Очухался я — и сразу понял: что‑то не так. Вместо привычного гула машин — какой‑то странный гомон, вместо асфальта — булыжники, вместо вывесок «Кофе с собой» — деревянные таблички с непонятными буквами. Огляделся — и всё стало ясно: я в Москве. Но не в той Москве, к которой привык, а в какой‑то… древней.
«Так, — подумал я, — спокойно. Главное — не паниковать. Ты же смотрел исторические фильмы. Ты знаешь, как вести себя в прошлом. Вроде бы».
Подошёл к первому встречному — мужику в длинном кафтане и с бородой.
— Простите, уважаемый, а какой нынче год? — спросил я как можно вежливее.
Мужик посмотрел на меня так, будто я только что с Луны свалился (что, в общем‑то, недалеко от истины).
— Ты что, дурной? 7118‑й от сотворения мира, конечно! Или ты из лесу вышел?
«7118‑й? — лихорадочно соображал я. — Так, если отнять 5508… получается 1610‑й. Отлично, я в Смутное время. Просто замечательно».
Понятно, что в джинсах и футболке с надписью «На Берлин» я тут буду выглядеть как инопланетянин. Надо срочно менять прикид.
Я огляделся. Недалеко торговали всякой всячиной. Подхожу к лавке:
— Уважаемый, а нет ли у вас чего‑нибудь… э‑э‑э… местного?
Торговец окинул меня взглядом:
— У тебя деньги‑то есть?
«Деньги… — я полез в карман. — О, отлично, мелочь завалялась. Может, зайдёт как экзотическая иностранная валюта?»
Выложил на прилавок горсть рублей. Торговец задумчиво повертел монеты в руках, погрыз их, потом хмыкнул:
— Ладно, бери кафтан. И шапку. И порты, что ли.
Через пять минут я уже выглядел почти как местный. Ну, почти. Кафтан сидел криво, шапка сползала на глаза, но главное — я больше не привлекал лишнего внимания.
Жить на улице — плохая идея. Во‑первых, холодно. Во‑вторых, опасно. В‑третьих, я уже успел заметить, что тут не особо жалуют подозрительных личностей без определённого места жительства.
Побродив по улицам, я нашёл постоялый двор. Хозяин, толстый дядька с пышными усами, посмотрел на меня с подозрением:
— Откуда будешь?
— Из Новгорода, — выпалил я первое, что пришло в голову.
— А говоришь странно.
— Так я там долго жил, вот и нахватался…
Хозяин хмыкнул, но комнату сдал. Правда, цена оказалась кусачей — почти все мои оставшиеся монеты ушли на оплату.
Зато теперь у меня было место, где переночевать. Правда, кровать напоминала доску, а одеяло — кусок мешковины, но я утешал себя мыслью: «Зато аутентично!»
С едой тоже пришлось разбираться. В трактире мне подали щи, кашу и кусок мяса, который, кажется, когда‑то был коровой. Я осторожно откусил.
«Ну что ж, — подумал я, — по крайней мере, не фастфуд. Натуральные продукты, без ГМО и консервантов. Экологически чисто, так сказать».
Сижу в трактире, слушаю разговоры. А тут, оказывается, всё очень весело:
- поляки где‑то рядом;
- бояре друг с другом не ладят;
- народ волнуется;
- цены растут (а у меня денег почти нет).
Подсел ко мне какой‑то мужик в потрёпанном кафтане:
— Слыхал, что в Кремле творится?
— Нет, — честно признался я.
— Да там, брат, такое… Бояре с поляками сговорились, царя выбрали, а народ не рад. Смутное время, одним словом.
«Смутное время… — размышлял я. — Ну, хоть название подходящее. И что теперь делать? Вмешиваться в историю? Да ну, нафиг. Лучше держаться подальше от политики».
Я начал думать, как бы мне вернуться обратно в XXI век. Может, есть какой‑то магический артефакт? Или нужно совершить какой‑то ритуал?
Пошёл к местному ведуну (так тут называли колдунов). Тот сидел в тёмной избушке, вокруг — банки с сушёными травами, кости, черепа (или это просто декоративные элементы?).
— Уважаемый, — начал я, — а нет ли способа вернуться… э‑э‑э… домой?
Ведун посмотрел на меня мудрыми глазами:
— Дом там, где сердце, сын мой.
— Да нет, я не про это. Я из другого времени.
Ведун помолчал, потом достал из‑под стола бутылку:
— Выпей медовухи, полегчает.
«Понятно, — подумал я. — Никакой помощи от местной магии».
Раз вернуться пока не получается, надо как‑то устраиваться. Я решил использовать свои знания из будущего.
Предложил идею велосипеда. Мужики посмотрели на мой чертёж и сказали:
— Это что, телега без лошади? Да кто на таком поедет?
В итоге я устроился переписывать книги. У меня был аккуратный почерк (спасибо урокам каллиграфии в детстве), и монахи из ближайшего монастыря взяли меня на работу.
Платили мало, но кормили. А главное — я наконец почувствовал себя полезным.
Прошло несколько месяцев. Я уже почти привык к жизни в 1610 году. Научился носить кафтан так, чтобы он не выглядел на мне как мешок. Разбирался в местных деньгах. Даже начал понимать, о чём говорят на улицах.
Иногда, правда, скучал по дому. По интернету, по кофе с молоком, по тёплым батареям зимой. Но потом выходил на улицу, смотрел на древние стены Кремля, на людей в старинных одеждах — и понимал: это же настоящее приключение!
Однажды вечером, сидя у окна своей комнаты на постоялом дворе, я подумал: «А может, это и не случайность? Может, мне дали шанс увидеть историю своими глазами, понять, как жили люди раньше?»
И знаете что? Мне даже начало нравиться. Да, тут нет смартфонов, нет метро, нет доставки еды на дом. Зато есть что‑то другое — ощущение настоящей жизни, без фильтров и фотошопа.
Так что, если вдруг и вы окажетесь в 1610 году в Москве — не паникуйте. Притворяйтесь, приспосабливайтесь, учитесь. И помните: даже в Смутное время можно найти своё место.