Когда мы говорим о русской классике, то невольно делим героев на мужчин и женщин. Так, нас учили в школе: сначала мужские образы в «Тихом Доне», потом женские. Отдельно — тургеневские девушки, отдельно — героини Толстого и Достоевского.
Моя учительница как-то сказала фразу, которую я запомнила на всю жизнь: «Не каждый писатель-мужчина способен писать за женщину. И не каждая писательница — за мужчину». Тогда я просто кивнула, а позже поняла, насколько она была права.
Перечитывая классику уже взрослой, я заметила: женские персонажи запоминаются ярче. Острее. Больнее. Маша из «Капитанской дочки», Бэла из «Героя нашего времени», Наташа Ростова, Соня Мармеладова, Анна Каренина, Катерина из «Грозы» — они стали частью нашей культуры. И дело не просто в классике. Наши писатели создали женские образы, которые оказались сильнее времени.
В этом цикле статей я предлагаю вспомнить главных героинь русской литературы. Поговорить о том, как они устроены, что в них особенного и почему спустя сто, а то и двести лет мы всё ещё говорим о них.
И начнём с той, которую Пушкин назвал «милый идеал», а школьные учителя ставили в пример. С Татьяны Лариной.
«Евгений Онегин» — одно из культовых произведений русской классической литературы. Здесь и «энциклопедия русской жизни», по мнению Белинского, и перевод Бунина с таким комментарием, что в разы длиннее самого перевода.
Роман в стихах, написанный Александром Сергеевичем, явно текст только для русских: пояснять его будет тяжело тем, кто в истории России и менталитете едва что-то понимает. И каждый персонаж в этом романе особенный. Но Татьяна Ларина — личность, сама по себе, исключительная.
Давайте разберемся в том, чего же в ней такого исключительного?
Татьяна первая признается в чувствах.
Да, прочитав множество романов XIX века, мышление Татьяны и правда могло отличаться от мышления прочих девушек того времени.
«Ей рано нравились романы; они ей заменяли всё; она влюблялася в обманы и Ричардсона и Руссо…»
Но, даже при этом, признаваться первой — это не просто нарушение правил приличия, а нарушение всех канонов. И этот шаг «против всех» героиня совершает исключительно из искренних побуждений. Даже спустя время такой ее поступок может вызвать восхищение — она не ждет признания, а сама же сообщает о своих чувствах. В манере письма, свойственной тому времени.
Развитие Татьяны Лариной и ее отличия как в начале романа в стихах, так и в конце.
Вы, наверное, еще помните строки, в которых читатель только знакомится с Татьяной:
«Итак, она звалась Татьяной.
Ни красотой сестры своей,
Ни свежестью ее румяной
Не привлекла б она очей.
Дика, печальна, молчалива,
Как лань лесная боязлива,
Она в семье своей родной
Казалась девочкой чужой».
Татьяну вовсе не привлекает светское общество, она даже в своей семье — особенно на фоне такой «идеальной» Ольги — кажется совершенно чужой, какой-то неправильной и явно «не такой».
Но этим Татьяна цепляет каждого читателя. И эта черта «быть не такой, как остальные» сохраняется в ней даже спустя годы.
«…Как изменилася Татьяна!
Как твердо в роль свою вошла!…
Кто б смел искать девчонки нежной
В сей величавой, в сей небрежной
Законодательнице зал?…»
В финале Татьяна произносит главные слова:
«Я вас люблю (к чему лукавить?), но я другому отдана и буду век ему верна».
В школе эту фразу многие не понимают, кажется, что она жертвует любовью ради долга.
Но позже понимаешь. Татьяна делает выбор не в пользу долга, собой она вовсе не жертвует. Наоборот, девушка выбирает себя: свою честь, слово, историю.
Она не поддается чувствам так, как делала это в восемнадцать лет. Потому что теперь, уже в более взрослом возрасте, понимает одну простую истину: счастье с Онегиным — это всего лишь иллюзия.
Онегин уже опоздал. И Татьяна достаточно взрослая, чтобы это признать.
И Татьяна похожа на многих. Может, кто-то в ней даже узнает себя? Вспомните, кто из нас не писал признания в любви? Кто из нас не смотрел на этих «загадочных» парней в юности, которые представлялись чуть ли не героями «Джейн Эйр» и «Грозового перевала»?
И в Татьяне нет фальши.
Пушкин не делает её идеальной куклой. Она живая: стеснительная, молчаливая, немного дикая.
Помните Ольгу? Ее обычно не так хорошо запоминают, потому что младшая сестра Татьяны — та самая кукла, в которой от живого только имя. А вот Татьяна — ее противоположность.
Эта ее любовь к романам, вера в гадания и сны, разговоры с няней, смущение на именинах — в этом Татьяна по-особенному прекрасна и красива.
Татьяна Ларина остаётся с нами не потому, что она идеальная. А потому что она настоящая. В ней нет фальши, нет притворства. Она ошибается, страдает, верит, надеется — и, в конце концов, делает самый трудный выбор: выбирает себя.
Спустя двести лет мы всё ещё спорим о ней. Правильно ли поступила? Могла ли быть счастливой с Онегиным? А может, её счастье — именно в том, чтобы сохранить своё достоинство?
Ответ у каждого свой. И в этом тоже магия Татьяны: она даёт нам право думать, чувствовать, сомневаться.
А теперь вопрос к вам
Кто из нас в юности не писал писем, о которых потом жалел? Кто не ждал «того самого» и не разочаровывался? Кто не учился держать лицо, когда внутри всё кипит?
Может быть, именно поэтому Татьяна нам так близка? Делитесь в комментариях: узнаёте ли вы себя в ней? Или, может, ваша героиня — совсем другая?
А в следующей статье мы поговорим о той, кого называют «лучом света в тёмном царстве». О Катерине из «Грозы». Не переключайтесь 🌿