Никогда не думали? Подумайте. Чаще всего именно так оно и есть.
Прямой вопрос клиентке: Через что и как вы переживаете себя женщиной, какая вы женщина? Ставит в тупик, вызывает недоумение и злость. В ответах появляются варианты других идентичностей. Материнской, дочерней, деловой…
Потому что то понимание себя как женщины, которое есть, как правило, формируется именно из тех правил, программ и рефлексов. То есть придуманное, чужое, интроективное.
С мужчинами, с их переживанием себя мужчиной, ещё хуже. Варианты ответов, через что мужчина определяет себя мужчиной, в принципе схожи с теми, которые дают женщины, по одной единственной причине – они, варианты, наиболее доступные, понятные и одобряемые социумом. Отец, брат, сын, бизнесмен, военный.
Если у человека нет настоящего доступа к своей аутентичности, то человеку, как сущности, нужно через что-то себя проявлять и идентифицировать. Я кто? Совсем никем я быть не могу, настоящей сути не знаю, поэтому делаю подмену.
Дальше — кому что ближе и понятнее. Я мужчина, потому что я хороший бизнесмен или строгий отец. Я женщина, потому что я красивая и мужчины мной интересуются, или потому что я хорошая мать.
Тогда бизнес и материнство становятся тем, что определяет мою суть. И тогда мы с этими идентичностями выстраиваем созависимые конструкции поведения. Осознаёте величину подмены и трагедии?
Мы привыкли думать, что тревога – это плохо. Да, если пустить её на самотёк. Я уверен, что на самом деле она – это зов. Зов вашего сердца. Его важно правильно распознать и пойти за ним, но управляя им.
Управление движением энергии – это самое главное. Без осознания своей аутентичности это невозможно. Усталость, которую мы постоянно ощущаем, – это отсутствие энергии. А её мы теряем в основном из-за одного-единственного. Постоянной лжи самим себе.
А один раз пришёл ко мне клиент после ретрита. Мы как раз тему идентичности разбирали. На мой вопрос он выдает: «Я - процесс». Это у него после ретрита такая находка.
Я киваю и говорю: «Отлично. Пошли к зеркалу». Подводим его к зеркалу. Я спрашиваю: «Что ты видишь, процесс?» Он долго молчал. А потом сказал, что видит усталого мужика с глазами, как два недопитых бокала.
Вот такая терапия. Вот такой процесс.
