Мы с Ромой (тридцать два года) встречались четыре месяца. Познакомились в кофейне. Я сидела с ноутбуком. Работала над отчётом. Он подсел за соседний столик.
Разговорились случайно. Он попросил зарядку для телефона. Потом предложил угостить меня кофе в благодарность. Мы проболтали два часа.
Рома был обаятельным. Внимательно слушал. Шутил смешно. Говорил комплименты. Спросил номер телефона. Написал в тот же вечер.
Первое свидание было через три дня. Он пригласил в хороший ресторан. Оплатил счёт, не глядя. Проводил до дома. Не лез с намёками на что-то большее. Поцеловал в щёку на прощание.
Второе свидание — кино и прогулка по набережной. Третье — выставка. Он казался культурным. Образованным. Интересным.
Я влюблялась постепенно. Он писал каждый день. Звонил по вечерам. Говорили часами. О работе. О мечтах. О жизни. О том, какой хотим видеть семью.
Мне тридцать один год. До этого были отношения. Но несерьёзные. Мужчины попадались не те. Кто-то не готов к семье. Кто-то постоянно занимал деньги. Кто-то жил с мамой в тридцать пять.
А Рома казался другим. Взрослым. Самостоятельным. Который ищет отношения. Не приключений.
Он рассказывал про работу. Менеджер в строительной компании. Снимает однушку. Дорого. Хочет накопить на первоначальный взнос. Купить своё. Но пока откладывать не получается.
Я работаю аналитиком в банке. Стабильная зарплата. Сто двадцать тысяч на руки. Плюс квартальные премии. У меня своя двухкомнатная квартира. Родители помогли с первым взносом пять лет назад. Плачу ипотеку. Живу одна.
Через два месяца Рома предложил съехаться. Мы сидели у меня на кухне. Пили чай с тортом. Он обнял меня. Сказал серьёзно:
— Вик, я каждый вечер еду домой и думаю — зачем? Я же хочу быть с тобой. Просыпаться рядом. Засыпать вместе. Давай попробуем жить вместе? Проверим, подходим ли мы друг другу по-настоящему.
Я задумалась. Два месяца — немного. Но мы виделись почти каждый день. Я его узнала хорошо. Мне было комфортно. Спокойно. Хорошо рядом с ним.
— А как же твоя аренда? — спросила я практично.
— Откажусь от квартиры. Сэкономлю. А мы с тобой поймём, есть ли у нас будущее вместе.
Логика была железная. Я согласилась без долгих раздумий.
Решила, что так мы быстрее узнаем друг друга по-настоящему. Проверим совместимость в быту. Поймём, есть ли будущее. Я мечтала о семье. О детях. О настоящих отношениях. Не о съёмных квартирах и встречах по выходным.
Хотелось стабильности. Надёжности. Семьи. Рома казался именно тем человеком.
Рома переехал в субботу утром. Привёз две большие сумки вещей и рюкзак с ноутбуком. Не так много.
Первая неделя была идеальной. Даже сказочной. Мы обустраивали быт вместе. Он повесил дополнительные полки в ванной для моей косметики. Починил протекающий кран на кухне. Собрал новый стеллаж для книг.
Готовили ужины вместе. Я делала салат и гарнир. Он жарил мясо или рыбу. Сидели на кухне по вечерам допоздна. Разговаривали обо всём. Строили планы на будущее.
Рома был внимательным и заботливым. Приносил цветы по средам. Просто так. Без всякого повода. Запомнил с первого свидания, что я люблю нарциссы. Это трогало до слёз.
По выходным мы гуляли в парке. Ходили в кино на новые фильмы. Смотрели сериалы под пледом вечерами. Заказывали еду на дом. Было уютно. Тепло. Правильно.
Я уже представляла наше будущее. Свадьбу в красивом ресторане. Детей — мальчика и девочку. Семейные поездки на море каждое лето. Мне казалось, что я нашла того самого. С кем навсегда.
Но второй месяц начался с небольших перемен.
Рома стал меньше помогать по дому. Посуду после себя не мыл. Вещи разбрасывал по комнатам. Приходил с работы поздно и усталый. Падал на диван без сил. Говорил, что энергии совсем нет.
— На объекте жёсткий аврал, — объяснял он вяло. — Заказчик требует сдать раньше срока на два месяца. Выжат полностью как лимон.
Я верила каждому слову. Не придиралась. Не упрекала. Сама мыла за ним посуду. Готовила ужины. Убирала квартиру. Думала — временно. Пройдёт аврал на работе. Всё наладится обязательно.
По его словам, у него зарплата была небольшая. Всего сорок тысяч чистыми. Зато премии хорошие. Но их постоянно задерживали.
— Понимаешь, заказчик затягивает с оплатой работ, — объяснял он за ужином подробно. — А компания нам премию не платит, пока деньги от заказчика не придут. Такая кривая схема в строительстве. Терплю. Скоро должны рассчитаться по-крупному.
Я кивала понимающе. Верила безоговорочно. У меня стабильная работа в банке. Получаю каждое пятнадцатое число чётко. Проблем с деньгами никогда не знала. Подумала — у него действительно тяжелее. Надо поддержать любимого человека.
А потом начались просьбы. Мелкие сначала.
Всё началось с мелочей совсем. Рома забыл кошелёк дома. Мы сидели в ресторане вечером. Заказали стейки средней прожарки. Салаты. Десерты — тирамису и чизкейк.
Официант принёс счёт на кожаной папке. Три тысячи восемьсот рублей. Рома полез в задний карман джинсов. Лицо вдруг изменилось.
— Ой, я кошелёк на тумбочке оставил утром, — сказал он виноватым голосом. — Вик, выручишь? Завтра верну обязательно. Честное слово.
Я оплатила без раздумий. Не подумала даже усомниться. Что такого? Бывает у людей. Забыл кошелёк. Ерунда какая.
Назавтра вечером он не вспомнил про долг. Я напомнила мягко. Между делом. За ужином.
— А, да точно, — сказал он рассеянно, не поднимая глаз от телефона. — Слушай, у нас же общий бюджет теперь фактически. Какие могут быть долги между своими людьми? Мы же пара. Семья практически.
Я задумалась всерьёз. Живём вместе месяц с небольшим. Какой общий бюджет? Мы не обсуждали это никогда. Не договаривались про общие деньги и траты.
Но промолчала. Не хотела казаться мелочной. Скупой. Жадной. Три тысячи — не деньги вообще. Ладно. Забыли.
Через неделю пришла новая просьба. Рома вернулся с работы вечером. Сел напротив меня на кухне. Лицо виноватое до невозможности.
— Вик, у меня неловко вышло совсем, — начал он. — Премию задержали опять. Заказчик тянет с оплатой. А мне надо маме деньги на продукты скинуть срочно. Она просила пять тысяч. Зарплата у неё маленькая. Ты не могла бы помочь?
— Конечно помогу, — сказала я сразу.
Перевела пять тысяч на его карту тут же. Он обещал вернуть через три дня максимум. Когда премию наконец отдадут.
Не вернул. Я не напоминала специально. Неудобно как-то требовать. Матери же помогал человек. Святое дело. Нельзя быть такой меркантильной.
Прошла ещё неделя. Рома попросил на машину. Замена масла и фильтров. Срочно нужно. Иначе двигатель окончательно убьёт. Семь тысяч рублей.
Я дала без вопросов. Он поехал в автосервис утром в субботу. Вернулся через три часа довольный. Сказал, что всё поменяли. Машина теперь как новенькая. Работает тихо.
Потом был разбитый экран телефона. Упал на асфальт при выходе из маршрутки. Потом зимние ботинки. Старые развалились окончательно. Потом новый костюм для работы. Нужен для встреч с заказчиками.
Каждый раз звучала одна и та же песня. Премию задержали снова, зарплату уже всю потратил. Вернёт обязательно. Через неделю точно. Через две максимум. Когда деньги от заказчика придут в компанию.
Я вела учёт всех трат в специальном приложении на телефоне. По привычке. Я аналитик по образованию и складу ума. Люблю порядок в финансах. Регулярно смотрела на суммы. Подсчитывала расходы.
Я начала потихоньку беспокоиться. Но говорить напрямую не решалась долго. Думала — ну задерживают человеку премию. Отдаст всё разом.
А Рома продолжал методично брать. Пятнадцать тысяч на стоматолога. Сказал, что зуб сильно болит. Нужно срочно удалять. Иначе воспаление пойдёт.
Потом восемь тысяч на подарок маме. У неё день рождения скоро. Хочет купить достойный подарок. Приличный. Не стыдно будет.
Потом ещё семь тысяч на аптеку. Простыл на объекте. Нужны лекарства.
Потом двадцать тысяч на курсы повышение квалификации. Обязательные для всех менеджеров. Без них контракт не продлят.
— Без этих курсов меня просто не оставят в компании, — говорил он очень серьёзно. — Требование нового руководства. Все менеджеры обязаны пройти. Это инвестиция в будущее. В наше общее будущее, Вик. Пойми.
Наше общее будущее. Эти слова грели душу. Значит, он думает о нас долгосрочно. Планирует совместную жизнь. Вкладывается в карьеру. Чтобы больше зарабатывать потом. Для нашей будущей семьи.
Я дала двадцать тысяч без малейших сомнений.
Когда я набралась смелости наконец и попросила вернуть хотя бы половину, он обиделся. Сильно. Лицо стало каменным и жёстким.
— Ты серьёзно меня за нищего какого-то держишь? — голос дрожал от возмущения настоящего. — За какого-то… пользователя? Я просто временно без денег нахожусь. Задержки на работе. Не я же в этом виноват совершенно. Нормальные здоровые пары друг другу помогают всегда. А ты что делаешь? Считаешь каждую копейку. Прямо как бухгалтер занудный.
Мне стало ужасно стыдно. Неловко до невозможности. Может, я действительно мелочная? Несправедливая к нему? Он же любит меня по-настоящему. Просто трудности временные на работе. Пройдёт скоро. Отдаст всё до копейки.
Но параллельно я начала замечать странности в его поведении. Рома постоянно сидел в телефоне. Набирал длинные сообщения кому-то. Записывал голосовые сообщения.
Раньше я этого особо не замечала. Мне это казалось не важным. А теперь я увидела систему. Рома приходил с работы домой. Шёл сразу в спальню. Закрывал дверь плотно. Говорил там тихо минут по пять-десять.
Я спрашивала осторожно:
— С кем разговариваешь так долго?
— С клиентами по рабочим вопросам. Проблемы на объекте серьёзные. Приходится согласовывать изменения по вечерам даже.
Звучало вполне логично и правдоподобно. Но меня грызло сомнение. Почему каждый день? Почему обязательно за закрытой дверью?
Один раз я зашла на кухню. Рома стоял у окна спиной ко мне. Диктовал что-то в телефон сосредоточенно. Тихим голосом.
Услышал мои шаги сзади. Резко вздрогнул от неожиданности. Быстро выключил запись на ходу. Обернулся ко мне. Улыбнулся как-то натянуто.
— Ты напугала меня, — сказал он с лёгким смешком. — Я тут отчёт начальнику диктую. Голосовую заметку для себя. Потом перепишу в нормальное письмо.
— Понятно, — кивнула я.
Но меня кольнуло нехорошее подозрение. Отчёт начальнику каждый вечер? Зачем обязательно диктовать голосом? Почему не написать текстом сразу в мессенджере?
Я отмахнулась от мыслей. Подумала — параною на пустом месте. Ревную без причины. Он же просто работает много. Занят проектами. Устаёт сильно.
Но маленький червячок сомнения засел глубоко. Еле заметный. Но засел прочно.
Подруга Света пришла ко мне в гости в субботу днём. Мы дружим уже лет десять. Она знает меня как никто другой. Видит насквозь всегда.
Мы сидели на кухне за столом. Пили ароматный кофе с домашним чизкейком. Рома ушёл в зал смотреть футбол. Орал на команду громко. Лежал на диване.
Света смотрела на меня внимательно и изучающе. Прищурившись. Потом спросила тихо и серьёзно:
— Вик, а что он вообще делает целыми днями? Работает реально? Или только телевизор смотрит?
Я напряглась мгновенно.
— Конечно работает нормально, — ответила я с лёгким раздражением. — Менеджер в строительной крупной.
— Угу, понятно, — протянула Света скептически. — А деньги на жизнь даёт тебе? На продукты хотя бы? На коммунальные платежи? На квартиру?
— Ну… У него сейчас задержки с премией, а зарплата совсем маленькая, — сказала я уже оправдывающимся тоном. — В строительстве так часто бывает. Заказчик платежи тянет. Деньги в компанию не приходят. Ничего страшного, вернёт потом всё сразу.
Света медленно отложила ложечку на блюдце. Посмотрела мне прямо в глаза серьёзно.
— Месяц за месяцем задержки премии? — спросила она жёстко и прямо. — Вик, очнись уже наконец. В какой нормальной строительной компании так долго не платят людям? Это полный бред.
Меня это взбесило.
— Ты ничего не знаешь, — отрезала я резко. — Не понимаешь ситуацию изнутри. Он вкладывается серьёзно. Ждёт большой бонус по итогам. Нужно потерпеть ещё немного.
— Потерпеть немного? — Света усмехнулась горько. — Вик, послушай себя со стороны. Он живёт у тебя абсолютно бесплатно. Не платит ни одной копейки. Только берёт постоянно. Просит. Обещает вернуть. Это классический нахлебник. Обычный пользователь.
Я вспыхнула от обиды за Ромы.
— Он не нахлебник! Мы любим друг друга по-настоящему! Мы серьёзно настроены на будущее вместе! Он просто временно оказался в сложной финансовой ситуации!
— Ага, конечно, — кивнула Света устало. — Временно. И будет дальше временно продолжаться. Пока ты сама не вышвырнешь его наконец.
Она допила свой кофе до дна. Встала из-за стола. Обняла меня крепко.
— Я не буду настаивать сейчас, — сказала она мягко и тепло. — Ты взрослая девочка. Сама разберёшься. Но подумай хорошенько. Просто включи наконец голову. Посчитай спокойно, сколько он взял денег. Сколько реально вернул. И сделай правильные выводы.
Она ушла через десять минут.
Вечером я не могла уснуть. Лежала в темноте с открытыми глазами. Думала. Вспоминала точные слова Светы. Они больно ранили. Но в них была правда неприятная.
Я встала тихо с кровати. Открыла приложение с учётом всех финансов на телефоне. Посмотрела внимательно траты в категории «Рома». Подсчитала аккуратно на калькуляторе.
За время совместной жизни он взял у меня сто восемь тысяч рублей. Ни одной копейки не вернул обратно.
Сто восемь тысяч рублей. Огромная сумма. Я фактически содержала полностью взрослого здорового мужчину. Который ничего не вкладывал в нас. Только брал постоянно.
Меня трясло. От злости на себя. От обиды глубокой. От стыда за собственную слепоту идиотскую.
Я твёрдо решила поговорить утром. Серьёзно. По-взрослому. Без всяких отговорок.
В воскресенье утром я села напротив Ромы за кухонным столом. Он лениво листал ленту в телефоне. Пил кофе маленькими глотками.
— Рома, нам срочно надо поговорить о деньгах, — начала я твёрдым голосом.
Он медленно поднял глаза от экрана. Заметно насторожился.
— О чём именно?
— Ты взял у меня сто восемь тысяч рублей. Когда планируешь вернуть хотя бы часть?
Лицо его мгновенно изменилось. Стало жёстким и холодным.
— Ты реально ведёшь счёт нашим отношениям? — он резко отложил телефон на стол. — Вика, я думал, мы пара нормальная.
— Это абсолютно нормально — помнить о серьёзных долгах, — сказала я максимально твёрдо.
— Долги? — он усмехнулся презрительно. — Между мужчиной и женщиной, которые живут вместе, не бывает никаких долгов. Есть только взаимопомощь естественная. Я живу здесь, в твоей квартире. Помогаю тебе морально. Компанию составляю каждый день. Это тоже огромная ценность.
— Какую конкретно ценность ты имеешь в виду? — не выдержала я. — Ты не платишь за квартиру вообще. Не покупаешь продукты. Только просишь и просишь.
Рома резко встал со стула.
— Значит так, я тебе совершенно не нужен? Только одни деньги тебе важны? Меркантильная ты женщина, оказывается. Я крупно ошибся в тебе.
Он демонстративно ушёл в спальню. Громко хлопнул дверью. Вернулся только через два часа. Молчал весь остаток дня. Я чувствовала себя виноватой. Может, действительно я зря наехала на него?
В четверг вечером мы сидели на кухне. Ужинали. Рома листал телефон. Читал что-то. Смеялся иногда.
Потом встал резко.
— Забыл документы в машине. Сейчас, — буркнул он.
Схватил ключи. Вышел. Телефон оставил на столе. Я доедала салат. Телефон лежал рядом. Экран погас.
Меня давно грызло сомнение. Голосовые сообщения. Секретность. Постоянные просьбы денег. Я посмотрела на дверь. Ромы нет, и этот шанс надо использовать.
Я взяла его телефон. Провела пальцем по экрану. Разблокировала.
На экране было открыто приложение диктофона. Видимо, он слушал что-то перед ужином. Там была папка «Проект В».
Буква «В». Вика. Я. Сердце ёкнуло. Какой проект? Я взяла телефон.
Меня затрясло мелко по всему телу. Я быстро открыла эту папку дрожащими пальцами. Там обнаружилось двадцать три голосовых файла. Записи велись с самого первого дня нашего знакомства в кофейне.
Включила самую первую запись. Услышала голос Ромы. Спокойный. Деловой. Циничный до невозможности.
«Итак. Официально стартуем сегодня. Цель проекта — выкачать ровно триста тысяч за полгода максимум. Объект — Вика. Тридцать один год, банковский аналитик, зарплата стабильная около ста двадцати тысяч. Своя квартира в собственности. Одинокая. Отчаянно хочет семью нормальную. Идеальная цель».
Я замерла. Руки задрожали сильно. Я продолжала слушать дальше. Запись за записью методично.
«Успешно получил три тысячи за ужин в ресторане. Метод забытого кошелька работает безотказно».
«План работает отлично. Завтра попрошу ещё на зимние ботинки».
«Вика начала робко задавать вопросы про возврат денег. Пришлось включить обиженного мужика. Сказал про её меркантильность. Сработало идеально. Она сама извинилась потом».
Дальше шла запись от позавчера ровно.
«Итого на данный момент сто восемь тысяч рублей в кармане. До финальной цели осталось всего сто девяносто две тысячи. Времени в запасе ещё достаточно. Легко успею выкачать.
Кстати, подруга её, Света, вчера приходила в гости. Умная баба оказалась. Быстро почуяла подвох. Но Вика яростно меня защищала. Влюблена по самые уши. Даже смешно наблюдать».
Я слушала онемев. Не верила происходящему. Слёзы подступали к глазам.
Последняя запись была сегодня утром свежая.
«У нас возникла небольшая турбулентность вчера. Вика потребовала официально вернуть деньги. Устроила серьёзный разговор. Пришлось экстренно сыграть роль обиженного мужика.
Типа классика — ты меня за нищего держишь что ли. Сработало превосходно. Она уже чувствует сильную вину. Через пару дней спокойно попрошу ещё двадцать тысяч на врача. Жалость — самый мощный рычаг давления».
Он откровенно смеялся в самом конце записи. Довольный собой. Самодовольный подлец.
Я медленно села на пол кухни. Руки тряслись. Передо мной был не любимый мужчина. Я жила с опытным манипулятором.
Который меня совершенно не любил. Никогда. Который цинично использовал.
Я быстро прослушала ещё несколько разных записей подряд.
А потом прочитала сообщения. Узнала страшные подробности. Рома поспорил со своими друзьями в каком-то баре. Спор на крупную сумму — триста тысяч рублей наличными.
Что он легко «разведёт одинокую женщину на триста штук за полгода максимум». Не больше.
У него был расписан детальный план по неделям. С точными графиками. С примерными суммами на каждый этап. Тщательно отслеживал весь прогресс.
Я сидела на полу кухни. Читала эти страшные цифры на экране. Смотрела на бездушные цифры. Моя целая жизнь. Мои искренние чувства. Мои мечты о семье. Всё цинично превратилось в бизнес-план обычного мошенника.
Потом услышала звук открывающейся двери подъезда. Рома возвращался. Мне нужно действовать быстро.
Я села спокойно на диван в гостиной. Включила музыкальную колонку на максимум. Подключила свой телефон по блютузу быстро.
Рома вошел.
— Вик, а давай сегодня пиццу вкусную закажем? — весело предложил он.
На мои деньги, подлец.
— Садись сюда немедленно, — сказала я абсолютно спокойным голосом.
— Что случилось?
— Садись. Я хочу тебе кое-что интересное показать.
Он сел напротив меня на кресло. Беззаботно улыбался. Ничего не подозревал.
Я взяла его телефон и нажала кнопку воспроизведения диктофона. Зазвучал его собственный голос.
Рома буквально замер на месте. Лицо мгновенно побелело как мел. Улыбка исчезла. Глаза расширились от ужаса.
Запись методично продолжалась. Его циничные подробные комментарии. Конкретные планы.
Я молча смотрела прямо на него. Не отрывая взгляда. Он пытался что-то сказать.
Запись наконец закончилась. Я выключила диктофон.
— Вика, это совсем не… — слабо начал он.
— Заткнись немедленно, — жёстко перебила я. — Не смей говорить. Ни единого слова больше.
Я медленно встала с дивана. Подошла к входной двери. Открыла её настежь полностью.
— Выметайся отсюда. Прямо сейчас. Немедленно.
Рома резко вскочил с кресла. Руки затряслись мелко.
— Вика, подожди! Это совсем не то, что ты сейчас думаешь! Это была просто глупая шутка!
— Шутка? — я посмотрела на него с презрением. — Сто восемь тысяч моих рублей — это весёлая шутка? Месяцы постоянного вранья — это смешная шутка?
— Я верну всё обязательно! Каждую копейку! — он судорожно схватил мою руку. — Дай мне немного времени! Я просто оказался в сложной ситуации!
— Пошёл вон отсюда, — повторила я ледяным тоном. — У тебя ровно пять минут собрать вещи. Или выйдешь в чём стоишь сейчас.
Он отчаянно попытался обнять меня. Включить жалость. Классический приём.
— Вика, родная моя. Ну не делай так со мной. Я действительно люблю тебя. Правда люблю. Прости меня, пожалуйста.
Я резко оттолкнула его. С настоящей силой.
— Ты не любишь меня совершенно. Ты просто цинично использовал. Постоянно врал. Я не хочу видеть тебя больше никогда.
Рома быстро понял, что жалость абсолютно не работает. Резко сменил тактику. Разозлился по-настоящему.
— Ты вообще никто! Страшная замухрышка! Тебе крупно повезло, что я на тебя внимание обратил тогда!
— Вещи собирай. Три минуты осталось, — сказала я абсолютно ледяным тоном.
Он истерично метался по квартире. Громко орал. Бросал вещи в сумку. Угрожал.
Я спокойно стояла у открытой двери. Молчала. Смотрела на часы.
Он торопливо схватил набитую сумку. Подошёл вплотную ко мне. Ткнул пальцем прямо в лицо .
— Ничего ты не получишь обратно. Ни рубля! Докажи ещё, что я брал. Расписок нет. Свидетелей нет.
— Выйди немедленно, — спокойно повторила я в последний раз.
Он выскочил в коридор подъезда. Я молча закрыла дверь. Повернула ключ дважды.
Я медленно прислонилась спиной к двери. Глубоко выдохнула. Тишина. Наконец-то.
Месяц я приходила в себя. Анализировала. Красных флагов было много. Я не хотела видеть.
Сейчас я спокойна. Не жалею. Не плачу. Не скучаю.
А Света мне недавно скинула скриншот. Рома на сайте знакомств. Ищет женщину. Желательно с жильём. И стабильным доходом.
Я усмехнулась. Следующей повезёт меньше. Я хотя бы голосовые нашла.