Сидящие вокруг большого овального стола, стоящего в центре кафедры, сотрудники этой самой кафедры пребывали в мрачном молчании.
Молодой преподаватель кафедры Леночка тихонько шмыгала носом, а ее глаза были красными, словно она недавно плакала. Сидящий рядом с ней ассистент Максим был заметно напряжен, старый профессор Николай Филиппович опустил голову на поставленные на стол руки, Серебрянская и Мария Сергеевна смотрели в центр стола, где так ярко и бессмысленно плясал солнечный зайчик, отражаемый стеклом приоткрытого навстречу весне и солнцу окна. Молодой профессор Петрухин не отрывал свой взгляд от заведующей кафедрой Маргариты Федоровны, стоящей у стола и нервно комкающей в руке бумажный носовой платок. А у входа на кафедру замер растерянный лаборант кафедры Тема.
- Дорогие мои, - Маргарита Федоровна первая нарушила тревожную тишину, - ничего изменить нельзя, поверьте. Молодой ректор совсем не прислушивается к мнению коллектива. Никакие аргументы не смогли поменять его намерения.
- А что же Викентьев? – первым озвучил витающий в воздухе вопрос Петрухин.
- Станислав Алексеевич неоднократно высказывал свою позицию по этому вопросу ректору, но совершенно безуспешно, - устало ответила Маргарита Федоровна и тяжело присела в стоящее неподалеку от стола кресло.
- Но как же так? – растерянно прошептала Леночка, - как же можно уничтожить целую кафедру?
- Ну, положим, кафедру никто не собирается уничтожать, - потеснив лаборанта Тему, в кабинет уверенно вошел немного поправившийся за последний год проректор Викентьев, - кафедру объединяют с физиками. Вы работаете в том же составе, вот только заведующий…
На этих словах Викентьев виновато посмотрел на Маргариту Федоровну и присел за стол рядом со старым профессором.
- А декан? – Серебрянская посмотрела на Викентьева, пытаясь понять его отношение к происходящему.
- Жанна Арнольдовна, вам же Маргарита Федоровна все рассказала, - Викентьев, вынужденный обсуждать неприятные новости, немного поморщился, - факультетов не будет в вашем направлении, будет один институт и будет один директор института.
Далее Викентьев немного помялся, но все-таки продолжил:
- Деканы всех трех объединяемых факультетов написали заявление об уходе по собственному желанию. Они не хотят работать в условиях таких реформ.
- И наш Спиридонов? – неверяще переспросила Мария Сергеевна.
- Спиридонов тоже, - нехотя кивнул Викентьев и снова поморщился.
- Видимо… - медленно начала Маргарита Федоровна, но была незамедлительно остановлена проректором.
- Маргарита Федоровна, - торопливо начал он, - я прошу вас не принимать поспешных решений. Уволиться можно всегда. Но вы возглавляете эту кафедру более четверти века и будет совершенно немыслимо в расцвете вашего творческого потенциала оставить всех нас без вашего чуткого кураторства.
Маргарита Федоровна слабо улыбнулась и неожиданно для всех ответила проректору совершенно неформально:
- Спасибо, милый мальчик. Я помню, как ты завалил у меня экзамен на третьем курсе.
Собравшиеся невесело засмеялись, а у двери тихонько хихикнул лаборант Тема.
- Тема, - обратился к нему Викентьев, довольный, что смог немного развеять плохое настроение у своих коллег, - а давайте-ка вы поставите чайник и мы все попьем чаю.
- Опять теща приехала? – ехидно поинтересовался Петрухин.
- Не угадал, - Викентьев бросил быстрый взгляд на Марию Сергеевну, - пирожков сегодня нет. Будем пользоваться вашими резервами.
- И у нас ничего нет, - немного повеселевшая Леночка развела руки в стороны, - мы за всеми этими ужасными новостями совсем перестали пить чай.
- Тогда просто посидим за чашкой чая, - решительно сказал Викентьев, - девочки, расставляйте чашки!
Все присутствующие немного оживились, Серебрянская принимала чашки у Леночки и передавала их, в свою очередь, Марии Сергеевне, которая осторожно их ставила на стол.
Петрухин с Максимом внимательно осматривали кухонную тумбочку на предмет возможных сладостей, а Тема принес чайник, наполненный свежей водой, и поставил его на платформу. И лишь Маргарита Федоровна, Николай Филиппович и проректор Викентьев по-прежнему молча сидели за столом. Иногда кто-нибудь из них встречался взглядом сидящего напротив, и тогда оба незамедлительно отводили глаза в сторону.
- Да, дела… - негромко проговорил, наконец, старый профессор.
- Ничего, Николай Филиппович, прорвемся, - без особого убеждения ответил Викентьев и тяжело вздохнул. Вслед за ним вздохнула и Маргарита Федоровна, и, поднявшись со своего места, немного сгорбившись, направилась в свой кабинет.
Истории про преподавателей и студентов
Друзья, буду рада видеть вас в телеграм-канале блога Семья и Психология
https://t.me/family_and_psycholog
