Против главы Нежинского сельсовета Наби Османова завели ещё одно уголовное дело — о мошенничестве в составе группы; ранее его обвиняли в растрате топлива, а сына перевели под домашний арест после содержания под стражей.
В Оренбургской области разворачивается запутанная история вокруг главы Нежинского сельсовета — Наби Османова. Представьте: человеку предъявляют новое обвинение в мошенничестве, да ещё и в составе организованной группы, а предыдущее дело — про растрату — всё ещё на рассмотрении. И вот сюрприз: под следствием оказался и его сын, Марат Османов. Совпадение? Вряд ли. Скорее — часть большой картины, которую сейчас собирают по кусочкам следователи.
Что же там на самом деле? По версии следствия, Наби Османов на протяжении десяти лет — с 2015‑го по 2026‑й год — участвовал в схеме с муниципальной землёй. Звучит сухо, а за этим — годы работы, десятки решений, подписи, документы, встречи. Вместе с другими людьми он, как считают правоохранители, вводил в заблуждение должностных лиц администрации Оренбургского района. Цель была простая, но незаконная: оформить в собственность участки на территории СНТ, которые принадлежали муниципалитету.
Как это вообще могло столько лет работать? Вопрос, который сейчас задают многие. А ответ, похоже, кроется в деталях. Садовое товарищество, о котором идёт речь, судя по всему, создали специально для этой схемы. То есть не просто так, не для садоводов, а как инструмент. План, если верить материалам дела, выглядел так: получить землю от муниципалитета, разделить её на мелкие участки — аккурат под частные дома — и продать уже по рыночной цене тем, кто готов заплатить. Заработать на том, что по закону должно было остаться у города или села.
Но это ещё не вся история про Османова. Было и другое дело — попроще, но тоже показательное. Ранее ему предъявили обвинение в растрате с использованием служебного положения. Тут всё более приземлённо: с декабря 2023‑го по декабрь 2024‑го года чиновник, как утверждает прокуратура, пользовался топливными картами сельсовета не по назначению. Вместо того чтобы заправлять служебный транспорт, он заливал бензин в свои машины и автомобили близких родственников. В списке — Porsche Cayenne, Volkswagen Tiguan и Lada Niva. Итого пропало 640 литров топлива. Сумма, может, и не астрономическая, но факт налицо: карты использовали в личных целях. Кто‑то скажет: «Мелочь», а закон видит иначе — злоупотребление, нарушение, преступление.
Сначала Наби Османова поместили под домашний арест. Но потом всё изменилось — его взяли под стражу. Почему? Следствие считает, что он пытался давить на свидетелей. То есть не просто отрицал вину, а предпринимал конкретные шаги, чтобы повлиять на ход расследования. Звонки, встречи, намёки — что именно было, пока не раскрывают, но факт зафиксирован: попытка помешать правосудию. А это уже совсем другой уровень ответственности.
Параллельно идёт дело его сына. Марата Османова подозревают в покушении на мошенничество в особо крупном размере. Некоторое время он находился под стражей, но накануне его отпустили из‑под заключения и перевели под домашний арест. Почему так произошло — пока не уточняют. Может, следствие собрало достаточно доказательств и теперь даёт возможность находиться дома, может, появились новые обстоятельства, а может, просто изменилась оценка рисков. В любом случае процесс идёт: следователи проверяют, опрашивают, сопоставляют.
Сейчас, согласно написанному Кириллом Хрусталевым из редакции «Урал56», ситуация такая: Наби Османов находится под стражей, его сын — под домашним арестом. Расследование продолжается. Следователи собирают доказательства, опрашивают свидетелей, проверяют документы, сверяют даты, ищут связи между событиями. Жители района следят за развитием событий и ждут, какие ещё подробности вскроются. Ясно одно: такие дела заставляют задуматься не только о конкретных людях, но и о том, как устроены процессы на местах, насколько прозрачны решения по земле, как работает контроль за действиями чиновников и что можно сделать, чтобы подобных схем становилось меньше.
Ранее мы писали, что в Оренбуржье затраты на 1 отловленную собаку увеличилась более чем в 10 раз, но подрядчики все равно не берут контракты.
Читайте также: