Начнем с того, что эта девочка не моя. Мои девочки завучей и кого-либо вообще не обзывают.
Эта девочка – моя ученица. Уже больше трех лет. Очень развитая речь, развитое мышление во всём, что касается школьных предметов. Могла бы быть отличницей, если бы не темперамент и нежелание следовать правилам. И абсолютное пренебрежение к чувствам, эмоциям, желаниям и мотивам других людей, независимо от возраста и статуса.
В ее голове есть только ее собственные желания, ее интересы и ее взгляд на вещи. Он же – единственно верный в ее модели мира.
Когда этот взгляд натыкается на противоположный или хотя бы несовпадающий, она... взрывается.
Это – не то, чтобы аллегория. Порой мне кажется, что ее вот-вот разорвет на сотни маленьких истеричек.
Истерики она закатывает просто фееричные. Повод может быть любым. Достаточно, чтобы кто-то обозвал ее домашнюю шиншиллу крысёнком или сказал, что ее новенький пенал – слишком розовый, а она считает этот оттенок сиреневым... Всё... дальше – скандал с непредсказуемым финалом.
Орет она громко, швыряется предметами, бросается на людей, опять же – независимо от их возраста и статуса.
Время и место значения не имеют. Урок в ее бушующем мозге ничем не хуже перемены для всех этих шоу. Даже лучше – зрители уже сидят на своих местах, уйти не могут, публика реагирует живо, эмоции бурлят...
Законный вопрос – что делает учитель всё это время? Почему не может ее успокоить и найти управу на маленькую, 9-летнюю девочку?
Это – мой любимый вопрос.
Учитель в классе, всячески старается не допустить увечий, психологических травм для остальных, менее... темпераментных детей, и при этом еще учить. Программа сама себя не выполнит.
Учитель это – я.
Умудряюсь изобретать внятные объяснения для остальных – 33 детишек, почему она позволяет себе так себя вести, а им нельзя.
Разумеется, большинство детей такие вопросы не задают, им родители успели внушить правила нормального поведения в обществе. Но мне и самой требуется это объяснение.
Глядя, как Верочку в очередной раз волочет из класса срочно вызванная для этого мама, я думаю, как я дошла до жизни такой, и почему вообще согласилась на то, чтобы эта девочка училась в моем классе.
Всякий раз напоминаю сама себе: я не соглашалась. Эта девочка просто живет в соседнем доме. В детский сад не ходила, все справки при зачислении, в том числе медицинские, были в полном порядке.
И вот уже третий год я и весь класс живем, как на вулкане. В среднем три дня из пяти мы разбираемся разнообразными происшествиями, которые случаются прямо на уроках.
Я научилась распознавать начало таких приступов на самой ранней стадии и принимать меры. Иногда успеваю. Приучила детей не реагировать на Верочку, когда ее выходки не грозят кому-то физически. Самый лучший выход, когда она, обидевшись на отсутствие реакции или на дружный «игнор» со стороны одноклассников, заявляет, что мы «все её достали».
- Вы все глупые, учите ерунду и тупите! Скука с вами! Я буду отдыхать.
С видом оскорбленной королевы... забирается под парту. Главное в этот момент – не беспокоить ее величество. Тогда остаток урока проходит вполне спокойно и даже продуктивно.
Самое забавное, что после перемены Верочка, как ни в чем ни бывало, сидит за той же партой, отвечает, поднимает руку и ведет себя, как милая маленькая девочка.
А еще через 20 минут она вдруг услышит что-нибудь, что ей покажется смешным или обидным... И снова будет своим недетским басом орать, визжать, хохотать громко и надрывно.
И снова слышу от коллег:
- Как ты это терпишь?
- НИКАК!
Я ПРОСТО РАБОТАЮ. И я точно не хочу увольняться из-за маленькой девочки с проблемами, которые не решить ни моим увольнением, ни наказаниями, ни разговорами во имя хорошего поведения.
Я общаюсь с ее родителями. Почти каждый день. Я точно знаю, что у девочки есть диагноз. Что-то на тему родовой травмы, долгой гипоксии во время последнего триместра беременности мамы и т.д.
Но родители ни при каких условиях не соглашаются предоставить эти документы с информацией о диагнозе в школу. Они готовы объясняться с администрацией, обсуждать меры воздействия, беседовать с психологом, но выставляют глухую защиту, как только речь заходит о медицинских документах, которые могут повлиять на статус девочки и ее перевод, например, на домашнее обучение.
«Ребенку нужна социализация. И не нужен статус психически нездоровой. Пусть лучше все думают, что у нее плохой характер или что она плохо воспитана».
В принципе родители стараются. Носятся с ней по врачам, откликаются на мои усилия и прочие просьбы. Даже готовы забирать ее с уроков, когда чаша терпения переполняется.
Но никаких разговоров о надомном обучении. Девочка будет ходить в школу в любом случае. Простая и внятно обозначенная позиция родителей не даёт шансов избавить себя, класс, школу от ежедневного дикого шоу.
И у школы нет никаких рычагов воздействия в этом случае. Девочка успешно обучаема, проблемы с поведением бывают у всех. Рекомендована работа с психологом.
Всё. Это максимум.
Я ожидала, что родители других детей станут возмущаться и требовать «принять меры», но... никто, ни разу мне ничего не высказал. В приватных беседах с родителями узнала, что они пытались обсуждать ситуацию в своем чате... И пришли к тому, что ничего они сделать не смогут. Из класса Верочка не уйдет, а портить отношения и нервы никто не захотел.
Детей настроили потерпеть и держаться от нее подальше... И не высказываться негативно на тему ее шиншиллы, чтобы не получить ручкой в глаз или ногой в колено.
За три года Верочка стала местной звездой. Успела наорать на школьного психолога, перессориться с техничками, заявить директору, что она глупая, потому что не знает, что шиншиллы моются в песке...
Ну и вот сегодня был «апофегей» - пришла в школу без сменной обуви. Сидела у раздевалки, орала басом, что «дурацкий папа увез ее сменку в своей дурацкой машине аж в другой город». И швыряла шапку, перчатки, ботинки в других детей, потому что у них была сменка, а у нее нет.
Дежурный учитель не смогла ее успокоить, получила ботинком в плечо, вызвала подкрепление в лице завуча. Та попыталась утащить орущую, брыкающуюся «малышку» с прохода дабы дать доступ в раздевалку другим детям...
Даже странно, она ведь знала, с кем имеет дело. Верочка изловчилась и вцепилась зубами в руку «глупой тетки»:
- Она же видела, что я гневаюсь! Она не понимает что ли, что нужно было просто оставить меня в покое и дать пережить горе?!». - Это тоже цитата – объяснения после схватки.
Повторюсь – словарный запас у девочки впечатляющий.
Я, кстати, не ходила «разбираться». Укушенная завуч привела ко мне за руку брыкающуюся в приступе бессильной злобы Верочку. Хотела вызвать родителей, но те были недоступны.
Пришлось мне применять все мои навыки бесконтактного успокоения беснующихся маленьких девочек. И не сдержалась – напомнила, что предупреждала.
Мораль сей басни проста – у школы действительно нет рычагов для воздействия на таких детей и их родителей. И нет путей решения подобных ситуаций... кроме как молиться и надеяться, что такие дети не придут именно в нашу школу, а окажутся где-нибудь по соседству...
Аминь..