Параллельные реальности
В юности я увлекалась поэзией.
Особенно меня захватывали стихи Марины Цветаевой.
Глубокие. Огненные. Ранящие.
Тогда они казались красивыми, трагичными, не совсем понятными.
Сейчас, при написании этой статьи, одно ворвалось в мою память и я хочу вставить его почти полностью, как манифест переживаний каждой любившей и покинутой женщины:
Вчера ещё в глаза глядел,
А нынче - всё косится в сторону!
Вчера еще до птиц сидел, -
Всё жаворонки нынче - вороны!
Я глупая, а ты умен,
Живой, а я остолбенелая.
О, вопль женщин всех времен:
"Мой милый, что тебе я сделала?!"
.....
Увозят милых корабли,
Уводит их дорога белая…
И стон стоит вдоль всей земли:
"Мой милый, что тебе я сделала?"
Вчера еще - в ногах лежал!
Равнял с Китайскою державою!
Враз обе рученьки разжал, -
Жизнь выпала - копейкой ржавою!
Детоубийцей на суду
Стою - немилая, несмелая.
Я и в аду тебе скажу:
«Мой милый, что тебе я сделала?»
Спрошу я стул, спрошу кровать:
«За что, за что терплю и бедствую?»
«Отцеловал - колесовать:
Другую целовать», - ответствуют.
Жить приучил в самом огне,
Сам бросил - в степь заледенелую!
Вот что Ты, милый, сделал мне!
Мой милый, что тебе - Я сделала?
......
Самo - что дерево трясти! -
В срок яблоко спадает спелое…
За всё, за всё меня прости,
Мой милый, что тебе я сделала!
Этот вопрос - архетипический, вневременной.
Он звучит столетиями.
Потому что после расставания, после демонстрации нового "счастья", после сравнений - женщина остаётся не с теорией.
Она остаётся с вопросами.
Что я ему сделала?
За что он так со мной?
И этот вопрос не о морали.
Он о разрушении реальности.
Это экзистенциальный удар
Экзистенциальный - значит затрагивающий само ощущение реальности.
- Если я могла так ошибиться - могу ли я доверять своим чувствам?
- Если близость можно так обнулить - существует ли вообще безопасность?
- И существует ли любовь - если возможны такие метаморфозы?
- Что тогда вообще называется любовью?
- Если любовь не защищает - что тогда защищает?
Рушится не только связь.
Рушится фундамент «Я понимаю мир».
И именно поэтому боль такая тотальная.
Мир с её стороны
Я была рядом.
Я поддерживала.
Я верила.
Я видела глубину.
Я видела потенциал.
Я думала - если будет кризис, мы выдержим.
И вдруг:
он изменяет, уходит, сравнивает;
он обесценивает меня и нашу историю;
он делает интимность инструментом;
он бьёт по моей женственности.
И в этот момент внутри рождается ощущение:
Меня как будто не было.
Меня можно легко заменить.
Это аннигиляция.
И именно это женщины описывают чаще всего.
Мир с его стороны, в регрессе
Мне невыносимо ощущение провала.
Я не чувствую себя мужчиной.
Я не хочу быть тем, кто не справился.
Я выбираю, где легче.
Где меня хотят без требований.
Где не напоминают о слабости.
Где можно быстро восстановить ощущение силы.
Я не хочу чувствовать зависимость.
Я не хочу чувствовать долг.
Я не хочу чувствовать вину.
И если для этого нужно обесценить - я обесценю.
Если нужно сделать разрыв необратимым - я сделаю.
Почему это кажется бесчеловечным
Потому что женская психика часто устроена иначе.
Если мне больно - я не добиваю.
Если я ухожу - я не унижаю.
Если человек страдает - я не усиливаю его страдание.
Поэтому соединить «он любил» и «он методично причинял боль» почти невозможно.
Но чувство и поведение могут расходиться, если структура незрелая.
Он мог любить - в пределах своей способности.
И действовать - в пределах своей защиты.
Это не снимает боли.
Самый тяжёлый слой
Когда женщина говорит:
Я его поддерживала.
Я была рядом в трудные годы.
Я помогала ему расти.
Почему именно меня он унизил?
Потому что зависимость, не переработанная в зрелость, может превращаться в агрессию.
Память о собственной слабости рядом с женщиной может быть невыносимой.
И тогда обесценивание становится способом разорвать эту память.
Не благодарность. А разрыв через агрессию.
Самый страшный вопрос
В нём вообще есть человечность?
Если её нет - парность бессмысленна.
Правда сложнее.
Человечность может быть.
А зрелости может не быть.
Он может скучать. Может не быть равнодушным.
И при этом быть неспособным выдержать кризис.
Это не делает его демоном.
Но и не делает безопасным.
Точка развилки
Можно ожесточиться.
Можно решить, что все мужчины - предатели.
Что им нельзя доверять.
А можно признать: "Я способна на глубину.
Но не каждый способен выдержать её рядом со мной."
И тогда появляется другой внутренний фокус. Не поиск виноватого.
А вопрос к себе: "На что я опираюсь, когда выбираю?"
И здесь заканчивается архетип.
И начинается ответственность.
Любовь - не для слабых духом.
Как писал Дэвид Шнарх, близость требует зрелости.
Не каждая любовь выдерживает правду о структуре.
И не каждая структура выдерживает любовь.
Завтра - о том, как отличить роль от структуры.
И как видеть внутреннюю опору раньше, чем станет больно.