Представьте ситуацию: вы едете на малолитражке и на полном ходу врезаетесь в груженый самосвал. Что останется от вашей машины? Правильно, гармошка.
А теперь перенесем это на море.
Март 1984 года. Японское море.
Американцы решили поиграть мускулами и пригнали к берегам Кореи свою гордость — авианосную ударную группу во главе с гигантом «Китти Хок».
Эта махина водоизмещением 80 тысяч тонн. На борту 80 самолетов, 5000 человек экипажа. Плавучий город.
Вокруг него вьются эсминцы и крейсеры, охраняют. Муха не пролетит.
А под водой за всем этим безобразием наблюдает наша атомная подлодка К-314 проекта 671 «Ёрш».
По сравнению с авианосцем она крошечная — всего 6 тысяч тонн. Как моська на слона.
Игра в кошки-мышки
Задача у наших была простая: следить, слушать, нервировать.
И они справлялись отлично. Несколько дней «Ёрш» висел на хвосте у американской армады, и хваленые гидроакустики США его в упор не видели.
Но потом случилось то, что на флоте называют «потеря гидроакустического контакта».
К-314 отстала (надо было всплыть для сеанса связи), а потом рванула догонять.
Капитан Владимир Евсеенко дал команду «Полный вперед!».
Американцы тоже маневрировали, как хотели. Штормило, видимость плохая.
В какой-то момент наш акустик докладывает: «Шум винтов прямо по курсу! Дистанция... пистолетная!».
Хелло, Китти!
Командир командует: «Перископ поднять! Осмотреться!».
Поднимают перископ. И командир видит не горизонт, а стену. Стальную стену с заклепками, которая несется прямо на них.
Это было днище авианосца «Китти Хок».
Удар был такой силы, что на лодке люди попадали с ног.
Представьте: 80 тысяч тонн стали на скорости 30 км/ч (для воды это много) бьют в рубку подлодки.
По всем законам физики, «Ёрш» должен был расплющиться как консервная банка и пойти на дно вместе с экипажем и ядерными ракетами.
Но советский титан оказался крепче американской стали.
Лодку тряхнуло, погнуло винт, стабилизаторы, но корпус выдержал.
Пришлось всплывать.
Картина маслом
Представьте лицо американского адмирала, когда прямо посреди его ордера, в метре от борта авианосца, всплывает русская подлодка. С помятой рубкой, но живая.
А вот у «Китти Хок» дела были плохи.
Наш «малыш» своим ударом пропорол ему днище.
Дырка — 40 метров в длину.
Пробиты танки с авиационным керосином. Топливо хлещет в море тысячами литров.
Еще чуть-чуть — и искра. И тогда про этот «Китти Хок» снимали бы фильмы-катастрофы, а не репортажи.
«Из чего вы их делаете?!»
Американцы были в шоке. Их суперкорабль, гордость флота, выведен из строя «какой-то русской лодкой», которая меньше его в 15 раз.
Они даже помощь предложили: «Ребят, вас буксировать?».
Наши гордо отказались. Сами дойдем (на буксире своего корабля).
«Китти Хок» тоже уполз в док, истекая керосином. Учения сорваны, позор на весь мир.
Американские инженеры потом долго чесали головы: как так вышло, что у субмарины только «бампер помялся», а у авианосца полбока разворотило?
Ответ прост: советская школа судостроения. Двойной корпус, титановые сплавы и запас прочности «на случай ядерной войны».
Разбор полетов
Конечно, дома капитана Евсеенко по головке не погладили.
Когда лодку тащили на базу, он услышал по рации фразу от начальства, ставшую легендарной:
«Ну что, танкисты, доплавались?».
Евсеенко сняли с должности. ДТП с авианосцем — это вам не шутки. Могло и Третьей мировой закончиться.
Но в глубине души, я думаю, адмиралы были довольны.
Мы показали супостату, что даже один маленький советский «Ёрш» может отправить в ремонт целый авианосный флот. Просто своим крепким лбом.
А как вы считаете, это был провал (потеряли скрытность) или победа (вывели из строя врага)? Пишите в комментариях.
Ставьте лайки и подписывайтесь на «Руки из плеч».
Читайте также: