулярно.
Балду-хаус, больше похожий на средневековый замок, внушает странное чувство, смесь тревоги с ощущением, что она уже здесь бывала. На деле, времена когда Тьяки были местными королями, владельцами рудников, где ее прабабушка работала - эти времена давно в прошлом, шахты выработаны, а главный источник доходов, ресторан морепродуктов, которым управляет вдовец Малкольм. Говорит, что понимает, это не лучшее место, чтобы растить детей, но оставаться здесь их долг, да и не продашь старый дом. Приятный мужчина, но за годы прежней работы Каренза повидала психопатов и убийц, производивших вполне себе впечатление, и его очарованию поддаваться не намерена.
Красивые дети: саркастичная, чуть высокомерная Грейс и хорошенький как ангелочек, веснушчатый Соломон - не кажется, что с ними будет легко, но никто того и не ждет. Она найдет общий язык, вытащит наружу их глубинные страхи, научит как зализать душевную рану, вот только... Только что не в порядке с этим домом! Давящее чувство беспокойства перерастает в тревожность, страх, ужас на грани паники. И что не так с зеркалом, оставшимся от матери, которого дети боятся, но не расстаются с ним? Старинная безделушка в серебряной оправе, из тех, что задорого продаются на аукционах, откуда оно у приютской сироты, которой была Натали до встречи с Малкольмом?
С.К. Тремейн создает саспенс такого уровня напряженности, что когда ко мне, слушавшей книгу в наушниках, подошла дочь спросить, не нужно ли что из магазина, я подпрыгнула и вскрикнула. Просто, чтобы было понятнее в какую атмосферу мрачных тайн и смутной угрозы предстоит погрузиться с книгой. И одновременно это история, где паранормальное не подвешено в воздухе, с принятым в современной литературе "Есть, друг Горацио", когда читателю предлагается выбирать между принятием на веру, что впрямь было что-то такое и вариантом ненадежного рассказчика (сумасшествие с галлюцинациями, воздействие препаратов, ему/ей приснилось).
В романе сверхъестественное получает научное (хотя скорее псевдонаучное) объяснение по типу принятых в ранней готике"Замка Отранто" и "Консуэло", где женщина в белом бесшумно скользила по каменным плитам потому, что к подошвам ее башмачков были привязаны половинки фетровой шляпки - и сегодня такая определенность, без психоделической мути, воспринимается островком стабильности в потерявшем устойчивость мире. Однако классика готического романа не единственное, что вы вспомните.
"Призраки воды" подмигнут искушенному читателю отсылками к "Трактиру "Ямайка" с "Ребеккой" Дюморье, и "Повороту винта" Генри Джеймса. А всем без исключения подарят историю, от которой не оторваться.