Кен Кизи «Над кукушкиным гнездом»
Я долго откладывала эту книгу.
Честно – у меня было странное предчувствие, что после нее будет уже немножко не ок притворяться «нормальной».
Я читала «Над кукушкиным гнездом» не в том возрасте, когда обычно читают «про психушку».
Не подростком-бунтарем, а уже взрослой: с графиком, делами, проектами, списком обязанностей и огромным внутренним «надо быть адекватной».
И это был очень плохой момент для этой книги.
И одновременно – идеально точный.
Потому что там есть все, чего я больше всего боюсь в себе:
- быть слишком громкой
- быть слишком неудобной
- быть слишком живой
- и… быть за это наказанной
Палата как метафора жизни, не очень далекой от моей
Самое страшное для меня было не то, что они все в психиатрической клинике.
Самое страшное – как знакомо устроен порядок:
- нельзя слишком сильно радоваться
- нельзя злиться
- нельзя сомневаться в системе
- за любое «слишком» тебя мягко, вежливо подвинчивают обратно дозами таблеток, процедур, взглядов
И я читала и ловила себя на мысли:
а сколько в моей жизни людей, которые вот так же, «по-доброму», делают со мной то же самое?
И еще хуже:
а сколько раз я сама была такой «мягкой системой» для себя?
Мой внутренний МакМерфи и моя внутренняя Медсестра
Я, конечно, люблю думать, что я вся из себя бунтарка.
Такая: «никогда не стану как все, буду жить по-своему, не подчинюсь».
Но пока я читала, всплыло очень неприятное:
Во мне живут оба.
Тот, кто хочет вскочить на стол, кричать, ржать, творить хаос.
И тот, кто потом подходит к себе же в белом халате и говорит:
«Так. Успокойся. Люди на тебя смотрят. Не позорься.»
Я узнала в себе вот эту медсестру с холодным голосом –
которая регулирует громкость моей жизни:
- прикручивает, когда я слишком счастлива
- прикручивает, когда я слишком злюсь
- прикручивает, когда я слишком хочу
И именно это меня разнесло больше всего.
Не сцены жестокости.
А вот эта тихая, рациональная, «заботливая» жестокость к себе, замаскированная под благоразумие.
Момент, где меня замкнуло: кто тут вообще «больной»?
В какой-то момент чтения я поймала себя на том, что вообще перестала понимать, кто тут нормальный.
Те, кто кричит, боится, дрожит, не умеет жить в этом мире?
Или те, кто идеально вписался в систему, выполняет инструкции, улыбается и спокойно смотрит, как из людей потихоньку вынимают волю?
И стало страшно.
Потому что я очень хорошо знаю, как это – быть «удобной»:
- говорить «да, конечно», когда хочется «нет»
- благодарить за то, что тебя ограничивают «ради твоего блага»
- соглашаться на маленькую жизнь, потому что большая – страшная
И эта книга в какой-то момент просто поставила меня к стенке:
А ты-то сама кто?
Ты – тот, кто сбегает? Или тот, кто помогает всем смириться?
И честного ответа у меня не нашлось.
Мой личный санаторий внутри головы
Самое мерзкое открытие:
у меня в голове есть своя маленькая психбольница.
- есть палата, в которой я держу «некрасивые» эмоции
- есть режим приема «таблеток»: соцсети, сериалы, бесконечные задачи, чтобы не слышать себя
- есть внутренняя медсестра, которая топит все необычное словами:
«Перебор»
«Ты драматизируешь»
«Соберись, не истеричка»
И вот я читаю, как людям там выбивают из головы право быть собой,
и понимаю:
часть этой работы я давно делаю сама с собой – бесплатно, по привычке.
Бунт, который мне ужасно хочется, но страшно доводить до конца
В каждом столкновении с системой в книге есть момент, где я кричала внутри:
«Ну давай! Дожми! Не сдавайся!»
А затем ловила параллель:
сколько раз я в жизни останавливалась в шаге от своего бунта:
- почти ушла с работы, которая высасывает жизнь – но подумала «не время»
- почти сказала человеку правду – но сгладила, чтобы «не обидеть»
- почти выбрала себя – но решила, что это «эгоизм»
И «Пролетая…» очень злым, но честным светом подсветила:
я боюсь не только наказания.
Я боюсь собственной силы.
Потому что если я перестану быть удобной – мир вокруг начнет меняться,
а я к этому ни разу не готовилась.
Почему после этой книги сложно продолжать играть в «нормальность»
Когда я дочитала, у меня было чувство,
как будто кто-то аккуратно снял с меня маску,
положил рядом и сказал:
«Ну вот. Видишь? Ты умеешь быть другой.
Вопрос только в том, вернешь ты эту маску на место
или попробуешь пожить без нее».
Не скажу, что я после этого стала ходить и крушить системы.
Нет.
Но кое-что изменилось:
- Я стала замечать моменты, когда сама себя «успокаиваю» до состояния овоща
- Чуть реже соглашаюсь «ради мира»
- Чуть чаще признаюсь себе: мне больно, мне страшно, мне важно
И иногда это звучит внутри как очень тихий, но честный бунт:
«Я не вещь. Я живая. И мне можно».
«Над кукушкиным гнездом» для меня – не про психбольницу.
Это про мир, в котором быть тихой, удобной и послушной – поощряется,
а быть живой, громкой, чувствующей – опасно.
И про тот момент, когда ты понимаешь:
может быть, самое страшное –
не система снаружи,
а та ее копия, которую ты давно и аккуратно построила у себя внутри.
Пролетая над гнездом кукушки книга отзыв, Кен Кизи Пролетая над гнездом кукушки рецензия, смысл Пролетая над гнездом кукушки, психиатрическая больница как метафора общества, почему стоит читать Пролетая над гнездом кукушки, книги про систему и бунт, литература о безумии и нормальности, Над кукушкиным гнездом, Над кукушкиным гнездом краткое содержание