Еремей проводил Катю до дома и в этот вечер, но на разговор не решился, так и пошел домой, под взглядами жаждущих его женщин.
Утро начало так же как и всегда. Катя говорила, что ему нужно отдохнуть, жалела его. Еремей улыбался такому искреннему состраданию.
В обед к нему пришла женщина, она была в платочке, одета весьма чистенько. Крестилась и сидела читала молитвослов. Когда пришла ее очередь, она зашла в дом Еремея. Тот обернулся и улыбнулся.
- Присаживайтесь. - пригласил Еремей.
- Спасибо. У вас так уютно.
- О, благодарю. - улыбнулся он.
- Смотрю у вас икона всего одна? Спасителя.
- А зачем мне много? - улыбнулся Еремей.
- Простите Еремей, я не представилась. Меня зовут Татьяна Викторовна.
- Очень приятно, что же привело вас ко мне?
Еремей осмотрел женщину, она была одета как подобает православию. В кармане у нее был молитвослов.
- Ох, у меня беда. Заболела я сильно и не знаю, что мне делать. Врачи уже и помочь не могут.
- А что с вами?
- Нашли страшную болезнь, рак печени. Вы знаете, начала я как то замечать, что на еду смотреть не могу. Любая еда вызывала отвращение. Верите? Я думала, ну может не знаю, приболела. А нет все равно долгое время не могла есть. Потом пост начался, а я каждый пост держу и держу строго. Ну думаю и хорошо, что есть не хочется. Пост легче пройдет. Потом началось вздутие живота и не понятно почему. Начала желтеть кожа. Я к врачу. Врач сказал желчный, удалили, потом в протоках камни удалили. Но мне не легче, есть я конечно стала, но понемногу. Все равно к еде отвращение осталось. Я человек верующий. На каждую службу хожу. Разговорилась с прихожанкой, она мне посоветовала проверить печень. Я подумала, при чем тут печень. Но проверилась и вот. Четвертая с метастазами.
- Большой приход то у вас? - спросил Еремей.
- Нет, мало народу ходит, а кто ходит вот честное слово хоть бы не позорились, ни свечку правильно поставить не могут, не перекреститься правильно.
Еремей потер подбородок и улыбнулся.
- Посты это хорошо. Да вот в пост главное правило, не то чтобы не есть скоромной пищи, а что бы не есть другу друга. Не осуждать, не злословить.
- Я это знаю. Все соблюдаю.
- Это хорошо. Сейчас пост, а вы говорите о людях которые что то не так делают в церкви.
- Но ведь так и есть?! Писание нам о чем говорит? О том что в церкви нужно вести себя правильно.
- И вы указываете тем, кто по вашему делает не правильно, на правильность действий?
- Бывает. Ну а как замечание не сделать, если к иконам люди без крестного знамения подходят.
- А что? Чтобы подойти к иконе с добрыми намерениями надо креститься?
- А как же? Обязательно. Вот одна стоит, девка молодая, на икону смотрит и не шевелится, просто стоит. Постояла и пошла, ни свечку не поставила, ни заказала ничего. Ну что это? Или во время службы, станут и давай разговаривать, как же можно, за ними и батюшку не слышно. А то что девки в церковь в штанах приходят и без головного убора, это уже вообще ни в какие ворота.
- Расскажу вам одну притчу. Думаю вы поймете почему вам рассказал именно ее: «Пришел человек в храм.
И тут к нему один подходит и говорит: «Не так руки держишь»!
Вторая подбегает: «Не там стоишь!»
Третья ворчит: «Не так одет!»
Сзади одергивают: «Неправильно крестишься!»…
В конце концов подошла одна женщина и говорит ему:
«Вы, знаете, вообще бы, вышли из храма, купили себе книжку о том, как себя здесь вести надо, потом бы и заходили!»
Вышел человек из храма, сел на лавку и горько заплакал.
Слышит голос с неба:
— Что не пускают тебя?
Поднял человек заплаканное лицо и говорит:
— Не пускают!
— Не плачь, они и Меня туда не пускают…»
Татьяна Викторовна уставилась на Еремея.
- Я не понимаю вас Еремей. Притча то хорошая, но ко мне она не применима.
- Думаете?
- Уверена. Я между прочим всю Библию знаю. Старый завет, новый, читаю молитвослов каждый день.
- И какая вам в этом польза?
- Как какая? Я духовно расту, просвещаюсь.
- Татьяна, есть батюшки которые служат службы ежедневно, знают писание наизусть, а Бога не знают.
Татьяна уставилась на Еремея.
- У нас батюшка не такой.
- Да, наверное он с божьей помощью построил себе коттедж и купил новую иномарку последней модели?
- Откуда вы знаете? - спросила Татьяна.
- Да что тут знать. Батюшек настоящих дай бог у нас в стране, чтоб человек пять набралось и то навряд ли.
- Я с вами не согласна.
- Конечно, вы же получаете что то за служение в церкви? Вы же служкой подрабатываете не по зову сердца и души?
- Каждый труд должен быть оплачен.
- Служки обычно должны делать это как благотворительность. Вам же платят. Вы же так договорились с батюшкой?
- Я считаю, что этот разговор ни к чему, уж простите.
Еремей улыбнулся, а потом серьезно сказал.
- Нет ничего более отталкивающего, чем человек, называющий себя христианином, а потом начинающий судить, стыдить или принижать других, будто он восседает на троне Божьем. Библия не предназначалась для того, чтобы быть оружием, это не ваш личный повод ненавидеть, исключать или контролировать людей. Цитирование Писания, живя при этом жизнью, полной лицемерия, не делает вас праведным, это делает вас предупреждающим знаком всего плохого в показной религии. Иисус проявлял любовь, милость и сострадание, а не эго и превосходство. Если ваша версия христианства коренится в осуждении, а не в любви, то вы не последователь. Вы просто используете веру как маску, чтобы чувствовать себя лучше из-за своих собственных недостатков, в то время как уничтожаете других за их недостатки. И самое худшее? Именно такие люди, как вы, заставляют других чувствовать себя нежеланными в месте, которое никогда не предназначалось для того, чтобы кого-то отвергать.
Татьяна Викторовна замолчала.
- Но - сказал Еремей - Это вам размышления на подумать. А сейчас я вам предложу помолиться. Но! Впервые от души. Когда молишься и слезы текут. Слезы счастья, а не умиления от того, что ты такой правильный. Начнем?
Татьяна молчала, опустив глаза в пол.
- Начнем?
- Да. - тихо сказала она.
Еремей встал на колени и Татьяна молилась, но молилась как привыкла.
После молитвы Еремей встал и подошел к Татьяне.
- Вам надо очень задуматься над своей жизнью и верой. Позовите следующего.
- А как же я? Как болезнь?
- Нет у вас никакой болезни.