ГЛАВА 13. ТАЙНЫЕ ВСТРЕЧИ
Утро в школе было шумным, как всегда. Звонок на большую перемену выплеснул в коридоры сотни учеников, и привычный гул голосов смешался с топотом ног, хлопаньем дверей и звонкими криками. Малика и Заира стояли у окна в конце коридора, где было чуть тише, и Малика с аппетитом жевала булочку с повидлом, купленную в столовой.
— Заир, ты вчера куда пропала после уроков? — спросила Малика, прожевав. — Я тебя искала, хотела вместе в магазин зайти за тетрадками. Думала, может, ты уже ушла, а ты вроде говорила, что никуда не торопишься.
Заира на секунду замерла, но быстро взяла себя в руки. Внутри всё сжалось — она не любила врать подруге, но правду сказать не могла.
— А... — она отвела взгляд, делая вид, что поправляет рюкзак на плече. — Голова разболелась, домой пошла сразу. Давление, наверное, погода меняется. Ты не обижаешься?
— Нет, что ты, — Малика участливо посмотрела на неё. — Голова — это серьёзно. У меня мама тоже часто мучается, когда дождь. Прошло?
— Да, всё нормально, — Заира улыбнулась, но улыбка вышла натянутой. — Таблетку выпила, полежала — отпустило.
— А ты как сходила? — спросила Заира, чтобы перевести тему. — С Тамерланом?
Малика сразу засияла, и глаза её наполнились тем особенным светом, который появлялся у неё всегда при упоминании возлюбленного:
— Хорошо. Мы в парке гуляли. Он такой милый! Представляешь, купил мне мороженое, хотя уже холодно, и мы сидели на лавочке, ели и разговаривали. Он рассказывал про свой институт, куда поступать хочет. Говорит, на юриста хочет, чтобы людям помогать.
— Здорово, — механически ответила Заира, думая о своём.
Она врала. Вчера она не была дома с головной болью. Вчера она ждала Саида у подъезда. Сделала вид, что случайно вышла за хлебом, и они проговорили полчаса. Он рассказывал о тренировке, она слушала. А потом он сказал, что рад её видеть. Просто так сказал, но для неё эти слова значили всё.
— Ты какая-то рассеянная сегодня, — заметила Малика, внимательно вглядываясь в лицо подруги. — С тобой точно всё в порядке?
— Да-да, — Заира заставила себя улыбнуться шире. — Просто не выспалась. Мама поздно пришла, шумела на кухне, я проснулась и потом долго не могла уснуть.
— Бедная, — Малика сочувственно коснулась её руки. — Приходи сегодня к нам, мама пирог обещала испечь. С яблоками, такой, как ты любишь. Посидим, уроки поделаем, чай попьём.
Внутри у Заиры всё затрепетало. Прийти к ним — значит снова увидеть Саида. Но как сделать это так, чтобы Малика ничего не заподозрила?
— Если можно, приду, — сказала она как можно спокойнее. — Спасибо.
Вечером в квартире Патимат пахло яблочным пирогом — тёплым, сдобным, с корицей. Этот запах заполнял все углы, смешиваясь с ароматом чая и домашнего уюта. Заира сидела за столом на кухне, перед ней стояла тарелка с большим куском пирога, но она почти не ела — всё время прислушивалась к звукам в квартире, ждала, когда хлопнет дверь.
Патимат хлопотала у плиты, то и дело подкладывая гостье то пирожок, то конфету. Она смотрела на Заиру с материнской теплотой, и в глазах её светилась забота.
— Кушай, дочка, — приговаривала она. — Что ты как птичка клюёшь? Вон щёки впали, кожа да кости. Надо есть хорошо, в твоём возрасте организм растёт.
— Спасибо, Патимат, очень вкусно, — Заира улыбнулась, чувствуя, как от этого тепла оттаивает сердце. — У вас дома всегда так уютно. Приходишь — и будто в другой мир попадаешь.
Патимат вздохнула, присела напротив:
— А у вас?
Заира пожала плечами, отводя взгляд:
— У нас красиво. Мебель дорогая, техника, картины на стенах. А тепла нет.
— Это беда, — Патимат покачала головой. — Когда в доме нет тепла, дети ищут его на стороне. Я понимаю. Ты, главное, не наделай глупостей.
Заира насторожилась:
— Каких глупостей?
Патимат посмотрела на неё внимательно, изучающе:
— Всяких. Вы, девочки, в вашем возрасте влюбчивые. Гормоны играют, сердце просит. А любовь любовью, а честь беречь надо. И голову не терять.
Заира покраснела до корней волос:
— Я понимаю.
— Вот и умница, — Патимат погладила её по руке. — Ты мне как дочка стала. Я за тебя переживаю. Если что — ты приходи, рассказывай. Я не враг.
Заире захотелось плакать от этой доброты. Она с трудом сдерживала слёзы, комок в горле мешал говорить.
В этот момент в коридоре раздался звук открывающейся двери — вернулся Саид. Заира внутренне собралась, выпрямилась. Сердце забилось чаще.
— О, Саид пришёл, — сказала Патимат, вставая. — Пойду разогрею ему ужин.
Она вышла, и через минуту в кухню заглянул Саид. Увидев Заиру, он чуть заметно улыбнулся.
— Привет, — сказал он тихо, чтобы не слышала мать. — Зайди ко мне через пять минут. Надо поговорить.
Заира замерла:
— Зачем?
— Просто зайди, — он исчез, а Заира осталась сидеть, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Она доела пирог через силу, поблагодарила Патимат и пошла в комнату Малики. Подруга сидела за уроками, грызла ручку и смотрела в задачку по математике.
— Малика, я, наверное, пойду, — сказала Заира, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Что-то устала. Домой хочется.
— Посиди ещё, — Малика подняла голову. — Сейчас чай с пирогом будем пить, мама ещё кусочки оставила.
— Нет, правда, пойду, — Заира покачала головой. — Мама просила не задерживаться. Она сегодня рано приходит, хотела вместе ужинать.
— Ну как хочешь, — Малика пожала плечами. — Завтра в школе увидимся. Ты это... если что, звони.
— Хорошо.
Заира вышла в коридор, но вместо того чтобы направиться к выходу, крадучись подошла к двери Саида. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели. Она тихонько постучала.
Дверь открылась сразу, будто он ждал за ней.
— Заходи, — сказал Саид, пропуская её в комнату.
Комната Саида была в привычном беспорядке: на стуле висела спортивная форма, на полу валялись гантели, на столе — ноутбук и чашка с недопитым чаем. В углу стояла гитара — Заира знала, что он иногда играет, но никогда не слышала. Пахло потом, гелем для душа и чем-то мужским, неуловимым.
Саид сел на кровать, жестом предложил ей сесть на стул. Заира послушно села, чувствуя, как дрожат колени.
— Ты чего такая испуганная? — спросил Саид, глядя на неё. — Я же сказал, не кусаюсь.
— Я не испуганная, — Заира попыталась улыбнуться. — Просто... зачем я тебе?
Саид помолчал, глядя на неё. В его взгляде было что-то новое, чего она раньше не замечала.
— Сам не знаю, — честно признался он. — Думал о тебе последнее время. Ты странная.
— Чем? — Заира подняла глаза.
— Тем, что молчишь, — Саид говорил медленно, подбирая слова. — Со мной все девчонки болтают, кокетничают, строят глазки. А ты молчишь и смотришь так... будто боишься, что я исчезну. Или будто я — что-то важное.
Заира тихо ответила:
— Может, и боюсь.
Саид встал, подошёл ближе. Она чувствовала его запах, тепло, исходящее от тела, и у неё кружилась голова.
— Слушай, — сказал он, останавливаясь рядом. — Я не знаю, что это. Но мне с тобой почему-то спокойно. Ты как... как тёплый чай, когда замёрз.
Заира улыбнулась, несмотря на волнение:
— Странное сравнение.
— Зато честное, — Саид усмехнулся и сел рядом с ней на стул, хотя на узком стуле двоим было тесно. — Я не умею красиво говорить, как некоторые. Что чувствую, то и говорю.
Они замолчали. Но молчание это было не тягостным, а наполненным чем-то важным, что нельзя выразить словами. Заира чувствовала его плечо рядом со своим, слышала его дыхание, и ей казалось, что она сейчас задохнётся от счастья.
— Ты приходи, когда Малики нет, — вдруг сказал Саид. — Посидим, поговорим. Хорошо?
— Хорошо, — прошептала Заира.
Она понимала, что это неправильно — встречаться тайком от подруги, что это предательство. Но остановиться не могла. Это было сильнее её.
— Мне пора, — сказала она, вставая. — А то заметят.
Саид кивнул, проводил до двери. На пороге Заира обернулась:
— Саид... спасибо.
— За что? — удивился он.
— За то, что ты есть.
Она вышла и быстро пошла к выходу, чувствуя, как горят щёки. В подъезде было темно и холодно, но внутри неё полыхало пламя.
«Он позвал меня, — думала она, спускаясь по лестнице, держась за перила дрожащими руками. — Он хочет, чтобы я приходила. Неужели это правда? Неужели я ему небезразлична?»
Она вышла на улицу и пошла домой, не замечая ничего вокруг: ни холодного ветра, ни редких прохожих, ни собак, бегущих мимо. В голове крутилось одно: «Он позвал. Он хочет меня видеть».
А Саид долго сидел в своей комнате, глядя на закрытую дверь. Мысли путались.
«Что со мной происходит? — думал он. — Она же мелкая ещё. Тринадцать лет. А тянет к ней. Разговаривать с ней легко. Молчать легко. И глаза у неё... такие, что забыть нельзя».
Он лёг на кровать, уставился в потолок. Перед глазами стояла Заира с её большими грустными глазами, и от этого образа никуда не деться.
---
ГЛАВА 14. НЕЗАМЕЧЕННЫЕ СТРАННОСТИ
Утро следующего дня началось с опоздания. Заира вбежала в класс, когда Зухра Алиевна уже раскрыла журнал, и все головы повернулись к ней. Запыхавшаяся, с красными щеками, она быстро прошла на своё место и села рядом с Маликой.
— Ты чего опоздала? — шепнула Малика, пока учительница отвлеклась на доску.
— Проспала, — так же шёпотом ответила Заира, доставая учебник. — Мама будильник не завела, а я свой не услышала.
Малика внимательно посмотрела на неё:
— А чего глаза красные? Плакала?
— Нет, что ты, — Заира мотнула головой. — Просто не выспалась. И на улице ветер, надуло.
Она врала. На самом деле она полночи не спала, думая о Саиде. Всё прокручивала в голове их разговор, его слова, его взгляд. А под утро задремала и проспала.
Малика вроде бы поверила, но что-то в глазах подруги показалось ей странным. Она отложила это в памяти, как закладку, чтобы вернуться позже.
На перемене они пошли в столовую. В очереди было тесно и шумно, пахло котлетами и подгоревшей кашей. Малика взяла поднос с пирожками и компотом, Заира — только чай.
— Заир, а ты когда-нибудь целовалась? — вдруг спросила Малика, когда они устроились за свободным столиком.
Заира поперхнулась чаем, закашлялась:
— С чего ты взяла?
— Просто интересно, — Малика пожала плечами, откусывая пирожок. — Я вот ещё нет. Думаю, когда с Тамерланом будет подходящий момент... Он такой нежный, заботливый. Может, скоро.
— Не торопись, — Заира покачала головой. — Всему своё время.
— Ты как моя мама говоришь, — усмехнулась Малика. — А у тебя был момент? Ну, чтобы хотелось?
Заира отвела взгляд, уставилась в окно, за которым моросил дождь:
— Нет. Не было.
Она снова врала. Момента не было, но она мечтала об этом каждую ночь. Представляла, как Саид наклоняется к ней, как его губы касаются её губ. От этих мыслей кружилась голова и щёки горели.
— А хотелось бы? — не унималась Малика.
— Не знаю, — Заира заставила себя вернуться в реальность. — Наверное, с тем, кого любишь. Не просто так, а по-настоящему.
— А ты любишь? — Малика подалась вперёд, в глазах горело любопытство.
Заира поняла, что попала в ловушку. Нужно было что-то ответить, но правду сказать нельзя.
— Может быть, — уклончиво сказала она. — Но это секрет.
— От меня секреты? — в голосе Малики послышалась обида.
— Пока да, — Заира взяла её за руку. — Потом расскажу. Обещаю. Когда придёт время.
Малика не стала настаивать, но в душе остался неприятный осадок. Раньше у них не было секретов друг от друга.
Вечером того же дня на кухне Патимат пахло жареной картошкой. Малика помогала матери мыть посуду, когда разговор снова зашёл о Заире.
— Мам, а Заира тебе не кажется странной в последнее время? — спросила Малика, вытирая тарелку.
Патимат мыла сковороду, не оборачиваясь:
— В смысле?
— Ну, она какая-то рассеянная, — Малика задумалась, подбирая слова. — Иногда говорит невпопад, как будто думает о чём-то другом. Смотрит куда-то в одну точку, улыбается сама себе. И всё время торопится уйти от нас, хотя раньше могла сидеть до вечера.
Патимат замерла на секунду, потом продолжила мыть:
— Дочка, может, у неё проблемы дома. Ты не лезь в душу. Если захочет — расскажет.
— Я и не лезу, — Малика вздохнула. — Просто переживаю. Она же моя подруга.
— Это правильно, — Патимат вытерла руки и повернулась к дочери. — Переживать за друзей — это хорошо. Но навязываться не надо. У каждого человека есть право на тайну. Даже у самой близкой подруги.
— Даже у подруги? — переспросила Малика.
— Даже у подруги, — твёрдо сказала Патимат.
Ночью Малика лежала в кровати и смотрела в потолок. Мысли крутились вокруг одного: что происходит с Заирой? Раньше они всё обсуждали, делились самым сокровенным. А теперь подруга уходит от разговоров, отвечает односложно, постоянно витает в облаках.
«Может, ей Тамерлан не нравится? — думала Малика. — Но почему тогда молчит? Или у неё кто-то появился? Но тогда зачем скрывать? Я бы обрадовалась за неё».
Она засыпала с тяжёлым сердцем, не находя ответов.
Утром в лифте она спускалась вместе с Саидом. Брат был задумчив, смотрел в телефон, но Малика заметила, что он то и дело поглядывает на неё, будто хочет что-то сказать.
— Твоя подруга часто к нам ходит, — вдруг сказал он, пряча телефон в карман.
— Заира? — Малика удивилась. — Ну да. А что?
— Да ничего, — Саид пожал плечами. — Нормальная девчонка.
— Ты уже второй раз о ней говоришь, — заметила Малика, пристально глядя на брата.
— Просто так, — он отвернулся.
— Саид, — Малика помолчала, потом решилась: — она тебе нравится?
Саид смутился, чего с ним почти не бывало:
— Дура, что ли? Она мелкая.
— Ну да, мелкая, — Малика кивнула. — А ты о ней думаешь.
— Ничего я не думаю, — буркнул Саид. — Отстань.
Лифт остановился, двери открылись, и он вышел быстрее обычного, почти побежал к выходу. Малика смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри закипает тревога.
«Странно, — думала она. — Очень странно. Раньше ему было плевать на моих подруг. А теперь вдруг заговорил. И Заира изменилась. Совпадение?»
Она не знала ответа, но где-то глубоко внутри зародилось подозрение, которое росло с каждым днём.