Официально у императрицы было двое детей. Но она сама в мемуарах намекала, что отцы у них разные. А третьего ребенка при дворе просто не заметили.
Представьте: вам двадцать три года, вы великая княгиня при русском дворе, ваш муж вас презирает и не скрывает этого, а императрица Елизавета только что забрала вашего новорожденного сына - просто унесла его в свои покои и не подпускает вас к нему неделями. Вы почти не спите, вы одна, и вы уже понимаете, что выжить здесь можно только одним способом - стать необходимой. Любой ценой.
Нелюбимая жена
Екатерина, урожденная София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, приехала в Россию в 1744 году в пятнадцать лет. Её выбрали как невесту для наследника престола - тихую принцессу из скромного немецкого рода, которая не принесет с собой ни влиятельных связей, ни претензий. Расчет не оправдался.
С первых лет при дворе она учила русский язык, читала французских философов и наблюдала. Петр, ее муж, интересовался прусскими солдатиками и скрипкой. Между ними не было ничего - ни симпатии, ни общих интересов, ни, судя по всему, супружеской близости в первые годы брака. Сама Екатерина в своих мемуарах писала об этом почти открыто, хотя и осторожно.
Трое детей и трое отцов
Первый ребенок, Павел, родился в 1754 году - через девять лет после свадьбы. Девять лет. При дворе давно перестали ждать наследника. Отцом официально считался Петр III, но сама Екатерина в мемуарах называла своим возлюбленным того периода блестящего гвардейского офицера Сергея Салтыкова. Намек был прозрачным.
Салтыков вскоре после рождения Павла был отправлен посланником в Гамбург, затем в Париж - быстро и тихо. Больше при дворе он не появлялся. Некоторые историки считают, что это было намеренным удалением нежелательного свидетеля.
Вторая дочь, Анна, родилась в 1757 году и прожила всего пятнадцать месяцев. Ее отцом современники и историки считают Станислава Понятовского, польского дипломата, который был при русском дворе в 1755-1758 годах и открыто ухаживал за Екатериной. Понятовский стал последним королем Польши в 1764 году - и Екатерина активно этому поспособствовала. Так она умела обустраивать судьбы людей из своего прошлого.
Третий ребенок - вот где начинается самое интересное.
Вот что известно точно:
- В апреле 1762 года, за два с половиной месяца до переворота, Екатерина родила сына от Григория Орлова
- Младенца нужно было тайно вывезти из дворца - по легенде, доверенный слуга отвлек стражу, устроив небольшой пожар в соседней комнате
- Ребенка отдали на воспитание Василию Шкурину, доверенному гардеробмейстеру Екатерины
- Мальчик получил фамилию Бобринский - по названию имения Бобрики в Тульской губернии
- Титул графа пожаловал ему уже Павел I в 1796 году - сводный брат, который его недолюбливал
Екатерина признала Бобринского своим сыном письменно только в конце жизни. При дворе об этом знали все, но вслух не говорили.
Почему это важно
Вопрос об отцовстве детей Екатерины - не просто придворная сплетня. Если Павел не был сыном Петра III, то его права на престол были юридически сомнительны. Сам Павел, судя по всему, об этом догадывался - и это во многом объясняет его болезненную подозрительность и ненависть к матери, которую он не скрывал всю жизнь.
Екатерина никогда прямо не отвечала на этот вопрос. В мемуарах она зашла ровно настолько далеко, насколько считала нужным, - и остановилась.
Она построила империю, написала законы и вошла в историю как Великая. А трое ее детей появились на свет в обстоятельствах, о которых при дворе молчали - каждый от разного мужчины, но не от мужа.
Павел всю жизнь ненавидел мать. Он знал правду о своем рождении, или только догадывался?
Подписывайтесь - каждый день одна история, которую не найдете в учебнике.